Дворецкий поместья «Черный дуб» - Варвара Корсарова

Рекстон неодобрительно покачал головой, но все же невольно улыбнулся.

– Будет сделано, госпожа Диль…

Ирис и ее семья обедали, прислушиваясь к странным звукам, которые производили новые люди в доме. Шаги в коридорах и комнатах, то осторожные, то быстрые, отзвуки споров и разговоров на лужайке, бормотание и завывания на непонятном языке…

– Они что, заклятия читают? – раздраженно предположил Даниэль. – Уж не дьявола ли вызывают? За этого постояльца они не платили, нечего ему тут делать!

– Боюсь, они действительно читают заклинания, мастер Даниэль. Господин Кроули сообщил, что желает войти в контакт с духами, если тут таковые изволят обитать, – объяснил Рекстон абсолютно серьезным тоном, но Ирис уже достаточно изучила дворецкого, чтобы различить усмешку.

Даниэль со звоном бросил вилку и потер виски.

– О святые угодники! Ирис, ты должна повысить для них плату за постой – за неудобства.

Тетя Грета лишь вздохнула. Она уже смирилась с необходимостью делить дом с эксцентричными постояльцами.

– Думаю, не стоит – они меня развлекают своими манипуляциями. Посмотрите, какие забавные! Точно обезьянки! – показала в окно Ирис.

Вальдемар Кроули установил под дубом диковинный агрегат, протянул от него шнур со слуховой трубкой и теперь внимательно прослушивал дерево, как доктор – пациента. Репортер вел запись наблюдений. Две духовидицы, закрыв глаза и подняв лица к небу, медленно кружились по лужайке, раскинув руки, и потряхивали зажатыми в пальцах амулетами.

Финеас рассмеялся:

– И правда забавные.

Через отверстие в ограде пробрался доктор Морган. Он явился познакомиться с собратьями по увлечениям. Вскоре завязалась оживленная беседа о проблемах оккультного мира. Ирис улавливала отдельные реплики.

– Гости будут ужинать вместе с нами или отдельно, госпожа Диль? – поинтересовался Рекстон, когда Ирис встала из-за стола.

Она подняла голову и встретилась с дворецким взглядом. Ей было сложно вести с ним непринужденную беседу, как хозяйка со слугой, когда за ней следили внимательные глаза тети и кузена. Арман не хотел, чтобы другие знали об их особых отношениях, хотя Ирис не была уверена, что эти отношения еще существуют. Но, как всегда, у нее сжалось и замерло сердце, когда она заглянула в его спокойные серо-зеленые глаза. Она почувствовала, как ее тело отзывается на едва уловимый аромат его мыла, на движение его сильных плеч. Ей даже казалось, что она слышит стук его механического сердца, холодного и бесстрастного.

Она все еще была обижена его отповедью. «Нет, это глупость, – подумала Ирис. – Обиду надо преодолеть. Надо говорить, говорить, говорить, искать пути, точки соприкосновения». Она будет терпеливой и сдержанной, какой ее хочет видеть Арман. Она научится усмирять норов. Но все же настоит на своем и сделает первый шаг через пропасть предрассудков, гордыни и добрых, но непрошенных намерений.

– Они будут ужинать с нами, Арман, – сказала она и улыбнулась. – Ужин будет праздничный, в честь открытия гостевого дома и прибытия первых постояльцев.

– Я так и подумал, госпожа Диль. У нас с поваром все готово: выбор закусок, две перемены горячего. И вино, разумеется.

– Уверена, ты все организуешь на высшем уровне… И, Арман, пожалуйста, всегда зови меня по имени. Я настаиваю.

Ирис положила ладонь на предплечье Армана и на миг задержала ее там, чтобы все увидели. И еще потому, что ей нравилось ощущение его упругих мышц под плотной тканью. Тетя резко повернулась к ней с встревоженным и недоуменным выражением. Даниэль усмехнулся. Финеас благодушно вздохнул.

– Дорогая, что ты… – начала тетя Грета.

– Хорошо, Ирис, – ответил Арман. – С радостью. Сочту за честь.

– Рекстон! – шокировано отозвалась тетя.

– Да, госпожа Эрколе?

– Нет… ничего. Можете идти.

Рекстон почтительно кивнул и ушел, напоследок бросив на Ирис горящий взгляд. Тетя поджала губы и покачала головой, а Ирис победно задрала подбородок. Вот так! Пусть знают, что для нее слуга – не просто слуга. Это маленькая победа. А важный разговор перенесем на вечер.

Однако непредвиденные обстоятельства вновь помешали ее планам.

Весь день Рекстон присматривал за постояльцами, водил их на экскурсию, терпеливо отвечал на вопросы. И при этом ухитрялся следить за приготовлением ужина и прочей работой по дому. Хлопот ему выдалось куда больше, чем обычно. Еще пришлось выполнять прихоти тети Греты, потому что ее горничная отсутствовала – Софи еще вчера сказалась больной и ушла к матери в Альсинген.

Ирис сочла это добрым знаком. Глаза бы ее не видели эту интриганку! Пусть посидит дома, взвесит все «за» и «против» своего плана и, даст бог, придет к верному решению.

К ужину Ирис переоделась в новое-старое голубое нарядное платье, прихорошилась и отправилась в столовую играть роль хозяйки постоялого дома.

Гости уже расселись за столом. Ирис собралась занять свое место, как вдруг дверной звонок проиграл задорную, взбалмошную мелодию.

– Это еще кто? – удивилась тетя Грета.

Ирис напряглась. Она опасалась визита Картавого Рика и его компании. Кто знает, что им взбредет в головы?

Но в прихожей послышался женский голос, и через секунду Рекстон проводил в столовую… барышню Лисси Ойген!

– Простите, я, кажется, опоздала! – весело извинилась она.

Ирис чуть не треснула себя ладонью по лбу. Она совсем забыла, что пригласила эту сороку на ужин, познакомиться с гостями! Нет, далеко ей еще до образцовой хозяйки поместья…

Глава 20

Призрак в кровати

– Ты не упоминала, что у нас будут гости, – вполголоса промолвила тетя Грета.

– Разве? – почти натурально удивилась Ирис.

Рекстон покорно отправился за дополнительным прибором. Лисси не заметила, что ее приход стал неожиданностью. Она заняла стул поближе к оккультистам. Знакомство состоялось, и вскоре беседа вспыхнула с новой силой и в новом направлении.

В присутствии новых людей и в отсутствие своей мамочки Лисси расцвела, стала такой бойкой и говорливой, что у всех заискрило в глазах и зазвенело в ушах. Она жадно расспрашивала гостей из столицы обо всех новостях и сплетнях, о том, какие спектакли идут в театрах, какие лошади победили на скачках и какие шляпки нынче в моде.

Увы, интересы гостей лежали в другой сфере. Дамы-духовидицы отмалчивались – их не занимала земная жизнь, а в мире духов скачки не проводятся. Вальдемар Кроули отвечал односложно, сердито зыркая на Лисси из-под нахмуренных бровей. Репортер Эрме отдувался за всех и старательно развлекал говорливую барышню, но Лисси быстро разочаровалась в нем, потому что у того на безымянном пальце блестело обручальное кольцо, а значит, как потенциальный романтический объект черноусый здоровяк не имел для Лисси ценности.

К