Бешеный. Перезагрузка - Александр Сухов

Библиотека была, да ещё какая! Как сказал мне Крюкохват, Джеймс Поттер перенёс её сюда вскоре после того, как у него умерли родители. Более того, он перенёс сюда портреты своих предков. Более того, он приносил сюда маленького меня, чтобы предки в очередной раз могли увидеть потомка.

А я то думал. Как это в каноне Гарри Поттер на первом курсе увидел в зеркале «Еиналеж» своих дедушек и прадедушек. А оно вот что. Он их видел. Да, в силу возраста, забыл. Но вот в его подсознании эта встреча отпечаталась. Вот волшебное зеркало и вытянула эти воспоминания на поверхность.

А вот портретов родителей Гарри тут не было. Очевидно они, в силу молодости, были уверены, что плохое может произойти с кем угодно, но только не с ними. Да и не безопасно было приглашать художника в свой дом. Их ведь искали. Так что поговорив с портретами предков, я вежливо сослался на свою занятость, и ушёл. Но пообещал, что вернусь к ним при первом же удобном случае.

Я и Гермиона сели в Хогвартс-экспресс. Нам срочно была нужно информация о том, что сейчас творится в магическом мире.

Я с начала лета газет не получал. Так как мотался по всей Англии, делая документы для родителей Гермионы, для Дурслей и для Сириуса. Гермиона тоже была занята. Она создавала летающую платформу. Тут нужна концентрация. Так что мы отменили подписку. Потом мы проводили много времени на пляже, собирая «образцы». И наконец, мы просто уехали в Испанию на курорт.

Так что сев на поезд, мы переоделись. Как и в каноне, Гермиону назначили старосту. А вот меня со значком — прокатили. Наверное, Дамблдор понимал, что после того, как я разругался со студентами из за Кубка Огня, назначать меня старостой, это не самая удачная идея.

Ретроспектива.

— Гермиона, хочешь быть старостой, это твоё право, — сказал я. — Но, помни. У нас мало времени, чтобы выучить заклинания и стать сильнее. Для Тёмного Лорда я и ты — цель номер один. Вспомни Перси Уизли. Его на нашем факультете никто не любил. Хотя он просто выполнял свою работу. Так что подумай, нужно ли тебе тратить своё время на неблагодарных студентов. В особенности время, от которого зависит наше выживание.

— Предлагаешь отказаться от должности старосты?

— Ну-у-у… я предлагаю тебе всё же попробовать побыть старостой. Может, всё не так страшно, как я думаю. Но если ты почувствуешь, что эта должность тебе мешает, поговоришь с профессором МакГонагалл и скажешь ей тоже, что я только что сказал тебе. Она женщина с пониманием, и должна понять. В любом случае, помни. Я поддержу любое твоё решение.

Конец ретроспективы.

Так что Гермиона надела значок старосты, и отправилась выполнять свои новые профессиональные обязанности. Уверен, что многих студентов ожидает шок. Ведь Гермиона действительно сильно изменилась. И я говорю не только о внешности, приведённый в порядок волосах и верхних «девяноста». Теперь это девушка, которая знает себе цену. А вот я отправился на поиски Джинни.

Как и в каноне, Джинни была с Полумной Лавгуд. Моему приходу Джинни очень обрадовалась, и тоже заметила, что я сильно изменился. А вот дальше произошёл обмен информацией.

Слова Полумны я старался пропускать мимо ушей. А вот Джинни я слушал внимательно. Правда, она пыталась юлить. Ну, не могла она мне сказать, что в газетах меня выставили жадным до славы дурачком, который, непонятно зачем, решил начать сеять панику. А ещё я, якобы, заявил, что стал свидетелем возрождения Волан-де-Морта.

Благо, я помнил канон, а потому задавал вопросы, на которые Джинни вынуждено говорила: «Да». А потом к нам и Фред с Джорджам заглянули. Может, хотели убедиться, что с сестрой всё в порядке и её не обижают. А может специально искали меня. Ведь я и Гермиона практически сбежали от всевидящего ока Дамблдора и министерства магии. После разговора с близнецами, я выяснил следующее:

Итак, Даблдор предупредил Фаджа, что Волан-де-Морт возродился. Фадж, сразу пошёл в резкий отказ. Почему? Честно говоря, мне плевать, почему. Дамблдор так и не смог достучаться до министра, а потому просто вышел в люди, и сообщил о возрождении Тёмного Лорда.

От Фаджа тут же прилетела ответка:

— Это всё лож. Тёмный Лорд мертвее всех мёртвых. А Дамблдор сеет смуту, так как хочет сам стать министром Магии.

Определённый смысл в словах министра был. Это понимали волшебники. Это был вынужден признать и директор. И вот тут Дамблдор выложил свой главный козырь. Возрождение Тёмного Лорда видел национальный герой Гарри Поттер. И уж он точно врать не будет. Так как на кресло министра магии он чисто по возрасту не может претендовать.

Я не знаю, за какие рычаги потянул Фадж, и сколько грязи он вылил на голову директора Хогвартса. Но, Дамблдора действительно сняли с поста главы Визнингамота. Мало того, его сняли с поста МКМ! Но, Фадж продолжил вести «войну» против Дамблдора, в надежде лишить его кресла директора Хогвартса, и тем самым окончательно убрать для себя угрозу. А ещё Фадж начал поливать грязью меня, хотя я вообще не при делах. Да, я видел возрождение… непонятно кого. Но, я ничего не говорил о Волан-де-Морте.

Так что Фред, Джорд, и Джинни, настоятельно советовали мне не узнавать, что обо мне пишут газеты. Но, я уже узнал всё, что мне нужно. Газеты пусть Гермиона почитает, и узнает, как в волшебном мире благодарят сироту за то, что его родители отдали свои жизни за эту страну.

А затем Джинни и близнецы набросились на меня с вопросами. Ну, я и рассказал о том, как я, Гермиона и Сириус провели часть лета в Испании. Показал колдо-фотографии, да и сувениры раздал.

Как я и думал, Джинни очень заинтересовали мои фотографии, где я одет исключительно в плавки. Близнецов заинтересовали фотографии с Гермионой в бикини. А учитывая консерватизм волшебников, для них эти фотографии, всё равно что порнография. И как назло, дверь открылась, и на пороге показалась Гермиона. Да, у Судьбы своеобразное чувство юмора.

Кто из мужиков знает, на что смотрят женщины, когда встречают другую женщину? Так я отвечу. На грудь соперницы! Так что Джинни довольно быстро убедилась в том, что колдо-фотографии не врут. Близнецы тоже очень внимательно рассматривали девушку, да так, что Гермиона почувствовала себя неловко.

— Чего? — Спросила она, и на всякий случай посмотрела на свою