Новая жизнь Вечного стража. Том 1 - Сергей Баранников

– Есть кто дома?

– Есть, да не про вашу честь! – донеслось из-за двери. Да, не везет мне с наставниками.

– Я к наставнику Касьянову.

– Вот как? – в голосе человека прозвучал интерес. За дверью послышались шаркающие шаги, а потом дверь отворилась, и на пороге появился заросший мужчина лет сорока с опухшим лицом. Вид у него был явно неважный.

– Это шутка? Или ты пришел договариваться за кого-то из своих братьев?

– Мне нужна помощь для себя. Так вышло, что я почти не развивал дар, а сейчас мне бы приходились уроки, чтобы подтянуть основы.

– Выпить есть?

– Нет. А надо?

– Ладно, входи, – отозвался мужчина и сделал шаг в сторону, пропуская меня внутрь.

В коридоре было пусто, не было даже коврика для обуви. Зато в кухне обнаружился целый арсенал пустых бутылок. Если бы собирать в них эссенцию, хватило бы на лечение целого квартала пострадавших.

– Пить будешь?

– Нет, я учиться пришел.

– А, ну да, – прокряхтел Касьянов и рухнул на стул. – А зачем? Какой от этого толк, если проклятая Бездна все равно сожрет нас всех с потрохами? Не сегодня, так завтра или через неделю. Как бы ты ни старался, все равно не сможешь ничего сделать – ни себе помочь, ни спасти близких. Даже я не смог, понимаешь?

Так, что-то мне подсказывает, что я понимаю его проблему. Нужно выводить из запоя этого бедолагу, иначе я не получу нужные мне знания, а он так и сопьется окончательно, пока над ним не откроется воронка Мглы и не превратит в одержимого. Если уж Касьянов спился под грузом проблем, то устоять перед натиском Мглы точно не сможет, а иметь в противниках такого мощного одаренного не хотелось бы.

– И что нам делать? Сидеть и ждать, когда Мгла придет за нами?

– Вот! Ты уже меня понимаешь. Мы ничего не можем сделать, так что толку метушиться и заламывать руки? – наставник поставил передо мной заляпанный стакан и плеснул туда немного жидкости из бутылки. – Пей!

– Нет уж, я не собираюсь гнить здесь заживо и давать Бездне шанс. Она может забрать у меня близких, но не заберет моей решимости! Буквально вчера я со своим отрядом закрыл воронку на Шереметьево, и это только начало. Мне нужны все доступные силы, чтобы сокрушить Мглу. Иначе окажется, что все эти смерти оказались напрасны. Вы теряли кого-то дорогого сердцу, господин Касьянов?

– Жена. Она погибла в воронке на Шереметьево. Я не смог ей помочь…

– Хотите сказать, что ее смерть была напрасной? Вы взяли и опустили руки и даже не попытались остановить Бездну?

В глазах Касьянова заплясали огоньки, а в следующее мгновение перед ним возник шар энергии. Прежде чем он успел метнуть его, я успел переместиться в сторону и сплести энергетический щит. Правда, щита хватило всего на один удар, да и то часть энергии прорвалась сквозь барьер и отшвырнула меня к стене. К счастью, сработал мой амулет и защитил от ожогов.

– Не знаю как тебе удается так быстро двигаться, но ты всего лишь адепт первого листа, как ты мог закрыть воронку? Ты даже мой удар не смог заблокировать. Убирайся отсюда, пока цел.

– Вы новости давно смотрели? Кажется, вам давно пора выйти в свет.

Потянулся к ментальному плану, отыскал точки силы, зачерпнул потоки энергии и подготовился к тому, чтобы быстро сотворить энергетический щит, но уже более продуманной конструкции. Не такой, как делают в этом мире. Осталось всего лишь сделать пассы руками и выделить немного энергии, чтобы обеспечить коридор между ментальным и физическим планом.

Передо мной вспыхнул энергетический щит, а Касьянов невольно подался назад и упал со стула, потому как на этот раз щит был куда мощнее.

– Попробуйте пробить этот!

– Как? – мужчина даже немного протрезвел от удивления. Он подскочил и совершенно без опасения, а с любопытством учителя принялся ходить вокруг щита, рассматривая его особенности. С таким видом учитель труда оценивает табурет, который сколотил его ученик. – Я чего-то определенно не понимаю. Первый лист, вообще никакой, а тут работа очень изысканная. Не знаю как ты сделал это парень, но тут и мне в пору учиться у тебя.

– Вот и славно! Когда будете готовы, можем приступить к занятиям. С меня – знания по работе с ментальным планом и потоками силы, с вас – азы знаний по дару и его развитию.

– Ты мог бы и сам найти это все в интернете. На худой конец, в библиотеке.

– Долго, да и какой только чепухи не найдешь в сети? И потом, а наставник мне тогда на что? – я не смог сдержать улыбки и вышел из дома.

– Завтра приходи к девяти! – проревел Касьянов мне вслед. Да, он определенно купился. Еще бы – сопливый новичок показывает ему такие вещи, что не может делать он сам! Тут замешаны и гордость, и любопытство.

Домой возвращался в приподнятом настроении. Проблема с наставником решилась. Пусть, он не был так важен, ведь дар я все равно не успею развить как следует до решающего момента, но даже такая сила в борьба с Бездной иногда приходится кстати. Ну вот, уже и я начал называть Мглу местным названием.

А там можно уже и свою школу обучения дару открывать. Как минимум, два ученика у меня уже есть – Малова и Касьянов. Долго ли умеючи? Только бы дар слегка развить, а то нелепо выгляжу на фоне остальных.

Кстати, не понял градацию силы. Касьянов назвал меня адептом первого листа. И что это значит? О том, что это очень мало, я интуитивно догадался. Император, вон, магистр пятого листа. И вообще, причем тут листы?

По дороге от наставника снова наткнулся на церковь. Перевел взгляд и увидел над входом изображение человека, окруженного семью лепестками. Точно такое же изображение я видел на картине Беловой, когда она перерисовывала какой-то храм. Так может, это не лепестки вовсе, а листья, и всего их семь?

Свернул на дорожку к церкви и заглянул внутрь. Может, здесь кто-то мне сможет объяснить? Внутри оказалось пустынно, даже очень. Разве что иконы висели на стенах, да подсвечники, на которых горело всего-то четыре свечи. Разглядывая стены церкви, я не сразу заметил пожилого священника в черной рясе.

– Надо же, нечасто увидишь здесь молодых людей. Многие из них забыли обращаться к Свету, а некоторые и вовсе обернулись к Бездне, но большая часть так и продолжает бродить в потемках, не понимая в каком направлении идти.

Чудной