Не время для Реала - Тарас Сергеевич Асачёв

— Я перевел деньги на счет космопорта. Отпустите его. — Ворк охранник посмотрел мне в глаза.

— Залог внесен, ты можешь быть свободен прямо сейчас. Или совесть в тебе сильнее жажды свободы и бесчинства?

— Совесть превыше всего! — пафосно заговорил я, издавая нотки смирения и покорности. — Возьмите залог за меня и переведите в фонд детей сирот Ворков. Им они нужнее. — эффект достигнут. Ворк заржал как ужаленная лошадь, протер выступившую слезу и поставил меня на ноги.

— Отличный парень, мог бы и троих бессмертных положить. Пошли, я проведу тебя в тюремную камеру. Отоспишься.

— Постойте, мы заплатили! — встрал перед нами Скарб и даже снял свой шлем. Ой, блин ну и урод же он.

— Космопорт благодарен вам за внесенные средства, но заключенный встал на путь исправления и мы не в праве его принуждать к обратному. Уйди с дороги Червь! — зарычал Ворк. Скарб с отрешенной мордой отступил в сторону. А нас с угорающим Стоуном повели в отделение Охраны порта.

Заключенным было отказано во всех правах и имуществе. Стоуна первого положили на какую-то платформу, которая буквально сорвала с него скафандр, личное белье, сумку и все прочие вещи, кроме трусов и небольшого браслета на правой руке. Затем последовала моя очередь.

— Внимание! Согласно указу № 456 пункт 4, подпункт 34. На время заключения вы лишаетесь всего личного имущества.

Платформа загудел и с меня сорвало мой скафандр, сумку, все предметы разнеслись и спрятались в небольших отсеках. Я наклонил голову и улыбнулся. Мой костюм Бруннена и манжеты никуда не делись. Я широко улыбнулся и посмотрел на тюремщиков. Те почесывали затылки и не знали, что делать дальше. Однако главный пнул одного из подчиненных, и меня поставили около Лемана.

— Я тоже денег сорвал со своей группы. — тихо шепнул мне каменный человек.

— Отставить разговорчики. У меня для вас, хитрожопые обезьяны, есть хорошая новость. В честь завтрашнего праздника, вы будете освобождены. Дальше одна ваша надежда на новых хозяев. А теперь шагом в камеры.

— Начальник, а как на счет дома сиротки Ворков? Деньги туда дойдут? — не удержался я от колкости. И почти мгновенно получил удар в нос на 58 хитов. Голова моя опрокинулась и я еще треснулся о стену.

— Не ерничай мерзавец. У Ворков нет брошенных детей. Мы любим свое потомство, в отличии от некоторых. А тебе я выберу самую уютную камеру…

Нас выдавали и привели к шести небольшим стеклянным камерам. Усадили по одному в отдельные камеры. Закрыли стеклянные двери. Мы сидели в непонятках, но когда охрана вышла, снаружи был откачан весь воздух и убрано давление. Вакуум.

— Внимание! Вы попали в тюрьму планеты «Трава у Дома». Ваш срок заключения — 72 часа. Вы можете внести в счет залога 0 кредитов и запросить досрочного освобождения. В помещении тюрьмы сняты все блоки боли и ощущений. Точка «привязки» временно прикована к вашей камере. Желаем вам приятного времяпровождения.

В углу экрана появился таймер, который сразу разменял мой крайний час и начал отсчет. Я откинулся на своей прозрачной и страшно неудобной лежанке и закинул руки за голову. Активировал интерфейс и выбрал свои характеристики и умения. Если с характеристиками было все более-менее понятно, раскидал все минут за десять. То с умениями я вновь завис и стал копаться в умениях. Наконец я нашел свою веточку…

— Ветка «Развития» — основная ветвь развития расы Бруннен. На протяжении многих лет развития и изменения, Раса Бруннен сузила свои умения и создала максимальное соотношение качества и эффективности. Развивайте себя и познайте мир вокруг.

— Умение Ветки «Развития» — «Песнь Бруннен». Расовое. Умение песни было развито вашей расой в самые светлые времена вашего развития и спокойствия. Сила пения расы романтиков и создателей настолько велика и мощно, что может влиять ваше окружение и на вас в частности. Вам доступно три ступени Песни Бруннен.

Вкладываю три единицы умений в песню. Отмахиваюсь от сообщений и смотрю на следующую ступень.

— Умение Ветки «Развития» — «Создатель». Расовое. Тысячелетиями раса Бруннен была единственной расой в космосе. Но ничего не терпит пустоты. Бруннены научились наполнять пустоты космоса и иные миры новой жизнью. Научитесь и вы владеть живыми существами и создавать новые виды раньше их естественного развития.

Еще пять единиц. Следующее умение.

— Умение Ветки «Развития» — «Бессмертие». Недоступно. Развитие ветви возможно только после сотого уровня. Развивайтесь молодой Бруннен.

Черт! Ладно, не последняя. Что есть еще…. Легкая дрожь прошлась по моему лежаку, и я свернул все окна интерфейса. Вокруг вновь нагнетался воздух. Я привстал с плоской поверхности и посмотрел сквозь стенку. У нас было пополнение! Девушка-Хаммер в одном лифчике и трусиках была помещена в соседнюю с нами камеру. Процедура откачки воздуха повторилась. Я посмотрел на Лемана в соседней камере. Тот только плечами пожал и развел руками. Девушке же сразу села и стала рыдать, прикрыв большое лицо четырьмя стройными ручками. Хм, да какое мне в общем то дело? Я посмотрел снова на каменного человека. Стоун разминал свои неслабые руки и слегка менялся, наращивая мышцы и словно каменея. Качает себя? Хочет вынести стену? А дальше?

Удар тяжелого кулака нанес неплохие повреждения на стеклянной двери, но не сломал ее. Только рассыпь трещин расползлась по поверхности стекла. Еще удар, еще — еще. Жаль я не слышал звука бьющегося стекла. Зато я увидел, как массивная фигура качнулась, когда давление в двух помещениях выравнивалось. Стоун стоял в абсолютно безвоздушном пространстве и похоже не испытывал особого дискомфорта. Камень, что с него…. Бл…!!! Я подскочил как подпаленный и сам подбежал к своей двери. Выставил свои манжеты и нанес удар. Мда… Хреново.

Минутой спустя, а так же минуя тридцать ударов, я, наконец, пробил стекло. Меня чуть не вынесло в небольшую дырку в стекле и сразу стало плохо. Кожа словно нагрелась. Но не лопалась и в целом не страдала. А вот дыхания мне отвелось не более двух минут. Стоун стоял и не верил своим глазам. Он открыл рот и попытался что-то сказать, но куда там. Я выскочил в развороченные дверь и подбежал к Леману. Показал ему на дверь охраны. Он покачал головой. И чего я вылезал? Стоун показал мне в узкое окно амбразуры, где слегка мигал красный фонарь. Понял. Мы встали по бокам у двери, и Леман ударил в это стекло. Не камера, конечно, стекло лопнуло, и в нашу сторону ударил невероятной силы ветер. Я даже вздохнуть умудрился под этим потоком