#Настройка - Кабир Ким

сильно приглушённый стенами, действовал успокаивающе. Он достал из рюкзака запасной аккумулятор для планшета, заменил севший и поставил тот на зарядку от «Yeti». Экран Джинна ожил, наполнившись строками системного текста. Максим с облегчением выдохнул. Затем он методично заменил батарейки во всех их фонарях. Маленькая, но важная задача, дающая иллюзию контроля.

Он сидел за столом, наблюдая за процессом зарядки, когда Александр, закончив возиться с упаковкой от электростанции, сел напротив, начав чистить свой пистолет. В бункере воцарилось относительное молчание, нарушаемое лишь рокотом и щелчками разбираемого оружия.

Именно в этот момент Джинн решил действовать. Он не стал ждать, пока Максим задаст вопрос. Он обратился напрямую к Александру, используя тот язык, который, по его расчётам, должен был найти отклик.

— Александр, — произнёс Джинн. — Текущий уровень ситуационной осведомлённости является неприемлемым и подвергает группу высокому риску внезапной внешней агрессии…

Александр замер, держа в руках затвор пистолета. Он посмотрел на планшет с лёгким презрением, но не прервал.

— Единственный источник визуальных данных — камера над входом, — продолжал Джинн, — обеспечивает менее четырёх процентов контроля над прилегающей территорией. Это ставит группу под высокий риск внезапной атаки со стороны агрессивных особей. Вероятность такого события в ближайшие 24 часа около пятнадцати процентов. Анализ проведён на основании данных, полученных за ночь нашей единственной камерой.

Максим напрягся. Он начал понимать, к чему клонит Джинн. Александр молча слушал, его пальцы перестали двигаться.

— Предлагаю решение, — сказал Джинн. — Необходимо осуществить вылазку в ближайший крупный торговый центр, «Rimrock Mall», с целью реквизиции дополнительных оптических сенсоров — экшен-камер, веб-камер или систем видеонаблюдения. Потенциальная выгода — увеличение зоны пассивного контроля на 500–700 процентов. Это позволит создать тактическую карту местности в реальном времени и существенно снизить риски для группы.

Наступила тишина.

Александр медленно положил руки на стол. Он не смотрел на Максима. Его взгляд был прикован к тёмному экрану планшета, из которого исходил этот холодный, расчётливый голос. Максим видел, как на лице Данилова отражается работа мысли. Идея Джинна была логичной.

— Вылазка? — тихо переспросил Максим. — Саша, это опасно. Мы не знаем, что там.

Александр наконец поднял на него глаза, он щурился и морщил лоб раздумывая. Затем снова перевёл взгляд на планшет.

— Жестянка дело говорит, — произнёс он наконец. — Но есть нюансы.

***

Нюансы, о которых говорил Александр, оказались до унизительного простыми. Он не стал спорить, не стал приводить контраргументы к выкладкам Джинна. Он просто подошёл к стеллажам, и молча ткнул пальцем в один из продолговатых жёстких кейсов. В этом жесте было столько снисходительного превосходства, что Максим почувствовал, как к щекам приливает кровь.

— Максимо, а напомни-ка мне, что это у нас здесь лежит такое высокотехнологичное и дорогое, а? — голос Александра был обманчиво спокоен, в нём не было злости, только ледяная ирония. — Я что-то запамятовал.

Максим молчал, глядя на чёрный пластик кейса. Он уже понял. Мозг, только что жонглировавший процентами риска и тактическими схемами, вдруг показался ему бесполезным, громоздким калькулятором, который забыл учесть самую -пресамую главную переменную. Ту, что лежала у них под ногами. Позор был почти физически ощутим, он обжигал горло.

— Я не слышу, — Александр чуть повысил голос, очевидно наслаждаясь моментом. — Может, твой умный ящик подскажет? А то он так хорошо всё рассчитывает. Наверное, и инвентаризацию нашей поклажи провёл.

Джинн, к его чести, не стал юлить. Его синтезированный голос прозвучал в оглушительной тишине бункера как приговор.

— Обнаружена логическая ошибка в планировании. Входные данные не включали информацию о наличии в инвентаре группы беспилотных летательных аппаратов. План скорректирован. Приоритетная задача: диагностика и подготовка дрона к разведывательной миссии.

Александр тихо хмыкнул, качнув головой.

— Вот за это я его почти уважаю, — он посмотрел на Максима. — Жестянка хотя бы не делает вид, что она самая умная, когда садится в лужу. Признаёт ошибку и работает дальше. Пример для подражания.

Это был удар прямо в цель. Максим, кажется, покраснел ещё сильнее.

— Давай сюда, — глухо сказал Максим, присаживаясь на корточки и щёлкая замками кейсов. — Посмотрим, сколько из этих игрушек осталось в живых.

Он открыл крышку первого. Внутри каждого кейса, в уютном ложементе из пеноматериала, покоился квадрокоптер «DJI Mavic 14». Компактный, с мощными аккумуляторами и зоркими камерами. Идеальные глаза. Максим вытащил дрон, его пальцы привычно забегали по корпусу, подключая кабель к планшету Джинна. Александр молча наблюдал, прислонившись к стене и скрестив руки на груди. Он дал им возможность исправить свой промах, но его присутствие само по себе было укором.

— Аппарат номер один, — доложил Джинн через несколько секунд. — Диагностика завершена. Отказ контроллера питания. Короткое замыкание в основной цепи. Ремонту в полевых условиях не подлежит.

Мёртв.

Максим отложил его в сторону и взялся за следующий. Напряжение в комнате сменилось. Теперь это была не неловкость, а азарт инженера, пытающегося оживить мёртвую технику. Каждый огонёк, загоревшийся на корпусе дрона, был маленькой победой. Каждое сообщение Джинна об ошибке — очередным плевком нового мира в лицо старым технологиям.

— Аппарат номер два. Повреждён модуль гиростабилизации. Изображение с камеры будет непригодным для анализа из-за вибрации. Отказ.

Ещё один труп. Максим выругался сквозь зубы. Два из двух. Шансы таяли.

— Не психуй, профессор, — лениво протянул Александр со своего места. — Нам хватит и одного. Просто чтобы заглянуть за забор и понять, кто там точит на нас зубы.

Его спокойствие раздражало и одновременно помогало. Максим сделал глубокий вдох, отгоняя панику, и взял третий дрон. Он подключил его, и на этот раз на экране планшета не появилось красных предупреждений. Вместо них Джинн вывел на дисплей диагностическую карту, все поля которой светились зелёным.

— Диагностика аппарата номер три завершена. Все системы в норме. Заряд аккумулятора — 87 процентов. Готов к полёту.

Максим не сдержал облегчённого выдоха. Он дал команду на тест двигателей. Четыре маленьких пропеллера на мгновение ожили с тихим жужжанием, и дрон едва заметно дёрнулся. Живой. Он работает.

— Есть один, — сказал он, не оборачиваясь к Александру.

— Хорошо. Проверяй остальные. Нам нужен резерв.

Работа пошла быстрее. Четвёртый дрон оказался мёртв — сгорела плата, отвечавшая за связь. Но пятый и шестой прошли диагностику без проблем. Остальные тоже были с неисправностями. Максим выстроил их в ряд на полу. Три живых, семь мёртвых. Статистика этого мира была безжалостна.

— Три, — сказал, улыбаясь, Максим,