Главный инженер 2 - Вадим Фарг

— Нет, я не жёсткий, — спокойно сказал я. — Просто у меня мало времени на то, чтобы заниматься воспитанием взрослых идиотов.

Я развернулся и пошёл обратно к своему гаражу. За моей спиной воцарилось молчание. Музыку они так и не включили. Значит, сидели и напряжённо думали над моими словами. Для начала нашего сотрудничества это было уже весьма неплохо.

Возвращаясь к своему гаражу, я снова отметил следы у ворот, проверил положение камеры, осмотрел замок и оценил слепые зоны. Уровень риска рос с каждым днём. Кто-то, кто стоит на Сысоевым, уже тянул ко мне свои мерзкие лапы. Виктор начал дёргаться и совершать глупости. Григорий готовил свою грязную игру. А Лика теперь боится меня, так что попасть к ней в дом будет проблематично. Или же нет? Всё зависит от того, насколько этот страх разожжет в ней любопытство. Всё же любой нормальный человек рано или поздно захочет разобраться со своими страхами.

Глава 25

— Макс, ты вот это всё сейчас серьёзно? — спросил Степаныч, тяжело вздохнув и постучав тупым концом карандаша по исписанной странице, не отрывая взгляда от длинного перечня адресов. — Тут работы на двоих столько, что нам придётся ночевать в подвалах, потому что это объём для полноценной бригады.

— Полностью согласен, Степаныч, — ответил я, открывая сводную таблицу на экране телефона и сверяя её с его записями, чтобы убедиться в отсутствии накладок. — Но мы уже обсуждали, что работники и диспетчер существуют пока что лишь в наших мечтах, а реальность более сурова.

— Мечты у тебя, начальник, какие-то… приземленные, потому что обычно нормальные люди мечтают о море, красивой женщине и чтобы спина по утрам не болела, а ты мечтаешь о диспетчере, который просто берет трубку и умеет записывать адреса, — усмехнулся старый мастер, обхватив кружку и делая большой глоток.

— У каждого свой уровень испорченности и свои приоритеты, — спокойно парировал я, понимая, что обилие заказов остаётся проблемой, которую нужно решать. — Когда заказов мало, ты сидишь голодный и злой, а когда их становится слишком много, ты из-за усталости начинаешь совершать ошибки, которые в нашем деле могут стоить репутации и денег. И да, я знаю, что нам нужны новые люди, Степаныч.

Старик медленно поднял на меня глаза, в которых читалось явное облегчение, смешанное с привычным скептицизмом.

— Хорошо, что мы снова вернулись к этому вопросу, а то я уже начал всерьёз опасаться, что ты на фоне своего энтузиазма решишь, будто мы вдвоем сможем ещё и лифты по ночам чинить, — проворчал он. — Только ты сам понимаешь, что брать кого попало нельзя, потому что один криворукий дурак испортит нам всё доверие, которое мы тут по крупицам собирали.

— Естественно, мы не будем брать случайных людей, потому что мне нужны рукастые универсалы, желательно бывшие работяги, монтажники, электрики или сантехники, которые знают своё дело, — подтвердил я, опираясь спиной о холодную кирпичную стену гаража. — Главное условие заключается в том, чтобы они не бухали на рабочем месте, не врали клиентам в глаза и не тянули свои руки к чужим вещам, даже если эти вещи плохо лежат.

— Ты сейчас, Макс, описал какого-то единорога в спецовке, которых в природе не существует, особенно в нашем районе, — рассмеялся Степаныч, качая головой. — Но если хорошенько подумать, то есть у меня на примете пара человек из старой гвардии. Один Славка, толковый электрик с нормальными руками, только от него недавно жена ушла со скандалом, поэтому он сейчас нестабильный и может в любой момент сорваться в запой. Второй Митяй, который шарит по вентиляции и трубам, но у него характер дрянной, любит поспорить с начальством и доказывать свою правоту там, где это не нужно.

— Со мной он быстро отучится спорить не по делу, потому что я плачу деньги за результат, а не за философские беседы, — сухо заметил я, оценивая предложенные кандидатуры. — А что касается пьющих, то этот вариант мы отметаем сразу, потому что у нас и так каждый день довольно напряженный, так что дополнительные риски мне не нужны.

— Ладно, я поспрашиваю мужиков, прощупаю почву, только ты им сразу золотые горы не обещай, потому что народ нынче хитрый и прожженный, — согласился Степаныч, делая пометку в своей тетради. — Как только они услышат, что у нас заказов много и дела идут в гору, так сразу начнут цену за свою работу ломить до небес.

— Пусть ломят адекватную цену, я не против честно платить людям, но только за качественный труд, — ответил я, глядя ему в глаза. — Но я не собираюсь платить за то, что они набухались вчера ночью, а утром решили починить кран и сорвали всё к чёртовой матери. Сам понимаешь, как это выглядит. Сделают красиво, получат то же самое, баш на баш.

Степаныч посмотрел на меня с уважением.

— Кстати, Макс, пока мы тут планы строим, про тебя на районе опять языком чешут так, что уши вянут, — сказал он, будто вспомнив что-то крайне неприятное, и нахмурился. — Зинаида наша, диспетчерская сирена из ТСЖ, ходит по дворам и всем подряд рассказывает, что ты обычный мошенник, работаешь без всяких лицензий, людей дуришь, деньги берёшь мимо кассы и вообще скоро нас всех полиция посадит за незаконную деятельность.

— Хорошо, пусть рассказывает, — усмехнулся я, не испытывая по этому поводу ни малейшего беспокойства, потому что такие глупые действия врагов обращались в мою пользу.

— Хорошо? — удивился старик, даже отставив кружку и всплеснув руками. — Макс, она же нам откровенно гадит, репутацию портит перед бабками, а ты говоришь, что это хорошо!

Я закрыл таблицу на телефоне и спокойно посмотрел на своего напарника.

— Она только пытается гадить, Степаныч, а это совершенно разные вещи, — начал я терпеливо объяснять. — Зинаида слишком долго работала голосом проворовавшегося Ильича, она привыкла, что её все боятся, потому что за ней стояла власть ТСЖ. Теперь же Ильич сидит тише воды, ниже травы, потому что прокуратура не дремлет, само ТСЖ провонялось коррупцией на весь район, а сама Зина склочная баба. Хабалка, одним слово. Когда она с пеной у рта доказывает местным бабкам, что я мошенник, эти самые бабки вспоминают, кто именно им чинил краны, кто не брал с них лишнего и кто помогал им