Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

Стадо тварей бежала широкой лавиной: впереди самые мощные – те, кто будет нажираться первыми, они уже от нетерпения щелкали челюстями и иногда, задирая к небу свои морды, оглушительно ревели. Их даже не спугнули звуки начавшейся битвы – там – в основном лагере.

Когда до чудовищ оставались метры, готовые ко всему люди в загоне увидели, как их клан-лидер сделал три шага навстречу этой, казалось, неумолимой смерти и преобразился. Теперь вместо хламиды на нем была сказочной красоты черная в радужных разводах кольчуга, словно собранная и вправду из чешуи дракона, в руках молнией блеснули широкие, короткие мечи, они потрескивали и подергивались, словно живые.

– О боги! Это же силовое оружие, – не таясь, выкрикнул кто-то. И все же всем без исключения казалось, что этот ненормальный не выстоит, его просто снесут массой.

Казалось все: до главы клана остался метр-два, и вдруг сбоку в лавину из мышц, клыков и когтей врезался кошак и тепловоз – стремительный, огромный, орущий во все горло мартовскую песнь, усиленную через гудок локомотива. А еще у этой черной смертоносной жути в тонну весом оказалось вместо когтей два десятка серповидных прозрачных клинков.

Такого им еще не приходилось видеть и тем более слышать. Хорошо, бежать было некуда, они просто завалились на бетон и все, правда, это их не спасло от падающих кусков тварей. Как ни странно, оживил их истошный вопль радости в исполнении все того же Зара:

– А-а-а! Да! Да! Парни, смотрите уровень. А-а-а! Он… он бешено растет, я уже сороковой. Ура-а-а! Пятидесятый! Ура-а-а! – Мачет словно бы отстранился от этих криков, и в полной растерянности глянул на свои характеристики. И вправду уровень крутился в увеличение, словно электрический счетчик в Новогоднюю ночь.

Но не это было сейчас для него важным. Теперь ему, кого все знали как совершенно несгибаемого человека, точно было понятно: они всем скопом, всем мясным цехом, наконец вырваны из этого адового круговорота, и это реальность. И Мачет тихо, только для себя, прошептал:

– Кем бы ты ни был, кем бы ты не стал, мы верой и правдой будем служить тебе, Яр Темный. Всеми своими погибшими, клянусь.

Но в этой клетке не все занимались копанием в своей душе или приятным созерцанием роста характеристик, большинство предпочло заворожено наблюдать за битвой. А посмотреть, и правда, было на что.

Темный передвигался невероятно быстро и, похоже, всё наращивая и наращивая скорость, при этом совмещая молниеносные взрывные удары мечами с резкими перемещениями порталом. Дух захватывало от того, как за секунду этот неуловимый явно подручный смерти три раза менял свое местоположение. А там где он воплощался, в воздух тут же взметались брызги крови и отрубленные головы.

Дождь прекратился было, влажно резко пахнуло кровью. И впервые не их кровью. Огромная кошка нисколько не отставала от главы клана, всегда появляясь там же, где и он, – их лидер. И теперь даже неискушенному зрителю было понятно: грозная черная фурия страхует и прикрывает спину Яра.

Дезориентированные таким неожиданным нападением твари ревели, топтались на месте и, похоже, до сих пор не могли понять, что происходит. Создавалось такое впечатление, что со всех сторон их режут без сожаления, как чумной скот. Тональность рева чудовищ вдруг резко изменилась, из грозного рыка превратившись в истошный визг свиней на убое. Создавалось впечатление, что их словно всех разом насадили на кол, а безжалостная паника напрочь выжрала остатки мозгов, и они бросились бежать, без жалости давя более слабых.

Люди в клетке отреагировали на это мгновенно: кто-то орал во все горло, потрясая кулаками, кто-то смеялся, размазывая скупую слезу, а кто как сумасшедший прыгал от счастья.

* * *

– Думаете, спаслись бесы Аэропортовские? Хрен там, нечисть, вы уйдете отсюда живыми, – зло обмолвился Ярослав, отзывая Черненькую. Он давно думал реализовать Армагеддон в наименьшем своем воплощении с наименьшим количеством энергии, но с элементами ее переработки.

«Что ж время самое подходящее: у меня где-то пять минут, успею, в конструкторе это целая вечность. Место открытое, по любому мрази далеко не уйдут».

Наличие вокруг остаточных энергий он даже проверять не стал, в Пулковской низине скопилось столько отрицательной энергии, что он ее кожей чувствовал. Порой ему даже казалось, что она раскачивает его, как тоненький листок на дереве. Переместился в конструктор, задействовал Армагеддон, приказав:

«Выполнение последовательно с задержкой на каждом этапе».

Реализация тут же началась, на фазе сбора энергий заклинанием Яр вмешался, перекрыв частично доступ, словно вентиль прикрутил. Сбор энергии на этот раз попытался сделать без всяких эмоций, собрал все негативное, что было щедро разлито в пределах мясного загона, и все, что было у бывших мясных рабов. Захватил по старым меркам, казалось, совсем ничего, быстро переработал через свои источники, стало еще меньше. Далее всю эту бесформенную массу раскрутил до невозможности, получив в остатке объект не больше футбольного меча. Подумав, решил считать этот этап обогащением.

Принято: этап Обогащение.

Немного полюбовался на этот гудящий переливающийся силовой шар и скормил заклинанию, сразу почувствовав, как все резко и сильно встряхнуло. По затылку, словно битой ударило:

Внимание! Опасность! Фиксация процесса! Фиксация процесса! Фикс…

Взревела каким-то надломанным и напуганным голосом, переходящим в тонкий визг, система безопасности. Последний комариный писк и вовсе оборвался на полуслове. Ярослава даже напугало это явное эмоциональное проявление. И было от чего: эта возникшая аномалия его тоже не обошла. Боль он, если и почувствовал, то очень кратковременную, как вспышку, а вот дичайшую опустошенность – да. Такого упадка сил он еще никогда не чувствовал, и если бы не Черненькая, он бы так и рухнул на бетон. Заклинание не только сорвало и поглотило всю энергию с основного источника, а еще умудрилось выкачать до капельки все эмоции и силы.

Он даже моргнуть не мог, не говоря уже о том, чтоб языком шевельнуть. Даже сами мысли ему казалось тяжелыми, словно из свинца отлитыми. Статы здоровья и жизнедеятельности в бордовом секторе, почти на нулях: еще немного, секунда, и все, ушел бы на перерождение.

Черная Радуга своевременно окатила его словно родниковой водой несколькими блоками лечения.

– Ух! – вырвалось у ожившего Ярослава, его впервые выкинуло из конструктора. У него было четкое ощущение того, что еще немного и его бы самого распылило и втянуло в это новообразование.

– Спасибо, моя хорошая, – сказал Ярослав, опираясь спиной на Черненькую, поглаживая свою любимицу. – Милая, ты попрессуй меня медблоками, если вдруг опять неприятности начнутся.

На что получил согласие и громкое:

– М-м-р-р! – И язык-наждак на все лицо. Выводы из произошедшего