Вот и свела нас судьба (на войне как на войне) - Анатолий Н. Патман

Да, могут. Хотя, я же привёл в письме к Николаю Фёдоровичу, ещё в Зимнице, рисунок солдатской разгрузки и все данные на неё. А он как бы приложил его к своему рапорту, направленному в адрес барона Криденера? Мог написать и напрямую к самому Великому князю Николаю Николаевичу, но раз был придан девятой армии, то и решил не перепрыгивать через начальство. Могут и не понять. Это я написал письмо прямо к Его Величеству Александру Второму, но оно мне никак не помогло — или просто не дошло до императора, или он решил проигнорировать просьбу какого-то мелкого подданного? Ну, я не гордый. Напомнил о себе, мне большего и не надо…

— Так мы, господин поручик, добровольцы. Нам можно! — лишь хмыкнул я. — И в бою патронов и гранат никогда много не бывает.

Ещё махорка как бы в цене, но мне ещё рано…

Глава 26

* * *

Глава 26.

Тоже важно?

Постепенно светлело. Нежданные гости начали внимательно осматривать наши позиции. Жаль, что я на других опорных пунктах не был, поэтому мне не с чем было сравнивать. И у себя дел хватало, так и старался не мешать другим и не привлекать к себе лишнего внимания. Ещё и опасно было. Вдруг под обстрел случайно попаду? А так, кому надо, и так прекрасно знали, чем мы тут занимались. И это их забота, чтобы строились хорошие укрепления. А у нас, помимо множества воронок от турецких снарядов и траншей и окопов, ещё артиллерийских позиций, расположенных поблизости, почти ничего не выдавало, что на холме располагался сильно укреплённый опорный пункт. Так и личному составу команды не было, чтобы выходить наружу. А то вдруг опять артиллерийский обстрел?

— Господа, пойдём в блиндаж, — уже предложил и Владимир. — А то, неровен час, нас засекут турки и откроют огонь из пушек.

Да, правильное предупреждение, и вовремя.

— Князь Борис, а Вы, что, с нами не пойдёте? — спросил у меня поручик. Заметил, что я направился в траншею. А там, в блиндаже поблизости, сидели мои помощники, в том числе болгарки. Нам надо было идти встречать и подстраховать разведку. У них было задание вернуться как раз примерно в это время. — Мы хотели бы послушать Вашу музыку. А то корнет говорил, что Вы тут изредка музицировали, но, раз Вас в Плевну не приглашали, то никак не получалось.

Я постарался быть повежливее:

— Прошу извинить, господин поручик, но, к сожалению, пока турки не опомнились, надо идти восстанавливать минное поле. А то они через некоторое время могут пойти в повторную атаку, и с большими силами, а у нас тут не так много войск.

Тут уж поручик и оба хорунжия промолчали.

Я опять взял с собой тех, с кем мы ночью минировали холм и овраги со стороны Радищево, и пошли. Хотя, мин и гранат у нас было чуть поменьше, так как на этот раз большая часть девушек заранее приготовила винтовки к стрельбе. Вдруг что, могли и не успеть. И мы пошли вперёд короткими перебежками, и двумя группами — пока одна изо всех сил перебегала, другая прикрывала. Добравшись до овражка, мы ненадолго затаились там, а потом поднялись наверх и по краю холма двинулись вперёд, уже на юго-восток. К счастью, мы тут на турок не наткнулись и их следов тоже не обнаружили. Похоже, что сейчас они решили прорваться всё-таки чуть западнее. А то просто наткнулись бы на наши опорные пункты. Тогда они могли наглухо перерезать моим людям путь. Хорошо, что обоснованно выбрали путь полегче. Ну, Осман-паша не дурак. Он, как мне память говорила, как бы являлся одним из лучших военноначальников не только турок, но, наверняка, и мира. Когда-то был. А сейчас может им и стать, а, может, и нет? Тут уже как карта ляжет.

Через полчаса, уже и пару вёрст, мы удачно наткнулись на наших болгар. Я засёк их и чуть ранее, когда сам Димитрий и пара его болгар, нёсшие кого-то, ненадолго показались из кустов. Чуть позже и остальная четвёрка показалась. Они уже силком тащили двух, одетых в цветные одежды, мужчин. У небольшой полянки, куда они должны были выйти, я свистнул. И мои разведчики меня сразу опознали. Чуть позже вперёд вышел сам Димитрий.

— Всё хорошо, княже. Жаль, но Стояна ранили. Хорошо, что не так сильно. А ещё двух турок взяли — вроде, даже какого-то бея и его денщика. И десяток наших девушек освободили. Коста с ними, чуть сзади отстал. Девушки еле-еле идут. А Кирилл уже сзади. Немного пострелять пришлось, но отбились. До десятка турок подстрелили, поэтому они пока отстали. Но могут нагнать. Сначала их немного было, а сейчас могут большую группу собрать.

Я был сильно рад встретить своих разведчиков. Ещё и оттого, что всё обошлось. Жаль, конечно, Стояна, одного из крепких и умелых парней — его успел полоснуть саблей один из турок при их взятии. Его, само собой, тут же закололи.

— Молодцы, Димитрий! Сейчас мы тут всё подготовим. Николай, возьми Тодора и Симеона и проводи группу Димитрия. Демьян, а ты вместе с Виленом и Корнилом поможешь мне. А вы, девушки, мигом рассыпались и приготовились к круговой обороне!

Чуть позже показалась группа Косты, тащившая за собой десяток девушек. Да, те были сильно уставшими. Так-то, обычные болгарки лет шестнадцати-восемнадцати, хотя, часть из них одета и побогаче. Оказалось, что вчера турки весь день люто разбойничали в попавшихся на их пути деревнях. Ну, да, как бы решили отомстить предателям-болгарам, собравшимся пойти под руки русских гяуров. А красавицы предназначались для утёх больших турецких чинов и были собраны в небольшом лагере, но довести их, куда требовалось, каратели просто не успели. И ночь наступила, и пока запроса не было. Вот сегодняшний день девушки могли и не пережить.

Да, с большой частью своих сил Осман-паша перешёл на эту сторону Вита. Часть, оказалась, обошла холмы с юга, а обозы и их охрана как бы осталась на другой стороне. Это мои разведчики подслушали оказавшихся рядом турок. Девушки, само собой, ничего особого не знали. Ну, сейчас и не время уточнять разные данные. Надо их довести к себе. А там уже устроим полноценные опросы.

А я просто занялся минированием склона холма. Разведчики оставили за собой весьма заметный след. Не знаю, придут сюда