Тайна феи. По следам мерцающей пыльцы - Татьяна Карсакова

— Твоя мама сейчас далеко, — придумываю отмазку на ходу. — Она помогает моему другу в лаборатории. Мы забегались, не успела с ней поговорить. Поэтому решила с тобой.

Скажи, пожалуйста, как ты поправилась? Врачи были? Может помнишь что говорили? Где болело, какие ощущения?

— Врачей не помню, — покорно отвечает фея. — Помню только, что очень болела спина. Лежать не могла, сидеть, стоять… Мама колола уколы и плакала. А потом принесла какое-то лекарство. Оно безвкусное было, как водичка. Я его выпила и уснула. Проспала очень долго, а когда проснулась все прошло…

Водичка, да.

— Эли, встань, пожалуйста, — хвастаюсь за новую мысль.

Выписка врача мне бы помогла больше, но, в принципе, последствия серьезной болезни могу почувствовать и я. Если болячка была действительно сильная, просто так бы она не ушла.

Осторожно встаю сзади Эли, кладу руки ей на позвоночник.

Да, энергетические потоки съехали, почти как у Эрха когда-то. Значит имело место воздействие на кости извне.

Вот! Позвоночник неестественно изогнут. Совсем чуть-чуть, видимо, потом лечили, но след остался.

Нет, милая, ты не занимаешься танцами не из-за отца, ты не занимаешься танцами, потому что не можешь ими заниматься всерьез. Иначе хана твоей спинке.

Что же могло так повлиять на организм? Опухоль? Точно, опухоль!

Отсюда и боли, и слабость, и сильные обезболивающие…

Все логично! Если опухоль у, например, волчонка это неприятно, но в девяносто процентов случаев излечимо, у орка — проблема не сильнее простуды, тролль ее не заметит, то для маленькой феечки она стала бы смертельным приговором.

Да, это серьезный мотив броситься заниматься абсолютно несвойственной тебе, опасной работой. Вот и мотив…

Телефон пиликает. Смс от Байра.

«Кровь в лесу принадлежит феям».

Вот так, просто, лаконично, и все точки расставлены.

Вскакиваю и выбегаю из кухни, набирая по пути номер Эрха.

— Беглеца сильно не бейте, — ору в трубку и уже тише добавляю, — это отец Эли.

— Кого бить, Лиска, — Эрх нервно смеётся. — Ушёл, паршивец! Опять ушел!

— А, ничего нового, — хихикаю другу в такт. — Дуйте в стаю, вместе разберемся.

Забегаю на кухню и ставлю на поднос всю снедь, что есть в холодильнике. Партнёры приедут голодные и ужасно злые, надо покормить, чтобы успокоились и начали головой думать.

— Лиса, скажите, что случилось! — виснет у меня на руке едва ли ни рыдающая Элинея.

— Все хорошо, солнышко, — легко перевешиваю девочку на услужливо подставленное плечо Токра. — Я сейчас со всем разберусь. Помоги пока Рей. Токр, ты за мной.

Подхватываю поднос и иду в свою комнату, где решила организовать нам с партнерами штаб.

— У тебя продвижения? — спрашиваю, как только дверь комнаты за нами закрывается. — Эли дала зелёный свет?

Братик мгновенно насупливается, отводит взгляд.

— Токр! — беру волчонка за подбородок и заставляю посмотреть мне в глаза. — Ты решил пойти по пути Лит? В молчанку со мной играть будешь?

— Ты же сейчас запретишь, — ворчит братишка и упорно пытается смотреть не на меня, а в пол. — Я с тобой потом хотел поговорить, спокойно уже, с аргументами.

— Умница! — хвалю от души. — Со мной всегда надо разговаривать.

Значит так, мой дорогой друг. Эли сейчас испугана и растеряна. Куй железо пока горячо. Испуганная девушка воспринимает того, кто поддерживает, как спасителя. Если сейчас подсуетишься, может что и срастётся.

— Лис, ты чего? — Токр смотрит на меня как на умалишенную.

— А ты что думал? — смеюсь и треплю брата по голове. — Лит судьбу устроила, а тебя обделю? Не дождешься! Я вас всех одинаково люблю!

И опомниться не успеваю, как оказываюсь в крепких объятиях своего совсем уже взрослого братишки.

— Лиска, ты самая лучшая! — кричит он, не стесняясь эмоций.

— Это потому что навстречу тебе пошла вперёд Эрхана, иначе он бы был у тебя самым лучшим, — улыбаюсь и чешу прижавшегося к моему плечу Токра за ушком, совсем как тогда, когда он был ещё маленьким. — Ты не спеши сильно, словами не кидайся, замуж не зови. Просто обозначь, что она тебе нравится. Заботься о ней. А дальше само как-то. Общайтесь, гуляйте, узнавайте друг друга. Через пару лет посмотрим что дальше, если продержитесь.

Токр радостно кивает мне в плечо.

— И ещё, — предупреждаю осторожно. — Вы Эрху особо на глаза не попадайтесь, я сама с ним поговорю. Все, теперь иди.

Токр без всякого стеснения расцеловывает меня в обе щеки, как тогда, когда был маленьким волчонком, а не великим гениям, как сейчас, и только после этого вылетает из комнаты. Сторожить Эли.

Откуда знаю что именно сторожить? Да просто чувствую и все тут.

Открываю окно, падаю на кровать и уже без всякого стеснения закуриваю.

Партнёры должны приехать с минуты на минуту, надо успеть хоть немного отдохнуть.

В одном я права однозначно. Девушка в беде проще доверяется мужчине, видит в нем героя. Мне ли не знать?

Сама же влюбилась в заботу Эрхана, в его бесконечную силу.

Вот только у Эрхана были на меня совсем другие планы. Ему я была нужна как подруга. Но Токр умница, Токр своего не упустит.

Делаю глоток чая и задумчиво жую шоколадку, периодически затягиваясь. Обожаю вкус шоколада и никотина. Лекс как-то притащил нам электронную сигарету с ароматическими стиками, но мне вообще не зашло. А вот так, самая обычная сигарета и самая обычная шоколадка — самое то. Невероятный кайф!

— Развалилась, хвостатая! — первым в мою комнату завалился в виде песчаного духа Рамшах.

— Двигай задницу! — за ним крехтя поднялся Дуб и упал прямо в ноги моей малюсенькой, уютной кроватки.

— Лиска, имей совесть, подвинься. Устал, как собака. — следом за друзьями завалился Эрх и упал прямо ко мне под бочок.

Ратим поднялся молча. Так же молча взял кружку чая и примостился в дальнем углу комнаты, рядом со шкафом.

Шах ставит мой стул посередине комнаты так, чтобы видеть дверь, окно, и, одновременно, всех нас.

Я приподнимаюсь так, чтобы опираться спиной ни на подушки, а на спину Эрхана, устраиваюсь поудобнее, и торжественно объявляю:

— Господа, Вы сейчас будете ржать!

Друзья смотрят на меня заинтересованно. Весь их вид говорит о том, что ржать им сейчас хочется меньше всего.

Вот зануды! Как же, обидно им. Один неизвестный преступник их, бывалых воинов, из раза в раз переигрывает!

— От вас сейчас ушел ни страшный бедуин и ни оборотень. Ребята, от вас ушел фей!

Объявляю и начинаю смеяться, ибо лица у моих друзей самые что ни на есть растерянные и раздраженные.

Терпеливо выкладываю свою версию событий. Рассказываю о болезни Эли, о том, что отец, скорее всего, для ее спасения подписался