Резчик 1 - 6 - Павел Александрович Шек

Шантан поставил его, чтобы не забывать, с каким типом людей ему приходится иметь дело. И второе. Я обещал приглядеть за Иддой, поэтому некоторое время, пока она не освоится в столице, она поживёт у меня в поместье.

На минуту в помещении повисла тишина.

— Саверио, герцог прав, что ты устал от этого севера, — сказал Вильям. — Отдохни немного, приди в форму. Я найду чем тебя занять.

— Спасибо, Ваше Величество, — холодно улыбнулся тот, бросив на меня колючий взгляд.

— Вижу, что у тебя есть на примете человек, кто займётся торговыми делами с севером? — спросил у меня Вильям. — Он компетентен?

— Нет, мой Император. В том смысле, что человека на примете у меня нет. Я уверен, что Вы подберёте достойного кандидата.

— Да? — он посмотрел на меня так, словно не понимая, зачем я сдвинул Поджи, если не хотел пристроить своего человека. Потом он едва заметно приподнял брови, словно догадался, что это может быть из личной неприязни. — Оставим скромности герцог. Благодаря тебе северные провинции остались не разорёнными, поэтому я оставляю за тобой право выбрать человека, кто займётся этим.

— У меня не так много знакомых среди достойных людей…

— Ерунда, — Вильям остановил меня жестом. — Скажи лучше, что думаешь о северянах. Большая ли у них армия, маги? Герцог Блэс сказал, что они его немного удивили в последних сражениях. Меня же только и уверяют, что маги Империи лучше, но я слышу совсем другое от людей, к чьему мнению я прислушиваюсь.

Поджи бы покривил губами, но умел сдерживать эмоции, не показывая их на лице.

— Мне сложно оценивать. Войско у них действительно большое, и маги есть. Действительно сильные, если судить о том, что они сделали с крепостью Толедо.

Придумывать я не стал, рассказав только то, чему был свидетелем, о переговорах с Шантаном, о женщине с большим талантом к магии. Сказал, что Шантан был впечатлён Аш, но почему вдруг решил отступить мне неизвестно. Вильям же улыбался, словно знал ответы на оба этих вопроса. Надеюсь, он что-то придумал себе и не знает о детях Берра, с которыми я столкнулся. Он задал ещё несколько вопросов по поводу моей провинции и отпустил. Я же весь разговор гадал, почему он так хорошо относится к Поджи, как будто они старые друзья.

В коридоре нас ждала благородная особа в красивом платье, но без драгоценностей. Обычно только фрейлины супруги императора не носили драгоценности, поэтому я не удивился, когда меня пригласили для разговора с Еленой. Идда всю встречу с Императором просидела с ледяным взглядом, словно высеченная из мрамора, и молчала. Вильям, в отличие от Поджи, на неё внимания совсем не обратил.

— Он плохой человек, — сказала неожиданно Идда.

— Если ты о Поджи, то согласен с тобой. Диана, поговори с Ивейн, пусть та пара, что сопровождала нас, отвезёт Идду домой. Повозку наймут для этого. А нам ещё целый день по городу колесить. Иди, ничего со мной не случится. Наверное.

Диана немного поколебалась, затем кивнула и повела Идду в обратном направлении. Я же последовал за фрейлиной. Для разговора Елена выбрала малую гостиную, которую когда-то назвала своим рабочим кабинетом. Удобная комната, чтобы спокойно провести время, почитать или даже поработать, учитывая небольшой письменный стол, притаившийся в углу.

— Доброго дня, Ваше Величество, — я поклонился.

— Доброго, герцог, — Елена выглядела вполне бодро и пребывала в прекрасном расположении духа. На щеках здоровый румянец, глаза сверкают. Жестом отослала Фрейлину, ожидавшую других распоряжений.

Когда нас оставили наедине, Елена быстро встала с дивана, спешно прошла к двери, прислушалась и щёлкнула замком, запирая дверь. Активировала амулет от прослушивания.

— Что-то случилось? — уточнил я.

— Ничего такого, — она подошла, подвинула меня к центру комнаты, где было немного свободного пространства. Опустившись на колени, она взяла меня за руку и положила себе на голову. Сложила руки перед собой, шёпотом вознося молитву Уге.

— Госпожа Елена…

— Руку на место верни, — сказала она таким властным тоном, что я машинально положил руку ей на макушку. Если нас сейчас застукают, думаю, что я буду первым герцогом, которому отрубят голову так быстро после назначения.

— И всё-таки, что случилось? — уточнил я.

— Берси, пожалуйста, скажи, довольна ли нами Великая мать? — сейчас голос Елены звучал совсем не требовательно, а я бы сказал, наоборот, едва ли не умоляюще. Как у неё так получается, ума не приложу. — Всё ли мы делаем правильно?

— Я спрошу, спрошу, — быстро сказал я. На моём лице отразилось удивление. — Кхм, как бы это ни прозвучало странно, но Уга Вами довольна. Не подумал бы… — тихо добавил я.

— Слава Великой матери, — облегчённо вздохнула Елена.

— Вы могли бы спросить меня об этом и по-другому. Ответ бы не изменился.

— Ты верховный жрец и проводник Её воли, — сказала она, не спеша вставать. — Мы лишь обычные последователи. Нельзя спросить просто так. Ритуалы и обряды придуманы не на пустом месте. Приказывай, Берси, возлюбленный Великой матери. Любое твоё слово будет сию секунду выполнено! Любое желание исполнено!

— Госпожа Елена, может быть, Вы встанете? Не приведи Великая мать, кто-то войдёт.

— Дверь закрыта, — парировала она. — С той стороны нет замочной скважины, а замок не такой хлипкий, чтобы его можно было легко выбить.

— В любом случае, мне сейчас ничего не нужно. Как и богине. Но если что-то появится я обязательно Вам об этом скажу. Нет, не пытаюсь обмануть. Уга не терпит, когда кто-то её ослушивается. И если она скажет, обязательно передам её волю Вам.

Елена подняла глаза, посмотрев снизу вверх. И в этом взгляде была печаль, что для неё нет никакого задания. Даже самого простого. Ещё немного и из этих искренних и пугающих глаз покатятся крупные слёзы.

— Есть для вас задание. Есть, — вздохнул я. — Давайте только сядем, всё спокойно обсудим.

Она сняла мою руку с головы, коснулась лбом тыльной стороны ладони, только после этого отпустила и встала. И её совсем не заботило то, что платье немного помялось.

— Чаю? — предложила она.

— Спасибо, с удовольствием, — быстро сказал я и добавил про себя, что лучше бы это было вино, чтобы успокоить расшалившиеся нервы.

Елена наполнила пару чашек, установила на чайный столик, приглашая сесть в одно из кресел.

— Для начала скажите, с чего Вы решили, что я возлюбленный Великой матери, — сказал я, пригубив чай. Немного приторный, но довольно вкусный.

— Мы не знаем, — она задумалась. — Это просто знание, которое есть. Может быть, Великая мать передала его?

— Забудьте, — махнул я рукой. Скорее всего, она случайно услышала это от асверов. — Так, о деле. Мне нужен человек, знающий Виторию,