Фантастика 2026-132 - Сергей Анатольевич Панченко

– Прощай, народ русский, люд киевский. – Князь поклонился толпе. – Пожелайте, люди, удачи войску нашему да у богов защиты попросите.

Толпа одобрительно зашумела, князя Владимира в народе любили.

– Покажите уж там Кощею да змею, его прихвостню! – раздался из толпы задорный бабий голос.

– Покажем, – рассмеялся в ответ Владимир.

Князь, сунув ногу в стремя, ловко вскочил на коня. Слегка пришпорив скакуна, двинулся к воротам, войско потянулось за ним.

– Похоже, все в порядке, – довольно заметил Полкан, он отряхнул руки и спрыгнул с насыпи, куда залез, чтобы лучше видеть всю площадь.

Неожиданно со стороны ворот пошел какой-то шум: бабы кричали, воины выкрикивали команды. Полкан стремглав кинулся туда, расталкивая обеспокоенный народ.

– Убился! Убили! Ужас! – голосили сотни людей. Боярин энергично расталкивал народ, пробиваясь к воротам, Яков следовал за ним, кикимора мелькала между ног в толпе – ей было проще всего находить дорогу, да только не раздавили бы… Наконец толпа зевак закончилась, и Полкан уперся в сплошную стену щитов и кольчуг: войско выставило оцепление, не пропуская посторонних к месту происшествия.

– Пропустить! – рявкнул Полкан, и стена щитов раздвинулась, впуская его в круг.

– Да живой я, живой. – Князь Владимир сидел на земле подле своего коня и держался за ногу. У Полкана отлегло от сердца, он уже боялся, что случилось непоправимое. Князь Святослав притащил за руку упирающегося мужика. Тот лишь вращал глазами и с ужасом смотрел на окружающих. Боярин кинул взгляд на коня, на лежащего князя и седло, что валялось прямо возле него. Судя по всему, подпруга седла не выдержала, лопнула, и князь рухнул вместе с ним.

– Вот он, Митька-конюх, – тяжело дыша, произнес Святослав, его огромный живот колыхался в такт движению, – он коня готовил и сбрую проверял.

– Что же ты, окаянный, угробить меня хотел? – вскричал Владимир.

– М-м-мы!.. – Конюх замотал головой и повалился на колени.

– Немой он, что ли?

– Точно так, нем от рождения. – Святослав пнул конюха ногой. – Но до сих пор справно служил.

Владимир попытался встать и только крикнул от боли.

– Кость сломана, – с грустью на лице пояснил знахарь, – теперь месяц надо, чтобы срослось, а пока – не ходить вовсе.

– Как же месяц, – негодующе крикнул Владимир, – война ведь!

Знахарь развел руками. Князь снова попытался встать и лишь зло вскрикнул.

– Вот же напасть… – разочарованно произнес он. – Илья!

Илья Муромец подскочил к князю поближе.

– Похоже, войско Ивану вести придется. Но ты следи за ним, он молод еще; воли ему большой не давай, на то тебе мое княжеское благословение и наказ.

– Я все понял, – кивнул Илья степенно, – побьем Кощея, не изволь сомневаться, слово тебе на то мое богатырское.

«Нехорошо поход начался», – угрюмо отметил про себя Полкан.

Глава 9

Восточная красавица

Войско берендеев растянулось в длинную цепочку. Во главе ехал Дмитрий, рядом с ним – воевода Федор и командир разведчиков Егор. Терпеть проклятую пустыню им осталось недолго, войско шло споро, все понимали: едут в последний раз. Либо вернут родное царство, либо полягут все; иного не дано.

– А все же надо было этих «Магомедов» проучить, – опять буркнул Федор, продолжая давно текущий разговор.

– Негоже кровь сородичей проливать, – не согласился Дмитрий. – Нельзя уподобляться тому, что ненавидишь, так нетрудно и самому стать злом.

– Зло, добро – все это относительно, – начал спорить Федор. – Вот для магога поймать и съесть пленника – это добро: он сыт, семья сыта, хорошо. Для того же, кого съели, все немного не так.

– Ты хочешь быть похожим на магогов? – спросил Дмитрий, пристально глядя на Федора. – Или на «Магомедов», что Вячеславу голову сняли с плеч?

– Не хочу, – буркнул Федор.

– Вот и я не хочу. – Дмитрий покачался в седле, занимая положение поудобней. – Давай будем берендеями до конца.

– Один полк остался, и запасов нет, – снова начал Федор. – Чем воинов кормить будем?

– Все равно у нас один путь – либо победим, либо поляжем все. Если поляжем, так какая разница, с пустым желудком или с полным?

– Берендей о поражении не думает, – отрезал Федор, – мы победим.

– Не можем не победить, – согласно кивнул Дмитрий, – с нами все войско Владимира и Василисы, все богатыри русские.

Миновав очередной бархан, витязи увидели одиноко стоящий богато украшенный паланкин, возле которого стоял толстый лысый человек. Дмитрий узнал его сразу: это был старший евнух Шамаханской царицы Сирав. Евнух расплылся в улыбке, увидев выехавших навстречу витязей.

– Приветствую достопочтенных воинов, славных берендеев, – церемониально поклонился он, – да будут долгими ваши годы и да будет легка ваша дорога.

– И ты здравствуй, почтенный, – дипломатично ответил Дмитрий.

– Да будет многочисленно твое потомство, – тихо пошутил Федор, но евнух услышал.

– Увы, вопреки вашим молитвам, я лишен этой радости жизни… – Он всплеснул руками и горестно посмотрел на Федора. Тот пробормотал извинения под тяжелым взглядом Дмитрия.

– Что привело вас в такой час на эту дорогу? – участливо поинтересовался евнух, нисколько не смутившись.

– Мы возвращаемся домой, – решил не юлить Дмитрий.

– О, как это прекрасно – воссоединение с давно забытой Родиной! – Евнух расплылся в улыбке, но глаза его совсем не улыбались. – Надеюсь, охрана порубежья не пострадает: мы так на вас надеялись, так старались, чтобы у вас все было хорошо…

– Твоя правда, Сирав, – сокрушенно ответил Дмитрий, нервно теребя в руках копье, – Шамаханское царство всегда было к нам добро, спасибо и тебе, и царице, но сейчас мы должны вернуться домой. Иначе мы не можем.

– Как я вас понимаю, – захихикал Сирав, – давно оставленная Родина – что может быть притягательней? Конечно, придется бросить здесь тех, кто в вас так верил; тех, кто столько сил и средств потратил, чтобы у вас появился новый дом…

Берендеи молчали, не зная, что сказать в ответ.

– Я хотела бы поговорить с Дмитрием, – раздался из паланкина женский голос с ярко выраженным восточным акцентом. Федор сразу узнал этот мягкий, обволакивающий голос: он принадлежал царице Шамаханской, его нельзя было спутать ни с чем иным. В отличие от евнуха, она говорила по-русски, хотя и знала, что каждый берендей отлично понимал и шамаханский язык тоже – за несколько десятилетий его выучили все, в большей или меньшей мере.

Дмитрий спешился и осмотрелся. Паланкин был один, охраны не наблюдалось. Федор посмотрел на Егора, и тот тут же скомандовал разведчикам занять вершины соседних барханов.

– Какая милая предосторожность, – снова хихикнул евнух, – неужели вы нам не доверяете?

– Я и себе не доверяю, – буркнул в ответ Федор.

– А вот это мудро, – улыбнулся ему евнух понимающей улыбкой.

Дмитрий отогнул