Перезагрузка - Владимир Геннадьевич Поселягин

лучом, и подойдя к дверям, использовав ключ, открыл двери и впустил Лину в спальню своей младшей сестры. Нога, после использования её вместо ключа, слегка болела, крепкие двери оказались, но я быстро залечим ушиб на подошве амулетом малого исцеления, и присев рядом с охраной, быстро снял с них всё самое ценное. А вдруг пригодится? Амулеты-защиты тоже взял, и пусть они третьего уровня, у офицера аж первого, мой «подавитель» имел безуровневую мощность, и для него этой защиты что не было. Не заметил. Из спальни доносилось бормотание, общались, я же закончив, прошёл следом, волоча за шкирки двух стражников и бросив их слева от входа, остальных затащил.

– Ну что решили? – осведомился я у обоих девчушек, на ходу отряхивая руки. – Скоро смена, обнаружат пропажу тревога поднимут.

– Мы идём в зал, – уверенно сказала Лина, и достав из кобуры мой подарок, бластер скрытого ношения, хорошо подходит для женщин, проверила его.

– Зал так зал. Ты меня своей сестре не представишь?

– Ой, извини, – смутилась та и пояснила сестре как меня зовут, ну и её мне представила.

С девчушкой я общаться не мог, языка не знал, но это не мешало мне учтиво поклонится, щёлкнув каблуками берцев. После этого Лина несколько удивлённо поинтересовалась:

– Тебя не удивило что мы идём в зал?

– Да мне по фиг. Так мы идём, или так и будем тут языками чесать? Хочу на рожу вашего дяди посмотреть.

– Знаешь, что он сделал с Лией?

– Я так понимаю, по твоему нетерпению, сейчас всё узнаю.

– Ты себя странно ведёшь, – задумчиво пробормотала та, но тряхнула головой и быстро затараторила. – Представляешь, он Лию замуж выдал. Да ещё за мальчишку, который ниже по положению. Он вообще барон.

– Так ей же ещё десяти нет?

– Да это нормально, – отмахнулась та. – Меня вон вообще в восемь замуж выдали. В шестнадцать можно к мужу переезжать и жить как супруги. У всех дворян так.

– А обручение?

– А это в младенчестве.

– К мужу? А как он отреагирует что у тебя другие мужчины были?

– Да восстанавливать девственность нас ещё на первом курсе учат.

– Понятно, – протянул я, усмехнувшись.

– Ты у меня первый, – ответила та, и посмотрела на меня честными пречестными глазами.

– Сделаю вид что верю. Так мы идём? Думаю, стоит поторопится. Может ещё что интересное про тебя узнаю?

– Да как ты смеешь?! – возмутилась та. – Я тебе ещё ни разу не солгала.

– Это «ещё» мне больше всего нравится.

Та внимательно на меня посмотрела, и видимо что-то для себя решила, так как ласково улыбнувшись и прильнув к моему боку, преданно заглядывая в глаза, поражённая Лия уставилась на неё во все глаза, явно непривычная к такому поведению старшей сестры, и спросила:

– Милый, ты ведь мне поможешь?

– Почему и нет?

– Тогда идём быстрее пока дядя, действительно не почуял нас. Он всё же сильный маг. Деньги очень любит, и власть, но маг сильный.

Пока мы шли к огромному обеденному залу, где обычно кружат пары во время балов, сейчас там столы растравлены и более четырёх сотен гостей расположились, остальные из той тысячи видимо слуги и охрана, располагались в других местах, Лина описала что тут было пока она отсутствовала. Её родители позаботились о завещании, опекуном детей был совсем посторонний человек, уже тогда те не доверяли брату матери обоих девочек. Однако два месяца назад опекун тот умер, несчастный случай во время обеда, подавился, три раза, ага. Ну и согласно местным законам дядя заполучил то что хотел. Он немедленно обручил Лию со своим личным воспитанником, оказалось он был опекуном в крупном и богатом баронстве, наследника опекал, ну и вот поженил детей, разорвав прошлые помолвки. Официально они уже муж и жена. Причём то что пацану семь лет, особо никто не обращал внимание. Детей отправили к себе, а сейчас продолжалось застолье. Оно ещё два дня длится будет. В общем, это я описал тот анализ, взятый со слов Лины, вот её же речь была больше насыщена трагизмом, жертвенностью, беде, испугу и остальными эмоциями коими она достаточно талантливо управляла, пытаясь завести меня и заставить испытывать ненависть к её дяде. Не справилась, мне всё также было всё по барабану, но я это маскировал. Интересно было узнать, что будет дальше. Однако та пыталась постоянно ездить мне по ушам пока мы обходя всех слуг или пережидая пока те пройдут, не дошли до пиршественного зала. Охрана и тут была, поэтому громкий шёпот Лины наконец стих. Вот хорошая у неё сестрёнка, всё дорогу молчала. Я оценил.

Уложив охрану, всё также используя «подавитель», я толкнул двери и вошёл в зал, вырубил двух стражников что стояли за ней с двух сторон. Вырубал голыми руками, причём запущенное тело второго снесло часть блюд с ближайшего стола и пару гостей что сидели за ним. Мы же в полном молчании при множестве глаз что смотрели на нас, устремились к главному столу, где вытирая губы платком, вставал мужчина лет сорока на вид, со слегка посеребренными сединой висками. Надо сказать, мужчина знал цену своему виду и явно поддерживал реноме Казановы и сердцееда. Таких женщины любят. Похоже наш дядя ко всему прочему ещё и изрядный бабник. Ради себя так содержать своё тело вряд ли какой мужчина будет, ну кроме нарциссов и культуристов. Да и стилист у этого дяди отличный.

Шедшая рядом со мной Лина удивлённо вскрикнула. Совсем тихо и почти незаметно, но я заметил, как и бурю в её ауру. Эмоции так и бурлили. Я проходил мимо одного из столиков, и подхватил с блюда куриную ножку, всю в специях на сливочном соусе с чесноком. Те гости что сидели за этим столом ничего не сказали, да и вообще отреагировали только усилившимся интересом. А запах умопомрачительный, поэтому впившись в ножку зубами, запах соответствовал вкусу, я поинтересовался у Лины:

– Что?

– У меня тут муж, – тихо шепнула Лина. – С родителями за одним столом с дядей сидит.

– Хм, хорошо выглядит, – осмотрев парня, а там он один был подходящего возраста Лине, сообщил я ей. – Такие хорошими мужьями бывают. Рогатыми, но хорошими.

– Вот спасибо тебе, успокоил, – ядовитым тоном прошипела та.

Дальше та замолчала, мы подошли к нужному столику. Я взял свободный