Фантастика 2025-149 - Сергей Хардин

Как только я заполнил поле с именем, Стратегическая карта показала мне, что означает каждая буква моего нового имени в контексте передачи её кому-то другому.

С: Окажет финансовую помощь в трудную минуту.

М: Организует встречу с более могущественной силой в качестве посредника.

И: Предоставит убежище во время великой опасности.

Р: Дарует власть над городом до Великой Спячки.

Н: Откроет доступ ко всем ресурсам, как к своим собственным.

О: Будет сражаться на вашей стороне в битве.

В: Поделится сокровенным знанием.

Я несколько минут изучал этот список, и чем дольше читал, тем больше моё понимание бизнеса подсказывало мне, что это безумие в чистом виде.

Никаких лимитов. Никаких ограничений. Никаких мелких шрифтов с оговорками.

В земных реалиях любой из этих пунктов превратился бы в трактат на сотню страниц. «Финансовая помощь» — на какую сумму? В какой валюте? В течение какого периода? На каких условиях? «Все ресурсы» — что именно входит в это понятие? Интеллектуальная собственность? Производственные мощности? Наличность? Какие исключения?

На Земле я провёл тысячи часов с юристами, выписывая именно такие детали. Каждая запятая в контракте могла стоить миллионы долларов. Я помнил сделку с одной пищевой сетью, где мы три месяца спорили об условиях поставки: когда переходит право собственности — в момент погрузки на мой транспорт или после подписания накладных?

А здесь? Здесь дракон мог потребовать от меня отдать ему весь Град Весёлый, все активы, всех людей — и по букве «Н» я был бы обязан это сделать. Без права на апелляцию, без возможности пересмотра.

Но самое пугающее — это работало. Система функционировала тысячу лет, по словам Ворчуна. Значит, репутационные риски здесь были настолько высоки, что никто не решался на откровенное жульничество. В мире, где каждая сторона может сжечь город, взаимное сдерживание приобретало совершенно новый смысл.

По сути, передача одной буквы давала другому дракону огромную власть надо мной. Но, с другой стороны, в этом, видимо, и заключался весь смысл этой затеи. Абсолютное доверие как основа для абсолютной власти.

Это было одновременно и элегантно, и безумно. Как ставить all-in в покере, не видя своих карт.

— Весьма интересно, — сказал я дракону, который неотрывно за мной наблюдал.

— Ты выбрал имя? — спросил Ворчун.

— Выбрал, — ответил я, улыбаясь. — Но не думаю, что захочу им с кем-то делиться.

— Ну что ж! — встрепенулся Ворчун, немного меняя позу. — Давай обсудим твои грандиозные планы. Хочешь выставить на рынок букву с запросом? Или желаешь выполнить чей-то квест в обмен на неё?

Я заглянул в Стратегическую карту в поисках дополнительной информации о Рынке Чешуи, но там не было ничего, кроме возможности удалённо связаться с Ворчуном. Похоже, система работала исключительно через личные консультации.

— Пока не уверен, — признался я. — Но раз уж ты тут за всё отвечаешь, скажи, можешь ли мне помочь. У меня по всему Истоку есть могущественные враги, которые силой и кознями держат в узде всю торговлю. И у меня есть долгий и сложный план, как их сломить, как раз и навсегда сокрушить их организацию.

— Ты хочешь сокрушить их силой? Или хитростью? — уточнил Ворчун.

— Я не против силы, но, если возможно, предпочёл бы хитрость, — ответил я.

Глава 22

— Воистину, здесь возможно всё, — сказал Ворч. — Запрос у тебя серьёзный. Но я знаю трёх драконов, у которых есть что предложить. Твоих букв им хватит.

Моё сердце пропустило удар. Три дракона? И у меня хватит средств, чтобы им заплатить? Звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— И сколько мне придётся отдать за их услуги?

— Двое из них — нетерпеливые и дерзкие юнцы, которые то и дело влипают в неприятности. Хладнокровный человек, который говорит толково и по делу, станет для них отличным представителем. Они удовольствуются твоей буквой «М», — объяснил Ворч, начертив её в воздухе пальцем. За ним потянулись шлейфы голубого света, на мгновение создав призрачный символ. — Один из них предлагает настоящий, первобытный ужас одним своим видом. По твоему приказу он пролетит над тобой и устроит грандиозное представление, угрожая всем, кто посмеет тебе мешать.

Я усмехнулся. Дешёвый, но эффектный понт. Однако посредничество — задача не из лёгких. Я ведь не буду знать обстоятельств дела, пока этот дракон меня не призовёт. Какую бы дичь он ни сотворил, мне придётся защищать его перед кем-то более могущественным. Задача адски сложная. А какова награда? Дракон будет не более чем пугалом. Могучим и ужасающим, но всё же пугалом.

— А что насчёт второго? — спросил я.

— А, да, Хитрая, — сказал Ворч, и его глаза загорелись. — Она искусная колдунья, знающая множество заклинаний, давно сокрытых от человеческих магов. Одно из них нашлёт на твои земли бесконечную бурю, но такую, которую будут видеть и чувствовать только твои враги. И утихнет эта буря лишь тогда, когда ты прикажешь.

— Ну, это определённо мощнее, чем простой облёт, — пробормотал я.

— Это должно намекнуть тебе на сложность задачи, с которой ты столкнёшься, когда она призовёт тебя для посредничества, — сказал Ворч. — Маленькие услуги за маленькие услуги. То, что ей нужно, — задача не из лёгких, и потому она предлагает много — гораздо больше, чем тот дерзкий юнец.

Я кивнул, принимая это к сведению. Вечная буря, треплющая караваны Торговцев? Это уже серьёзно. Нарушение логистики. Срыв поставок. Это бьёт по самому больному — по денежному потоку.

— Каков третий вариант?

— Ахахаха, — хихикнул Ворч, и в его смехе звучали озорство и веселье. — Власти ищет этот дракон. Власти над городом, чтобы править и повелевать.

— А предложение?

— Когти на земле, — ответил Ворч. — Ты сможешь направлять её по своему усмотрению во всех вопросах поддержки: будь то стойкая оборона в осаде, перевозка грузов с одного конца света на другой или просто бой с теми, с кем ты захочешь сразиться.

— Звучит как очень весомая буква, — заметил я.

— За это она готова отдать услугу, которая стоит трёх букв, но просит лишь одну, — сказал Ворч. — Она отчаянно жаждет править. Мы живём долго и не склонны по прихоти отдавать контроль другим. Она не совершила великих деяний, достойных повышения в ранге. И потому