Фантастика 2026-68 - Сергей Витальевич Карелин

неприлично заржал маршал Воздушной Пехоты. — Единокровная сестра, понял?! А ты чего вылупил глаза, Вульфи? Твоя жена была еще той штучкой! Английская селедка, плоская как доска, но что она вытворяла! Да ты и сам знаешь, ха-ха-ха! Вот Джимми Хеллборн — не этот юный болван, а старший, земля ему пухом, на нее и запал. Идиот, ты что не помнишь, когда он отправлялся в Лондон по штабным делам, ты еще письма с ним передавал, ха-ха-ха! Джимми еще рассказывал, что ради нее наряжался почтальоном — у твоей благоверной фантазия такая была, трахнуться с почтальоном! Ой, не могу, я сейчас лопну!!!

— Спасибо, конечно, — рассеянно заметил Хеллборн, — а я-то думал, от семьи вообще никого не осталось. Особенно после того, как я убил приемного отца.

— Ну, мы в молодости делали вещи и похуже, — внезапно ухмыльнулся сэр Гораций. — Альфи, расскажи ему, чего уж там.

— Было бы что вспоминать, — недовольно поморщился сэр Альфред.

— Что? — почему-то похолодел Джеймс.

— Ты верно говорил, что ореол таинственности надо поддерживать, ну и… жертвоприношения на алтаре древних египтянцев — что может быть лучше? — усмехнулся Альфред Кейн.

«Спросите у сэра Альфреда — вы же знакомы с ним? — он не даст соврать. Тогда Альфред Кейн был еще молодым детективом в Дракенсберге. Только никакого тайного общества не было. Был один сумасшедший чиновник. Он заманивал девушек из рабочего квартала к пирамиде короля Стивена и…» — вспомнил Хеллборн.

— Так это вы их убивали… — прошептал он.

— Каких только глупостей мы не делали в свое время, чтобы подняться на несколько ступенек выше, — пожал плечами начальник полиции.

Джеймс Хеллборн не успел придумать ответ, потому что его мыслям помешала очередная сирена влздушной тревоги. Ничего удивительного. Удивительно, что этого не случилось раньше.

— Что это? — не сразу понял кто-то из участников собрания.

— Как что? — улыбнулся Джеймс. — Это они… Летучие Белголландцы. Yster mense in staal skepe.

Он резко встал и направился к выходу.

— Тебе лучше оставаться здесь, Джеймс, — заметил маршал Соренсен, — это надежное бомбоубежище.

— Да? — усмехнулся Хеллборн. — А я почему-то в этом не уверен. Впрочем, неважно. Мне пора, джентельмены. Был рад пообщаться.

Внезапно выросший перед ним охранник вопросительно посмотрел на сильных сего альбионского мира.

— Пропустите его, — велел сэр Энтони. — И даже отвезите в офицерскую гостинницу, или еще куда-нибудь, он сам скажет. С этого момента ты в отпуску по болезни, Джеймс. Отдыхай, приходи в себя, набирайся сил. Ты еще нам пригодишься. Только умоляю, не делай глупостей.

— Так точно, сэр! — рявкнул Хеллборн. — Разрешите идти?

— Проваливай.

— Куда вас доставить? — спросил водиитель снегохода.

— На аэродром, — велел Джеймс. — И побыстрее.

В ночном полярном небе уже скрестились лучи прожекторов, где-то на окраине оазиса ударили автоматические зенитки.

На аэродроме царила обычная суматоха, предсказуемая в разгар воздушного налета. Джеймс Хеллборн прислонился к стене первого встречного ангара и погрузился в глубокую задумчивость. М-да… Придется подождать, пока белголландцы не улетят. До тех пор все равно ничего не выйдет. Больше того, до тех пор надо посидеть где-нибудь в тепле — минус тридцать градусов это слишком, даже для настоящего альбионца.

К очкам (в госпитале он раздобыл новые, в специальной оправе, альбионскую модель, морозоустойчивые) прилип снег. Джеймс снял их, но протирать стекла в толстых перчатках было неудобно, поэтому он запихнул очки в карман комбинезона. Ничего страшного, всего нескольких диоптрий лишился, до диспетчерской башни и так дойду, вот она…

Хеллборн зажмурился на секунду, что спасти глаза от очередной серии снежинок, и потому скорее почувствовал, чем увидел яркую вспышку, разорвавшую полярную ночь. Пришедший следом ураганный порыв горячего ветра отправил его в ближайший сугроб. Он больно ударился затылком — сугроб был неглубокий, а под ним скрывалась какая-то бетонная конструкция. Из глаз брызнули искры, в ушах зазвенело.

«Дьявол, только этого не хватало! Казалось, только избавился от приступов головной боли…»

Он выбрался из сугроба и грязно выругался. Осмотрелся по сторонам и замер.

Над Маленькой Исландией, на фоне окружавшего оазис ледяного хребта, и безразмерного черного неба, в котором внезапно погасли звезды, поднималось огромное, чудовищное, багровое, грибовидное облако.

— De assche van Klaas klopte op mijn hart, — прошептал потрясенный альбионец. — Пепел Клааса стучит в мое сердце…

…В наступившей неразберихе никто не заметил, как Джеймс Хеллборн забрался в пустую кабину приготовленного к вылету микро-цеппелина, поднял его в воздух и направился на юг.

Глава 46. Когда на равнинах Афгана

— Велиал, Вельзевул, Бафомет и Аполлион! — громко произнес Джеймс Хеллборн, пытаясь выбраться из кабины подбитого микроцепа. — Аааааааааааааааааа! — он очень неудачно уткнулся покалеченной рукой в борт машины — острая боль и круги перед глазами. Сознание только чудом не потерял. Приземлился в сугроб. Отдышался. Осмотрелся.

Микроцеп был невероятно прост в управлении — ручка, штурвал, педаль газа, пулеметная кнопка, кнопка прожектора — и только поэтому Хеллборн ухитрялся справляться с ним одной рукой. Но это пока он летел по прямой. Когда его атаковали сразу два перехватчика, Хеллборн не смог маневрировать, и результат был предсказуем.

Он так и не понял, кто его сбил. Возможно, виксы, а может быть и свои. Может быть, по ошибке, а может быть и нет. Кто-то обнаружил пропажу дирижабля и отправил за похитителем погоню. Все может быть. Хорошо, что они не стали снижаться, чтобы добить его. Раскурочили несущий баллон и улетели. А до границы Скоттенбурга оставалось каких-нибудь сто-сто двадцать километров!

— Сто двадцать километров, — повторил он вслух. — Ничего страшного. Дойду за три дня. Или за четыре.

В настоящее время Хеллборн щеголял в утепленном многослойном летном комбинезоне, почти скафандре (натянул с огромным трудом, с одной рукой-то!). Этот факт решал бОльшую часть проблем. Даже туалет как минимум двое суток посещать необязательно, хотя думать об этом было неприятно. Джеймс снова заглянул в кабину. Аварийный ящик по правому борту. Предполагается, что если пилот выбрасывается с парашютом, в процессе он может сбросить и ящик. Всего лишь два рычага нажать. К счастью, ему не пришлось этого делать.

Так, что тут у нас? Компас, хронометр, барометр, фляжка с алкоголем, сухой паек, фонарик, зажигалка, складная саперная лопатка, другие подобные мелочи и рюкзак для переноски всего этого добра. Дальше. Старый добрый «Уэбли-Хеллдог» 577-го калибра плюс запасная обойма, а также приставной приклад. И лыжи. И лыжные палки. К сожалению, от палок мало проку (с одной рукой-то! надо в самое ближайшее время озаботиться универсальным протезом), но настоящий альбионец может ходить на лыжах без всяких палок. Точно, за три дня доберусь. В путь!

Высоко в небесах горела почти