Второе дыхание - Ольга Кобзева

— Они концентрировались во вместилище, айсхи Овареш, словно стекались в него. Сопровождалось всё невероятным подъемом. Душевным. И сил прибавилось. А еще… эйфория. — Даже раскинула руки, кружась вокруг себя, стоило вспомнить то невероятное ощущение. — В крови словно пузырьки счастья лопались, айсхи Овареш. Что это могло быть?

— А у айсхи Лориош вы интересовались этим явлением? — настороженно отозвался наставник.

— Он отмахнулся, не стал отвечать, — чуть слукавила я. — Но мне показалось, что он не испытывал схожих эмоций. Рейджинал был напряжен, даже раздосадован и поторопился прервать наш контакт, как можно скорее оборвать то, что происходило.

— Знаете, айсхи Виктория, думаю, что скрывать от вас нельзя, айсхи Лориош неправ, что не пояснил вам произошедшее. Его досада тоже вполне объяснима, ведь то, что вы ощутили, он предпочел бы испытать с другой.

Радость и хорошее настроение как рукой сняло.

— Так что же это было? — спросила хмуро, глядя на сосредоточенное лицо наставника.

— Произошедшее — признак того, что энергия вас троих созвучна друг другу. Редчайшая гармония, если учесть, что юная айсхи Тархар — не дитя айсхи Лориош, а вы не его пара.

— Что-то я не поняла, — качнула головой, хмурясь еще больше.

— Такая гармония энергий случается в семье, айсхи Виктория, — не стал больше ходить вокруг да около наставник. — Между энергетическими родителями и потомком рода. Формируется такая связь обычно не сразу, юные айсхи сначала напитываются силой рода, происходит формирование их вместилища. Связь углубляется, крепнет. Род для истинных айсхи значит очень много, намного больше, чем для простых людей или полукровок. Айсхи не могут жить без подпитки сородичей, а уж преувеличить важность связи взрослых истинных и птенцов и вовсе невозможно.

— Но Рейджинал предпочел бы, чтобы его ненаглядная айли Парван была на другом конце этой цепи, — кивнула своим мыслям. — Чтобы это ее энергия, а не моя резонировала с ним и Шайлас. Так?

— Я не могу отвечать за айсхи Лориош, — кивнул наставник. — Но то, что именно в ней он почувствовал свою айскари… поймите, это не зависит от айсхи. Это — созвучие душ, родство энергетических потоков. Ни сердце, ни разум в этом не участвуют. Бороться со своей природой невозможно.

— А может айсхи чувствовать айскари в одной, а любить другую?

— Любовь для людей, айсхи Виктория. Не для детей Богов и неба.

— Айсхи появились в этом мире, придя сюда из другого! — вспылила я. — При чем тут Боги, айсхи Овареш? Айсхи — такие же жители Ларреи, как и люди. Да, одаренные, да имеющие большую продолжительность жизни и вторую ипостась. Но к Богам айсхи не имеют никакого отношения!

На это наставник отвечать не стал, да и я быстро пожалела о собственной вспышке. Рей — не для меня! Не. Для. Меня! Все, Вика, просто запомни это и успокойся уже! Хватит цепляться за призрачную надежду. Да и характер у него такой, что лучше не нужно. Зачем нужен мужчина, дракон, айсхи, который смотрит на тебя горящими глазами и тут же прячет взгляд? Который боится чувствовать? Бороться за него нет смысла. Его просто нет.

Да и, признаться, я тоже все чаще стала смотреть на другого. Больше времени проводить с Галахером, больше мыслей посвящать ему. Мне не хотелось, чтобы он покидал приграничье, я хочу, чтобы он остался, был рядом. Смотрел на меня своими невозможными синими глазами, приносил из Таронга сладости, украдкой помогал поселенцам, словно стесняясь своей доброты.

Галахер постепенно стал участвовать в наших посиделках. Скручивал листья этарши наравне с поселковой детворой, общался с Шайлас. Все чаще я слышала ее смех, когда он что-то говорил юной айсхи, заговорщически склонив к ней голову. Говорил с ней, а смотрел на меня. Он все время смотрел на меня, и это стали замечать.

Той ночью, самой первой, в темноте все казалось проще. Теперь же я невольно краснела и прятала глаза. К чести дракона нужно заметить, он не пытался меня касаться на виду у всех, не старался сблизиться, но все время бросал такие взгляды, от которых мурашки бежали по телу, а лицо вспыхивало румянцем.

После того, как все листочки этарши были скручены до появления сока, их сложили в бочки. Сверху ткань и груз. Мне этот процесс напомнил квашение капусты. В какой-то мере, что-то подобное и происходило. Часов шесть-восемь уходит на брожение и, собственно, ферментацию. Последний этап — тщательная просушка на жарком солнце. И все, чай готов.

Заварив такой, чтобы впервые угостить наставника, я не смогла сдержать улыбку при виде вытянутого лица немолодого дракона. Он торопливо делал глоток за глотком, то и дело прикрывая глаза и прислушиваясь к внутренним ощущениям, перекатывая чай по языку, а после принюхиваясь.

— Невероятно! Просто потрясающий вкус! — прикончив первую чашку ароматного напитка, воскликнул он. — Айсхи Виктория, но ведь это просто листья этарши! Я много раз заваривал ее в лечебных целях. Вкус отдаленно похож, но такого аромата, такого послевкусия, такого терпкого наслаждения я и близко не испытал!

— Рада, что вам понравился мой чай, — рассмеялась я, довольная произведенным эффектом. — А вы еще спрашивали, зачем мне столько кустов!

— Признаюсь, был неправ, — серьезно заявил Родерик. — Но все равно для вас одной кустов слишком много.

— Почему же для меня одной? Вот вам, например, чай понравился. А как думаете, другим айсхи он придется по вкусу?

— Отчего же нет? Наверняка, придется.

— Вот я и открою лавку, где стану этим чаем торговать!

Родерик едва не поперхнулся большим глотком из новой порции, которую я ему налила взамен выпитого.

— Торговать? — выпучил он на меня глаза. — Вы?

— Не обязательно лично, — пожала плечами, наслаждаясь произведенным эффектом. — Может, найму кого-нибудь в помощь. А чай может быть разным, айсхи Овареш. Не только из этарши, но и из других растений и трав. К тому же, сборы можно купажировать, смешивать, тогда и вкус претерпит изменения.

— Масло из серки, напиток из этарши, дома из шурры… вы — интересная айсхи, Виктория, знаете об этом?

— Догадываюсь, — все же рассмеялась я. — Рада, что и вы заметили, — подмигнула наставнику.

Галахера тоже удалось угостить чаем. В дом его я, конечно, не звала, чувство самосохранения не до конца еще атрофировалось, так что напросилась в лагерь айсхи. Шайлас, конечно, со мной. Вместе с мышкой испекли странноватые кривые лепешки, прихватили мешочек с высушенным чаем и отправились в гости.

Айсхи встречали нас привозными сладостями. По очереди они летали в Таронг, принося оттуда всякие вкусняшки, которых в приграничье было не достать. Чаепитие вышло душевным. Правда, от Бродера я села подальше и, на всякий случай, старалась не