Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

— Да его опечатали, наверное.

— Тем более…

И мы пошли искать больницу. Сидеть в гостинице и в самом деле не хотелось. Лучше уж по улицам пошатаемся. А как промерзнем хорошенько, уже не до моральных терзаний будет.

— Марин, ты как? — поинтересовался я, когда, спросив у случайного прохожего дорогу, мы свернули во дворы. — Нормально?

— Не сказала бы, — поежилась рыжая.

— Может, тебе выпить? — предложил пиромант.

— Да нормально со мной все! — неожиданно взорвалась девушка. — Отстаньте! Ясно?!

— Как скажешь, — не стал навязываться я, немного помолчал, разглядывая темные силуэты укутанных вечерними сумерками домов, и вновь спросил: — Тебя что-то беспокоит?

— Меня беспокоит, что меня хотят убить!

— Это были последние, — заявил Напалм.

— Уверен? — сверкнула глазами Марина. — А если нет?

— Прорвемся!

— Если этот засранец завтра не объявится, не знаю, что с ним сделаю…

— Это ты про кого? — спросил я, не дождался ответа и указал на больничную вывеску: — Вон ЛОР-отделение…

Мы зашли внутрь, Марина сразу уселась на скамейку для посетителей, я подошел к закутку дежурной сестры.

— Здравствуйте, нас тут контузило немного, и в ушах звенит. К кому можно обратиться?

— Игорь Геннадьевич! — крикнула кутавшаяся в шаль женщина. — Больных примете?

— Раздевайтесь, проходите, — выглянул к нам из кабинета высокий врач, под белый халат которого был поддет теплый свитер.

— Прохладненько тут у вас, — поежился я, сняв дубленку и заменив зимние ботинки на больничные тапочки.

— Опять температуру теплоносителей понизили, — пояснил врач. — Ну, на что жалуетесь?

— Акустическая травма. Над ухом выстрелили, теперь в левом звенит.

— А у меня в обоих звенит, как у фрекен Бок, — влез Напалм. — Взрывпакет рядом рванул.

— Давайте посмотрим. — Включив лампу, Игорь Геннадьевич заглянул мне сначала в одно, а потом в другое ухо.

— В левом звенит, — напомнил я.

— Так чаще всего и бывает, — кивнул врач и попросил Напалма: — Садитесь…

С пиромантом он провозился куда дольше, заставив того изрядно понервничать.

— Все плохо? — наконец не выдержал пиромант.

— Давайте на аудиограмму в третий кабинет, — ничего не ответил на его вопрос Игорь Геннадьевич. — Потом опять сюда.

Проверка слуха много времени не заняла, и, первым вернувшись к врачу, я протянул ему листок бумаги с каким-то нарисованным от руки графиком.

— Понятно, — мельком глянул на диаграмму Игорь Геннадьевич и отложил ее в сторону. — У вас острая левосторонняя сенсоневральная тугоухость. И в основном снижение слуха отмечено по высоким частотам.

— И чем это грозит?

— В перспективе — осложнениями. В частности, это может привести к плохой восприимчивости речи.

— И что делать?

— Положим в стационар, начнем лечить…

— В стационар? — опешил я, припомнив холодные коридоры больницы. Представил, каково это — находиться тут в общей палате, и замотал головой: — Не пойдет. У меня работа…

— Что для вас важнее — работа или здоровье?

— Если у меня не будет работы, то не будет и денег для оплаты лечения.

— Ладно, — вздохнул Игорь Геннадьевич. — Оформим тогда в дневной стационар. — Он выглянул в коридор и спросил. — "Кавинтон" есть у нас?

— Есть, — ответила дежурная сестра.

— Ставьте капельницу, сразу по две ампулы. Я остальное пока назначу. — И уже мне: — Проходите в процедурную…

Ну я и прошел. А вышел оттуда уже порядком исколотым — помимо капельницы, мне сделали внутримышечный укол в задницу и пару весьма болезненных инъекций за уши. Но это ерунда — самая неприятная процедура состоялась в кассе, где пришлось оплатить свое лечение и лечение Напалма.

— Фигня какая-то! — уже на улице начал разоряться пиромант. — У нас такую ерунду любой целитель за пять минут вылечит.

— Это у нас, — вздохнул я, — а тут нетрадиционная медицина не на высоте. Хорошо хоть вообще лечить взялись.

— И как результат? — спросила Марина.

— Да какой результат? Еще девять дней на капельницу ходить, — возмутился Напалм. — Блин, под конец ежиками наоборот будем!

— А мне вроде лучше стало, — прислушался я к собственным ощущениям. — Звон, по крайней мере, чуть тише стал…

— Повезло, — буркнул Напалм. — Интересно, сейчас реально извозчика найти или все спят уже в этой дыре?

— Да прям уж — спят!

И в самом деле, извозчика удалось поймать без особых проблем, а вот в гостинице поджидал неприятный сюрприз — номер оказался опечатан. Портье переселил нас в другую квартиру, но с личными вещами пришлось на какое-то время попрощаться. Впрочем, сейчас это никого особо не волновало. Всем хотелось только одного — добраться до кроватей и завалиться спать.

Именно так, разумеется, мы и поступили.

Глава 7

На следующее утро мы с Напалмом первым делом потащились в больницу. Повалялись под капельницей, поморщились из-за болезненных уколов и, закупив на обратном пути всякой полезной мелочовки, пошли забирать дожидавшуюся нас в гостинице Марину. А потом уже все вместе отправились завтракать.

— В кафе? — на всякий случай уточнил пиромант.

— А ты в ресторан опять намылился, что ли? — хмыкнул я.

— Да нет, мне в кафе даже больше понравилось, — шмыгнул носом Напалм и внимательно огляделся по сторонам, прежде чем выпустить Марину со двора. — Пирог жирноват, правда, был.

— Не пирогом единым, — тяжело вздохнула рыжая. — У нас вообще-то там встреча назначена. Забыл?

— Точно! — хлопнул себя раскрытой ладонью по лбу пиромант и полез за сигаретами. — Савсэм плахой стал, вах!

— Это все контузия, — пошутил я и на всякий случай заставил метнуться ясновидение через перекресток, скользнуть в кафе, растечься по соседним дворам.

Виски немедленно заломило, под лопаткой закрутилась боль, и захотелось отпустить дар на волю, но мне удалось пересилить себя и удержать предвидение под контролем.

— Контузия? — засомневалась Марина. — Не знаю, не знаю. Если сейчас кофе не выпью, точно усну.

— Кофе! — вскинулся Напалм. — Я-то думаю, чего мне не хватает!

— Ну да, можно и по кофейку…

— Ты как себя чувствуешь? — насторожилась рыжая. — Нормально все?

— Нормально, — почти не покривив душой, ответил я. — Голова тяжелая только.

— А мне будто воздуху не хватает, — пожаловался пиромант. — Постоянно вымотан, и никак в себя прийти не получается. Ночью попробовал сигарету зажечь, чуть в обморок не грохнулся! Пришлось, блин, зажигалку искать!

— Да тут просто магические поля менее насыщенные. Привыкнешь.

— В задницу такие поля! — выругался парень и кинул сигарету в стоявшую у крыльца кафе урну. — Не хочу к такому привыкать! Ты сам-то как, привык уже?

— Привык, — улыбнулся я. — В этом плане никаких проблем. Захотел — узнал, не захотел — никто тебе в голову не лезет. Мне нравится.

— Уже точно в Северореченске остаешься? — прищурилась Марина.

— Ага. Самой не хочется переехать?

— Вот еще! — фыркнула рыжая и зашла в приоткрытую пиромантом дверь.

— И тепло тут, — задумчиво глянул на меня Напалм, —