Эволюция Генри 5 - Владимир Алексеевич Ильин

— Даже у Реликта не получилось меня проклясть. — Стоял я поодаль от решетки.

— Мне не чинят раковину и душ. Говорят, без твоего разрешения не станут. Я мою руки в сливном бачке. Ты доволен?

— Скоро тебя выпустят. Возможно, уже сегодня. Сможешь уехать.

— Врешь. Мучаешь. Хочешь свести с ума, да?

— Зачем?

— И в правду… — Шепнула она. — Кто я, чтобы меня бояться? Ничтожество второго уровня.

— Выйдешь, внушишь себе, что всего этого не было. Найдешь хорошего парня, заведешь семью.

— Чего — не было? Всей моей жизни?

— Ага.

— Хочешь, чтобы я убила себя? — Поднялась она и посмотрела через решетку.

— Чтобы жила без сожаления о потерянном. Не было ни банды под твоей рукой, ни дела в Солт-Лейк-Сити, ни служения Президенту, ни хитроумной мести ему. Не было врагов, не было друзей. Не было ощущения превосходства над этими жалкими людьми, вся судьба которых — служить тебе и твоим целям. Станешь нормальной.

— Ты жесток. Ты — чудовище!

— Не было меня, хозяина города и Реликта. Который когда-то носил тебя на руках. Просто серая жизнь, как у всех.

— Скотина… Какая же ты скотина… — Шептала она, усевшись и понурившись. — А я ведь тебя любила.

— Врешь. Но про эту ложь ты тоже забудешь. Сама, своей волей — потому что иначе сойдешь с ума.

— Я верну уровни, Генри. Верну — и тогда… Ох, Генри, — покрутила она головой.

— Про месть ты забудешь в первую очередь. Как поймешь, что нет возможности своровать так много. Всего второй уровень, Амелия. Ну кто станет в тебя вкладываться?..

Та замолчала, глядя в точку перед собой.

— Есть, правда, вариант…

Амелия оскалилась улыбкой и покосилась на меня.

— Нет, Генри. Нет-нет-нет. Лучше безумие. Лучше забвение. Я не стану тебя слушать! Нет! Нет!

— Когда же я делал тебе что-то плохое? — Удивился я.

— Т-ты-ы. Одним существованием….

— Не давал тебе себя убить? Предать?..

— Хватит. Уходи. Я сотру себе память. Ты победил, Генри.

— Смотри, что у меня есть. — Криво улыбнувшись, открыл я бутылек и брызнул в ее сторону несколько капель.

Попал, конечно — она сидела недвижно.

— Запах… Этот запах… Боже, Генри… — Прислушалась она к себе. — Генри… Уровни… Четвертый.

— Еще можно вот так, — щелкнул я пальцами.

«Внимание! Владыка Корней Гор Нибо по воле Хозяина дарует Амелии сан жреца! Это локальное событие…»

— Шестой… — Пораженно смотрела девушка на меня, помолодевшая единым разом.

— Духи исчезнут. Сан я могу снять.

— За что, Генри⁈ За что эта мука⁈.

— А могу дать тебе флакон. Оставить сан. Интересны условия?

— Я отменю проклятье, — серьезно кивнула она.

Головушка-то у нее все-таки протекает.

— Амелия, — с укором посмотрел я. — Сделка будет состоять в том, что ты вспомнишь людей в Вашингтоне, которых готова ненавидеть сильнее меня.

Та, выпрямившись и убрав волосы в сторону, вопросительно посмотрела.

— Ты же сделаешь все, чтобы я сдох. Я это знаю, — улыбнулся, не встретив, впрочем, протестов в голос. — Но представь, что у тебя есть список ненавистных людей.

— У меня он есть, — покивала она.

— Я дам тебе уровни, а ты поставишь мое имя в самый низ. И мы договоримся, что ты займешься мной только, когда завершишь с остальными.

— Четыре уровня за это мало. Очень мало!

— Тогда забудь. Все забудь.

— Стой! Нет! Ты говорил про Вашингтон — за четыре уровня я сдвину их всех вверх! Но ты будешь сразу за ними! А потом остальные — там много, много!..

— Вашингтон — этого достаточно для сделки.

— Когда мы едем? — Настроилась Амелия на деловой лад.

— Мстить ты будешь под моим контролем, в моих интересах, по моему приказу.

— Так всегда было и с президентом, — отмахнулась та. — Там столько сучек и наглых морд с липкими руками! Одно удовольствие травить их друг на друга!

— Значит, ничего нового для тебя. Вообще ничего нового. Президент скажет — а ты сделаешь так, чтобы люди перестали ему мешать.

— Постой, — изменилось ее лицо. — Но ты же… Ты же убил его!

— Убил, — кивнул я. — Об этом знаешь ты, знаю я. Знает Ньюсом — до него ты не добралась, но ведь в курсе, кто это?.. Киваешь. Для остальных бывший Президент жив. И, поделюсь с тобой секретом, скоро вернется в Вашингтон.

— Ты… Ты хочешь…

— Совсем скоро он станет новым Президентом, полагаю, — спокойно выдерживал я пораженный взгляд. — Разумеется, если в нем не заметят подмену.

— Без меня тебе не справиться!..

— Вздор, Амелия. — Улыбнулся я. — Сегодня Президент потерял в бою с Реликтом ближний круг охраны и советников. Говорят, был сильно травмирован и даже мистера Ньюсома узнал не сразу.

— Нет-нет! Это тут, в дыре, ты обманешь людей, — лукаво улыбалась она, встав на ноги. — Но в Вашингтоне все сразу заметят изменения. Тебе не поверят. В тебя не поверят!

— У меня будут его таланты. У меня будет его внешность и отпечатки пальцев. — Шагнул я ближе. — У меня будут люди, заинтересованные в том, чтобы никто не заметил подмены. Но главное, — остановился я вплотную. — У меня будешь ты.

Амелия подошла ближе, и я нежно провел рукой по ее щеке.

Та мягко коснулась моего запястья своей рукой и немедленно вцепилась в кожу зубами.

— Я тебя тоже люблю, дорогая, — шептал я ей, не сопротивляясь бессильной попытке прокусить ладонь. — Будешь моей снова?

— Кем? Рабой? Любовницей? — Возбужденно дышала она, отпрянув.

— Моим карающим клинком. Тебя станут бояться. Тебя будут ненавидеть. Тебя станут желать. Будут целовать ноги, будут с опаской говорить твое имя — все это будет вновь.

— Ты убьешь референта, и я согласна.

— Нет.

— Ты накажешь ее! Я не прощу ей тот взгляд!

— Нет.

— Ты не возьмешь ее с собой. Иначе проваливай немедленно!

— Не возьму. — Кивнул я.

— Тогда, мистер Президент, я в полном вашем распоряжении!

— До вечера документы подготовят. Приводи свои мысли в