Фантастика 2026-53 - Игорь Сергеевич Макичев

Вася заглянул мне в кружку, скривился и снова захрумкал галетой.

Участь деликатесов, так и не попробованных князьком, была печальна: Света демонстративно выбросила их в мусор. По штучке. Прямо у нас на глазах.

— А все-таки, что ты там начудил с чаем?

— Заварил просто. Я ведь уже говорил.

— Так-таки и просто?

Ну не повторять же ему ту лабуду, что была скормлена золоченому идолу? Если я все правильно понимаю, не тот Вася человек, чтобы поверить в нечто нематериальное.

— Сделал все, как делал бы для себя.

— Врешь.

— Это еще почему?

— Потому что ты сам себе — до фени. Будешь спорить?

А надо? Есть вообще хоть какой-то смысл объяснять ту путаную конструкцию, которую мне внушали с детства и, что самое грустное, успешно внушили?

Человек — животное общественное. И осознать себя он может только через отражение во внешней среде. Пока не натворил что-то, кругами расходящееся отсюда и в вечность, а потом вернувшееся и шлепнувшее прямо по морде, — нет тебя. И не будет.

Ты — то, что ты делаешь. Тебя принимают по поступкам, а не по намерениям, а значит, ты все и всегда делаешь в первую очередь для себя. Так, чтобы тебе было хорошо и сразу, и потом, когда увидишь свое отражение в чужих глазах.

Наверное, поэтому я и злюсь.

Потому что не могу понять, каким меня видят.

— Чего замолк?

Вот если его спросить напрямую, ответит? Было бы здорово. Но скорее — отшутится или снова напомнит мне об особенностях моего организма.

Честность и открытость здесь была только, пожалуй, в отношениях у нас с адъютантом. Правда, только до того момента, как блондинка начала притворяться тупым солдафоном. С остальными искренностью не пахло с самого начала. Да и откуда бы ей было взяться? Меня же поставили на строго определенную полочку, задавая правила игры. «Знакомься, Алиса, это — пудинг…»

А вот с Васей может получиться. Если, конечно, перестанем играть, причем обоюдно.

Мы все что-то скрываем, кто бы сомневался. Наверное, не стоит вытаскивать из шкафа каждый скелет по очереди, но сделать хотя бы шаг навстречу…

— Ты не думай, я не бессребреник.

М-да, только помечтал о честности, ею и получил. Прямо под дых.

— Если ты здесь очутился, значит, кому-то нужен.

Хотелось бы верить.

— На ближайшей базе, где есть вышки дальней связи, дам объявление. Глядишь, кто и отзовется.

Это должно меня успокоить или наоборот?

В сущности, он неплохой человек. Ну, условно говоря, человек. Тяжелый на руку? Ничего, со всеми бывает. Зато отходчивый. И трепетно относится к своим друзьям.

Темная личность? Так и мое происхождение для него — тайна за семью печатями. О каком доверии тут может идти речь?

Первого шага не сделает? Да и ладно. Буду щедрее. Он же сам сказал, что я себе «до фени»? Вот и продолжу в том же духе. Мне все равно, а ему приятно. Тем более официальный позывной я не забуду никогда в жизни, даже если очень постараюсь.

— Не может быть, чтобы вообще никто не…

— Если правильно позвать, точно отзовутся.

Локация: транзитный сектор

Объект: мобильная база тактической поддержки

Регистровое имя: Эйдж-Ара

Айден никогда еще не видел наследие своего деда по-настоящему мертвым.

До глубокой консервации дело обычно не доходило: в самом худшем случае требовалось заблокировать линии вспомогательного обеспечения и отрезать от питания отсеки и ярусы, на которые и так годами никто не заглядывал. Чаще всего — вариант, допускающий локальное управление всеми необходимыми системами. Разумеется, без возможности общего руководства. И все же решиться из обилия возможных протоколов применить именно первый? Это могло показаться сумасшествием даже опытному коменданту, не говоря уже о необстрелянном новичке. Если бы не одно «но».

Айден толкнул пальцем клавишу замка, и створки входного шлюза нехотя поползли в стороны.

У Тааса не было выбора. Нет возможности действовать на расстоянии, нет и степеней свободы. Всего два варианта решения: либо делать, либо нет. Подобное ограничение весьма упрощает жизнь как подчиненному, так и начальнику, однако кто сказал, что простота равнозначна правильности?

Коридор без ответвлений, прямой, как стрела. По нему можно идти лишь в одном направлении — до места назначения. До сердца базы.

Варс, конечно, позволил себе лишнее в разговоре. Опять же, из-за дистанции? А она, кстати, продолжает увеличиваться, причем обоюдными усилиями. И почему договоренности, в какой-то момент жизни кажущиеся разумными и эффективными, рано или поздно начинают тяготить? Хотя можно было сразу догадаться, к чему в итоге приведут горячее желание находиться поближе к предмету обожания и благородное намерение попустительствовать влюбленным. А ведь Айден предупреждал парочку еще в самом начале, у порога этого идиотского лабиринта… И на чем все сошлись? Само собой решится. Однажды. Когда-нибудь.

Настоящей темноты здесь нет: аварийное освещение разбавляет мрак до густоты вечерних сумерек, а маршрутные огни, выстроенные линиями, четко указывают путь. Зато вокруг висит бесконечно-глубокая тишина, и даже звуки шагов не помогают с ней справиться. Казалось, они стихают еще до того, как нога касается пола. Но самым жутким является все-таки кое-что другое. Пустота. Там, где раньше теснили друг друга схемы и сведения, сейчас не существует ровным счетом ничего.

Айден не предполагал, что ощущение окажется настолько гнетущим. Он, с детства привыкший быть в окружении многих слоев единого мира, только теперь, и то лишь отчасти, смог представить себе повседневное состояние…

Таасу ведь наверняка было страшно оставаться на безжизненной базе. Чем меньше чувств, тем больнее, когда они меркнут. Когда осознаешь, что на замену им ничего не найдется.

Нет смысла ускорять шаг, нет смысла ползти улиткой. Все случится в свое время, как и положено. И очередная часть бесконечности этого «всего» уже случилась.

В тишине. В темноте. В пустоте. Один, без помощи, без поддержки, он все сделал так, как было нужно. Так, как, наверное, не решился бы поступить больше никто. Айден хотел бы ошибаться, но после разговора с лордом-смотрителем любые сомнения отступали, поджав хвосты.

Ни единой попытки. Ни поползновения. Ни даже сиюминутного любопытства, не говоря уже о беспокойстве. И подтверждения — налицо. Бортовые журналы, к которым лорд Вен-Верос получил доступ, лениво продремали все то, роковое время.

Стоит удивляться? Ничуть.

Айден, планируя операцию, сделал соответствующее допущение еще на подсознательном уровне. Знал, как любили говорить предки, не умом, но сердцем, что сигнал пройдет мимо тех, кто обязан его принять.

Стоит пугаться? Нет. Слишком поздно.

Подобного следовало ожидать. Чем автономнее становились базы, тем больше ресурсов получали их коменданты. Энергия. Сила. Мощь.