Мила. Принцесса легкого поведения - Тина Солнечная

— Какая же ты необычная, — усмехнулся Эл, коснувшись моих волос. — Готова отказаться от статуса принцессы ради троих мужчин. Не каждый день такое услышишь.

Гилберт обнял меня сзади, скользнув руками по талии, и его дыхание коснулось моего уха.

— Любила бы меня, если бы я был роном, значит? — прошептал он с лёгкой усмешкой.

— Может, даже чуточку больше, чем сейчас, — рассмеялась я.

— Моё сокровище, — прошептал Гилберт, притянув меня к себе и накрыв мои губы поцелуем. Я почувствовала, как его пальцы мягко скользнули по моему подбородку, а затем он чуть отстранился, чтобы взглянуть мне в глаза. — Я хочу, чтобы ты знала — я сделаю всё, чтобы ты была счастлива.

— И я, — подал голос Эл, присоединившись к нашему объятию, легко касаясь моих волос и целуя меня в висок.

Я улыбнулась, чувствуя невероятное тепло в груди. Эти мужчины — мои истинные, и мне повезло, что они рядом.

— Обещаешь? — спросила я Гилберта.

— Обещаю.

— Тогда остальная подготовка к свадьбе на тебе! — обрадовалась я, а мужчина рассмеялся.

— Как скажешь, дорогая. Как скажешь.

Глава 26

Ночь я провела в объятиях своих мужчин. Сначала они долго и качественно показывали как сильно скучали по мне, а потом опомнились и решили, что мне стоит выспаться, хотя до утра оставалось не так уж и много времени. Я уговорила их остаться со мной и не уходить. Потому что соскучилась по их близости и запаху. Я будто хотела ими надышаться.

Эл крепко прижимал меня к себе с одной стороны, Гилберт обнимал с другой. Их дыхание было ровным и тёплым, и я позволила себе расслабиться, утонув в уюте и тепле. Это было невероятное ощущение — быть окружённой защитой и любовью сразу с двух сторон.

Гилберт во сне порой подтягивал меня ближе, устраивая мою голову на своей груди, а Эл касался моего плеча, нежно поглаживая, будто стараясь убедиться, что я рядом. Я чувствовала себя в полной безопасности и наконец-то могла позволить себе расслабиться после всех событий последних дней.

Мои пальцы аккуратно пробежались по груди Гилберта, ощутив его сильное и ровное дыхание. Он был таким спокойным во сне, таким родным и настоящим. Я улыбнулась и прижалась к нему ещё ближе, наслаждаясь тем, что могу так свободно касаться его.

Эл тоже среагировал на моё движение, подтянув меня ближе к себе, и его губы скользнули по моей макушке. Я рассмеялась тихонько, но не стала будить их обоих, просто наслаждаясь моментом.

Ночью я часто просыпалась и ловила себя на мысли, что не хочу, чтобы этот момент заканчивался. Но сон всё равно брал своё, возвращая меня в тёплую и безопасную темноту.

На рассвете я проснулась первой и какое-то время просто лежала между ними, ощущая себя самой счастливой на свете. Эти мужчины — мои. Мои любимые, мои защитники, мои безумцы, которые готовы на всё ради меня.

— Ты уже проснулась? — тихо прошептал Эл, не открывая глаз.

— Да, — улыбнулась я и поцеловала его в щёку. — Просто наслаждаюсь тем, что вы рядом.

Гилберт потянулся, едва заметно улыбаясь, и накрыл меня своей рукой.

— Я готов провести с тобой так всю жизнь, — пробормотал он с довольной улыбкой.

Я рассмеялась и зарылась лицом в их плечи по очереди, чувствуя, как внутри всё светится от счастья.

Но на этом моя радость закончилась. Пришлось готовиться к открытому дню с горожанами, и я совершенно не хотела туда идти. Не то чтобы я была против помогать людям — наоборот, мне нравилось чувствовать себя полезной. Но сидеть там в одиночестве и разбирать чужие проблемы было не в моих планах на день.

Дрейк сдержал слово — он действительно проделал хорошую работу. К моменту, когда я села на своё место, перед залом уже выстроилась приличная очередь. Люди перешептывались, обсуждая что-то между собой, но когда я вошла, настала тишина. Я улыбнулась и поманила первого посетителя жестом. Началось.

Ко мне шли с разными проблемами: кто-то жаловался на несправедливость со стороны стражи, кто-то просил помощи в покупке корма для лошадей, так как внезапный вирус унес почти всё стадо. Были те, кто спорил из-за земли или имущества, и даже одна пара, умоляющая помочь вернуть украденное свадебное платье. С каждым я старалась поговорить вежливо, внимательно выслушать и по возможности помочь. Но некоторым приходилось отказывать — слишком уж абсурдны были просьбы или слишком сложны для решения сразу.

Постепенно я стала уставать от нескончаемого потока людей. Но, к моему удивлению, даже когда наступил полдень, очередь не иссякла. Дрейк и правда поработал на славу, и теперь дворец гудел от людского волнения.

Ближе к концу приёма в зал вошёл старик с седыми волосами, сильно сутулый и опирающийся на деревянную трость. Он подошёл к трону и поклонился, а я заметила, как его пальцы дрожат.

— Ваше высочество, — голос старика был низким и хриплым, но твёрдым. — Меня зовут Альберт Рейфисон, я директор местной школы для бедных. Простите за дерзость, но прошу вас… помогите нашей школе. Она на грани разрушения, крыша протекает, стены трещат… Детям негде учиться. Мы собирали деньги, как могли, но у нас нет покровителей. Я обивал пороги чиновников, но никому до этого нет дела. Дети — обуза для знати. Но вдруг вам… вдруг вам не всё равно…

Я нахмурилась, ощущая прилив беспомощности. И правда, мало кому во дворце есть дело до детей бедняков. Я сжала подлокотник трона, прикидывая, как подступиться к решению проблемы.

— Я подумаю, как можно помочь, — сказала я, заметив, как старик нахмурился и разочарованно опустил голову. Он уже понял, что обычно это означает отказ, но я не могла принять решение, не обдумав его как следует.

— Пожалуйста, подождите в коридоре до завершения приёма, — добавила я. — Мне нужно больше информации, и я вас позову.

Он склонился в поклоне, покидая зал с гордо поднятой головой, несмотря на дрожащие ноги.

После завершения приёма я попросила Дрейка найти Эла. Тот явился через несколько минут и поклонился, как полагается.

— Ваше высочество, — с серьёзным лицом произнёс он. — Что-то случилось?

— Эл, у меня для тебя задание. Оно непростое, но я не знаю никого, кто справился бы лучше тебя, — я улыбнулась, глядя в его глаза.

— Задание? — на его губах мелькнула лёгкая улыбка. — Желаешь массаж?

Я рассмеялась, покачав головой.

— Это позже. Сейчас мне нужно кое-что другое. Там в коридоре сидит старик, директор детской школы. Она почти разваливается, а дети лишаются последнего места,