Ухорез - 5 - Василий Горъ

прибыла на «Исети» Урусовых. Выяснять, как и почему, поленился — отослал этот борт «парковаться» рядом с ближним КПП, увел девчонок в спортзал и полчасика потерроризировал отработкой достаточно сложной боевой связки. А без пяти десять оставил под присмотром матушки и Ани, на пару с Наташей пробежался по тому же маршруту, дождался приземления «Онеги» и пожелал доброго утра генеральному прокурору.

Он показался мне чуть менее вымотанным, чем обычно, но оказалось, что это — результат трудов персональной целительницы, приставленной к нему государем на постоянной основе, и… «аж» полуторачасового сна во время перелета из Владимира в Белоярск.

Я здорово расстроился. Поэтому, познакомившись с его целительницей, задержавшейся в десантном отсеке, посоветовал ей как можно чаще вырубать подопечного сном. К примеру, «по медицинским показаниям». Потом отжал у Анатолия Игоревича один из двух увесистых кейсов, не услышал стандартное «Я, как обычно, тороплюсь…», отвел в большую гостиную и «сдал» Жаровой. Так что первые минут двадцать пребывания в моем поместье Голицын и его помощница провели за накрытым столом. А я за это время набрал и отправил в общий канал «Паутинки» несколько распоряжений, проконтролировал их выполнение и попереписывался с мамой. В общем, к тому моменту, когда насытившиеся гости встали с кресел и вопросительно уставились на меня, все участники «операции» в «Якоре» успели собраться в холле первого этажа в парадно-выходной одежде…

Награждение прошло торжественно, но, по моим ощущениям, заметно быстрее, чем прошлое. И, как ни странно, повеселило. Дичайшим диссонансом между веселым удовлетворением Иры Глотовой, пожалованной орденом «За заслуги перед Отечеством» четвертой степени, диким одурением Урусовой и Самойловой, получивших куда более серьезного «Георгия Победоносца» все той же четвертой степени вместе со статусом «Боевой маг первой категории», и какой-то детской гордостью «юных телохранителей» Нинки, которых глава государства счел достойными тех же «Заслуг перед Отечеством», но третьей степени.

Само собой, неслабо «прилетело» и всем остальным отличившимся. Но личный состав смен Жарова и Комлева, целительницы Макарова и Щепкина, Варя, Валя и мы давным-давно привыкли к подобным мероприятиям, поэтому принимали очередные награды с… хм… не вибрируя. Впрочем, после того, как Анатолий Игоревич толкнул заключительную речь и замолчал, а я подал команды «Вольно!» и «Разойдись!», в зале стало шумно — народ вполголоса поздравлял друг друга и… косил на нас.

Но «досталось» только матушке и Ане. А мы с Наташей ушли провожать Голицына и его целительницу, убили на это дело порядка пятнадцати минут и встряли снова — встретили «Атлант», прилетевший за «лотами» аукциона и командировочными, поболтали с первым заместителем генерала Анциферова и в удаленном режиме организовали процесс сборов, доставки транспортных контейнеров со зверьем и их погрузки.

В общем, к моменту, когда и этот борт ушел на Белоярск, Самойлова и Урусова успели не только оклематься от шока, но и неслабо вымотаться под чутким руководством моей матушки. Поэтому нашего появления в спортзале даже не заметили. Или, как вариант, почувствовали, но не рискнули прерывать процесс отработки замороченной боевой связки.

В общем, их спас я. От произвола Старшей Хозяйки рода. И поздравил с первыми наградами. А после того, как закончил, почувствовал, что Самойлова собирается спросить что-то неприятное, поймал ее взгляд и вопросительно мотнул головой.

— Я выросла в семье военного, имею представление о старшинстве и порядке пожалования орденов Российской Империи, точно знаю, что наши жалуются не первыми и даже не вторыми, и уверена в том, что ты как-то повлиял на выбор Императора. Скажи, пожалуйста, чем ты руководствовался, завышая наши заслуги?

— Мой сын в принципе не умеет завышать ни свои, ни чужие заслуги… — холодно заявила матушка, и мне пришлось сглаживать жесткость ее заявления:

— Марин, в моем отношении к вам не было, нет и не будет двойного дна, так как в моей системе координат отношения, в которых оно имеется, нельзя называть дружбой. Далее, я действительно обсуждал с Императором ваши действия. Но только потому, что Виктор Константинович, лично знакомый со всеми Одаренными моего рода, «не узнал» вас на видеозаписях, сделанных камерами «Якоря», и спросил, не взял ли я, часом, под руку новых людей. А после того, как услышал словосочетание «Это мои подруги», заинтересовался, задал несколько уточняющих вопросов и наверняка проверил каждый ответ. Ибо не отличается легковерием. И последнее: мы с Наташей намного сильнее и опытнее вас, привыкли работать в паре и были уверены в том, что сможем продержаться до прибытия родни. А вы не представляли, на что мы способны, и знали, что гарантированно не выживете даже под площадными атаками зверья «ориентировочно одиннадцатого класса опасности». Тем не менее, убедили меня позволить вам принять участие в самоубийственной попытке спасти жителей «Якоря» и выложились до предела. Так что были награждены за реальные, а не завышенные заслуги.

— За завышением заслуг — точно не к Олегу… — внезапно выдала Ульяна. — Равно, как и за замалчиванием: он уважает не только себя, но и других. И дружит по-настоящему.

Тут Самойлова покраснела, заявила, что не имела в виду ничего плохого, решила, что это утверждение «не звучит», и попросила прощения.

Я «прислушивался» к ее эмоциям, поэтому коротко кивнул в знак того, что извинения приняты, увидел в глазах девчонки слезы и вздохнул:

— Марин, я чувствую, что ты не имела в виду ничего плохого. Поэтому-то и не стал заострять внимание на проблеме, не стоящей и выеденного яйца. Говоря иными словами, я на тебя не в обиде. Так что задвигаем эту тему куда подальше и отправляемся сочетать приятное с полезным.

— Какое именно приятное с каким именно полезным? — ехидно спросила матушка, сообразившая, что слово «чувствую» было озвучено персонально для нее. — И озвучь, пожалуйста, список лиц, которые будут этим заниматься, а то я пребываю в непонятках.

— Приятное — уничтожение промышленных объемов иномирных ягод. Полезное — праздничный обед в «Сибарите», до которого всего полчаса лету… — «предельно серьезно» сообщил я.

Наташа прыснула первой:

— Ты хочешь взять ягоды с собой и перепортить настроение остальным посетителям ресторана?

— Что-то типа того.

— Это будет жестоко… — заметила Аня, а моя родительница предложила альтернативу:

— Может, рассмотрим сочетание уничтожения промышленных объемов иномирных ягод И МОРОЖЕНОГО с качественным расслаблением в нашем бассейне… после жестокого разграбления «Элегии», до которой всего полчаса лету? Ведь нам, дамам, нужен ПРАЗДНИК. А завистливые взгляды испортят все удовольствие…

…Матушка задавила харизмой не только меня, но и девчонок. Поэтому «Исеть» Ульяны была