Фантастика 2025-170 - Анатолий Анатольевич Логинов

Юрий кивнул головой и пожав плечами, смущенно проговорил:

— Ребята и хозяйка были обозлены словами украинца. Кроме того, он давно не вызывает ни у кого никаких симпатий и сейчас является лишь фактором раздражения, и раскола. Служить нам с ним вместе, становиться чем дальше — тем сложнее. Да и хозяйка чувствует себя в его обществе, крайне неудобно. Так что в глазах Владычицы и снежановцев, избавиться от Сергея таким образом — выглядело весьма удачным выходом.

Олег взглянув на недовольные лица девушек, счёл нужным дополнить слова товарища:

— К тому же возможно Чайка пребывая у Верлесы, невольно поможет и нам. Если у него получится каким-то чудом, спасти мир лесной хозяйки, то и мы опосредствованно увеличиваем свою безопасность. Ведь если Верлеса избегнет разгрома — то Дэв и Шамиль тоже не усилятся ее землями, а значит не смогут стать и для нас серьезной угрозой.

Женщины растерянно и виновато переглянулись.

— Опять мы пытаемся спастись за счёт Сергея, — тихо произнесла Марина.

А Лена покачивая головой, грустно заметила:

— Скорее всего он просто погибнет, вместе с верлесовцами. А потом возможно настанет и наш черед.

Юрий нервно отреагировал на слова девушек, но сдержался и упрямо возразил:

— Чепуха. Вы слишком пессимистичны. Даже если аналитические прогнозы украинца сейчас и верны, все равно ведь окружающие обстоятельства и расклады могут поменяться — и ситуация изменится. Особенно на протяжении нескольких дальнейших лет.

Лунев поддержал товарища и успокоительно сказал:

— В таких вещах, никаких жёстких конструкций не бывает. Все эти политические, социальные, военные процессы и события, очень пластичны и изменчивы. Кстати тот же Чайка, не раз это отмечал. По-этому мы в любом случае, имеем неплохие шансы выжить.

— Тогда почему Сергей пошел на этот самоубийственный шаг? — негромко задала вопрос Марина.

Олег пожал плечами и задумчиво проговорил:

— Возможно он хочет попытаться спасти свою Родину. Ведь действительно мир Верлесы, почти стопроцентно обречён, а вместе с его гибелью и судьба славянских стран Чайки будет очень горькой.

— А может он понял, что служить ему с нами становиться все более невозможно. И не захотел ждать следующего предательства очередной хозяйки, чтобы потом погибнуть уже наверняка, — стесняясь добавила Лена.

— А что, разве Верлеса его не предала? — насмешливо поинтересовался Юрий. — Или он по твоему уже ее простил? Да и верлесовцы Чайку тоже не жалуют.

— Не знаю, — покачала головой Арнаутова. — Чужая душа потёмки. Ведь нам так и не удалось до конца понять Сергея.

Марина печально опустила голову. Девушка чисто интуитивно почувствовала смысл действий человека, которого продолжала любить. Ощущая глубокую боль своих потерянных надежд и утраченных ожиданий, она едва слышно произнесла:

— Оставаясь снежановцем, Чайка никогда бы не смог больше вернуться на Раратонг, к своей семье. Ведь реально-возможный и близкий путь-перешеек туда, идёт только из земель Верлесы. А мы с лесной хозяйкой уже не союзники. Он даже сейчас это уже не может сделать. Ну а если ее мир погибнет, а земли попадут под власть враждебных владык — то для него это станет вообще, абсолютно невозможно. Сергей видимо хочет перейти к Верлесе, не столько и не только потому, что желает спасти ее людей, славян своих стран или даже себя. И уж тем более не ради этой вероломной хозяйки. Чайка похоже пытается иметь возможность, потом вернуться к своей семье. Ведь после стольких долгих лет и разочарований, он наконец-то обрёл свою любовь и любимых людей. Украинец не хочет их потерять. И для него сейчас — это наверное самая главная цель жизни...

Выйдя из переливающейся синей колоны портала в главном лесном локусе Верлесы, Сергей пообщавшись с его хранителями — медведем и волком, прошел леском к стоящему неподалеку зданию железнодорожного вокзала. За минувшие годы, терминал Верлесы внешне почти не изменился. Основательное трехэтажное сооружение — производило солидное впечатление.

Впрочем Чайка не слишком присматривался, ибо перед его глазами, ещё стояла душераздирающая сцена прощания с убитой горем, горюющей Изнаррой и своим заплаканным пятилетним сыном Богданом. Да и многие замодонгийцы, были очень расстроены и огорчены уходом Ронгара, которого они искренне любили и уважали. Ведь никто не знал, когда он вернётся и вернётся ли вообще...

Войдя в здание терминала, украинец столкнулся с весьма оживлённым движением, внутри главной резиденции лесной хозяйки. Приходили с заданий и уходили на выполнение миссий вооруженные команды наемников, к регенерационным кроватям транспортировали раненных, бойцы обоего пола чистили, сдавали или получали в оружейке оружие и боеприпасы, другие служащие принимали пищу в столовой, или шли на отдых в свои кубрики. Отовсюду долетал лязг, слышались разговоры, витали резкие походные запахи дыма, пота, хвои, медикаментов, ружейного масла и пороха...

Занятые своими делами, вымотанные постоянными походами и схватками ребята, не обращали на Чайку особого внимания. Ведь в терминале владычицы, сейчас по определению не мог оказаться враг — значит идущий мимо незнакомец, был или кем-то из новичков, либо союзником.

Сергей мимоходом проходя через помещения и этажи, не надеялся здесь увидеть знакомых. Все ребята которые его знали — погибли за прошедшие годы в войнах и экспансиях. А те несколько девушек, которым посчастливилось уцелеть, были демобилизованы накануне нынешней всеобщей мясорубки. Единственным известным верлесовцем, для Чайки оставался Игорь, с которым они когда-то были друзьями. Но сейчас как корректор и командир группы, Киреев находился со своим отрядом на очередном полевом задании...

Подойдя к главной комнате Хозяйки, украинец толкнул и открыл стальные двери. Зайдя внутрь освещённого панелями помещения, Сергей остановился у светящегося столба голубоватого света.

Ему пришлось несколько долгих минут ожидать аудиенции. Чайка пожав плечами, понимающе улыбнулся. Он представлял себе смущение и растерянность, которую чувствовала лесная владычица, особенно ввиду своего прошлого предательства. Ей было явно неудобно, то неловкое положение в котором она оказалась. Причем Хозяйка не могла ограничиться общением со своим бывшим Корректором, прибегнув к посредству терминала. Это был не тот случай, когда можно было просто дать задание и отослать служащего, или выдать ему определенную награду и отправить восвояси.

Наконец в воздухе, возникло и сформировалось голографическое изображение женщины. Верлеса была одета в блестящие латы в стиле Жанны Дарк, которые подчеркивали мужественность и решительность владычицы, уверенной в конечной победе. Такой образ конечно производил нужное впечатление на людей Верлесы, но украинца эта мишура, оставила совершенно равнодушным.