Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

class="p1">— Ну не тебе рассказывать. Таковы правила игры. Но признаюсь, доселе подобной фантасмагории не наблюдалось. Они всё слопали и не поперхнулись. Все таблоиды, да и не только они, полны различными версиями.

— Красиво подано!

— И логически верно. Разве что не везде.

Боровик глянул искоса:

— Требовались такие жёсткие решения?

Куратор повернулся и некоторое время жёстко рассматривал бывшего журналиста.

— А ты думал, мы тут в бирюльки играем? Смерть Ильича тебе ни о чём не говорит? Идёт война! И на ней нет места гуманизму. Ты отлично знаешь, что они нас всех не пожалеют — с детьми и стариками.

Генрих ничего не ответил. Умом он понимал, но совесть оставалась не согласна.

Информбюро

— Из этого вытекает, Николай Петрович, что информационное сопровождение сработало правильно. Кроме британских таблоидов, мы задействовали парижскую и брюссельскую прессу.

— Сейчас люди больше смотрят телевизор, — руководитель Информбюро Новик мельком глянул на куратора проекта из отдела «А» (агитационного), названного так в насмешку отделам из ЦК.

— Не всё сразу. Французы с некоторых пор жёстко контролируют своё телевидение, но коммерческие каналы уже проявили должный интерес к жареной информации.

— Что осталось на периферии?

— По нашим сведениям, на рынке финансов возникло некоторое напряжение. Видимо, циркулирующие слухи создают эффект взаимного недоверия.

Сидевший в кабинете человек из отдела «Э» поморщился:

— Они быстро разберутся.

Новик глянул на него и строго спросил:

— Но вы с этого хоть что-то поимеете?

— Николай Петрович, уже. Нашим контрагентам заранее передали список интересующих нас акций. После начала скандала некоторые из них ожидаемо просели.

— Наши посредники не засветятся?

— Действуем через Сингапур. Туда сейчас вложились многие из арабов. Так что со стороны ничего не углядеть. Очередной инвестиционный фонд лезет везде, где выгодно.

Внезапно раздался голос сидевшего чуть поодаль в кресле ветерана организации Питовранова. Его сегодня пригласили в качестве консультанта.

— Я бы не был так спокоен. С той стороны за ситуацией внимательно наблюдают. Есть мнение, что они создали совместно с внутренней разведкой некую службу мониторинга.

— Интересно. Почему мне неизвестно?

Новик относился к бывшему руководителю со всем пиететом, но сейчас открыто выявил своё недоверие.

— Вот я и ставлю вас в известность. Но пока это дело в разработке.

— Как это? — не удержался Эшник.

— Наличие такой службы нащупали аналитики. Но где она находится, нам пока неясно.

— Скорее всего, она спрятана среди частных корпоративных структур.

Все повернулись к негласному куратору проекта «Дым и пламень» Салтыкову. Бывшего консультанта АП ввёл в Информбюро ещё сам Ильич, и к его мнению прислушивались.

— Поясните.

— С развитием связи и компьютеров уже не нужно работать в одном кабинете. Различные подразделения могут обмениваться информацией постоянно. И, собственно, даже не знать о существовании другого отдела. Только те, кто руководит такой паутиной, способны принимать решения и видеть общий ход дела.

— Ротшильды?

— Уже не только они. Там достаточно большой пул европейских финансистов: немцы, итальянцы, британцы.

Питовранов заметил:

— Я давно предупреждал, что рано или поздно они объединятся. Это начало подготовки к созданию более тесного Евросоюза и единой валюты.

— Ответ на создание цифрового рубля в СЭВ.

— В том числе. Держатели основных активов разглядели прямую угрозу своему могуществу.

Новик задумался, затем задал ряд вопросов:

— Тогда необходимо срочно узнать: кто именно стоит за созданием службы мониторинга? Это раз. Два — кто будет в политике проталкивать их идеи?

— Отслеживать источники финансирования? — всколыхнулся Эшник.

— Молодец, ловишь на ходу.

— Николай Петрович, будем резать щупальца?

— Непременно. Это самый лёгкий способ ставить палки в колёса. Свалим всё на террористов. И третий вопрос — кто будет из европейского истеблишмента курировать создание Евросоюза. Не этот ли вопрос должен подняться в Давосе? Сейчас эти встречи максимально закрыты. Евгений Петрович, не возьмётесь за список, чтобы я напряг разведку и наших людей?

— Уже озаботился, — Питовранов передал Новику диск. — Но мы продолжаем поиск.

Салтыков оглядел присутствующих, затем решился:

— Мы продолжим силовые акции?

— Обязательно, но пока лишь против политиков. Или у вас есть какие-то предложения?

— Заняться банковской группой «Юникредит».

Питовранов хищно ощерился:

— Неужели появились какие-то зацепки?

— Отчасти. Мы долго следили за кланом Паллавичини. Именно их представитель создал банк Credito Italiano — предшественника «Юникредита». Мы обратили внимание на яркого представителя их семейства Джанкарло Паллавичини. В 1950–1960-х он работал в Banca Cariplo, затем в качестве университетского профессора, писателя и журналиста-экономического обозревателя журнала «The Sun». В 1980 году его назначили главным консультантом финансового управления Италии.

— И что дала ваша разработка?

— Мы отработали множество любопытнейших связей Джанкарло. Банковская семья Паллавичини на данный момент находится в Лондонском Сити и контролирует Банк Англии. Они занимаются глобальной банковской деятельностью через своих агентов — рыцарей Мальты и ордена иезуитов. Паллавичини контролирует свой банк BNP Paribas — один из крупнейших и старейших финансовых конгломератов Европы, чья история уходит корнями в XIX век. Семья Паллавичини, по нашим наблюдениям, также руководит иезуитами, участвует в международной банковской деятельности, в католической церкви и делах рыцарей Мальты. Глобальный банкир принц Джанкарло Паллавичини из княжеской семьи чёрной знати Паллавичини — основателей средневекового королевского банка Bank of Saint George, этакой матки всех центральных банков мира.

Питовранов, что до сих пор контролировал силовые действия Информбюро за рубежом, с довольством хмыкнул:

— Одна из наших потенциальных целей?

— Вместе с теми, с кем он постоянно общается.

— Отлично. Всех пауков — в одну банку.

Новик встревожился:

— А не слишком безрассудно? Мы всколыхнем остальное закулисье.

— Понимаю ваши сомнения, Николай Петрович, но выигрывает тот, кто бьёт первым. Мы отсекли северную руку гидры, сейчас ударим по второй.

— И перехватим управление «Юникредитом».

— И это тоже.

— Тогда жду всех через неделю с конкретными планами.

Информация к размышлению

Широко растиражированные идеи Макса Вебера о связи капитализма с зарождением протестантизма несложно опровергнуть. В католической Италии капитализм зародился до возникновения протестантизма и успешно развивался еще в XIV–XVI вв.

Итальянская аристократия, тесно и на протяжении длительного времени связанная с папством и интересами римской католической церкви, не чуждались занятий финансовой деятельностью уже в XIII–XV вв. Итальянская аристократия в отличии от французской не аристократия меча, а аристократия золота.

Кроме того, важно знать такой термин, как aristocrazìa nera —