Киллер – Падший над миром - Сергей Шишкин

— Пока вы торчите в Институте красоты, я как видите работаю, записываю не только новую песню, но и видеоклип, — отчитала офигевших подруг.

Сами понимаете, что лучшая защита, это нападение, они сейчас начнут извиняться и оправдываться, не станут приставать с дотошными вопросами.

— Оль, ну мы же не знали, если бы ты позвонила мы тотчас примчались бы к тебе, вместе с остальными девчатами, — первой начала оправдываться Климова.

— Куда звонить, на деревню к дедушке? Вы же вчера дома не сидели, сразу намылились наводить красоту, или думаете я не в курсе?

— Ну правда Оль, мы же ничего о новой песне не знали, лучше давайте её вместе послушаем, — предложила София.

Немного пошипев для порядка, чтобы значит прониклись, я их великодушно простила, а после включила запись. Не знаю где её Ланка нашла, скорее всего на просторах интернета, но песня мне очень понравилась. Конечно не без огрехов, но так даже лучше, мы же народный ансамбль, чуть ли не дворовый. А что касается записи, то это «Какие песни — такая жизнь», всем известной Маши Космач.

Включать пришлось раз пять, девчонки почему-то молчали, не иначе прониклись, а может наоборот, не знали как меня послать подальше

— Ну как, нравится? — я посмотрела на подруг.

— Блин, никогда бы не подумала, что так можно вытянуть «белые» стихи. Нормальной рифмы нет, а звучит лучше чем стихотворение Пушкина. Ты Оля гений чистой красоты, — не сдержавшись обняла меня Катерина.

— Кстати о Пушкине, есть у меня на его счет парочка мыслей, думаю вам понравится, — подмигнула девчонкам.

На этом всё, пора переодеваться и готовится к выходу в свет, а если точнее, то ехать к кинотеатру «Ударник». Представляю, как будут завидовать и шушукаться за спиной служители Мельпомены, чтобы их всех к чертям разорвало.

— Запомните главное: как бы вам не улыбались, вы для большей части артистов враги, покусившиеся на самое святое: известность и деньги! Притворство, это для них обычное состояние, которому они обучаются во всяких актёрских мастерских, так что не верьте ни единому их слову, — предупредила подруг.

— Неужели все артисты такие? — :не поверила Катя.

— Нет конечно, взять этих же фронтовиков, да и среди остальных есть много нормальных. И ещё: не вздумайте брать там автографы, на этой премьере главные мы, ради нашего фильма всё это устраивается. Катерина, ты как и я, сейчас звезда мирового масштаба, София тоже в фильме зарисовалась, и поверьте, это не пройдет незамеченным. Всем всё ясно? — я по очереди посмотрела на подруг, они в ответ молча кивнули.

Девчонки не дуры, за последнее время стали прошаренные, да и цену себе знают, как никак с самим Брежневым встречались.

— Неплохо, совсем не плохо, только ваши шубы не подойдут, они слишком длинные, да и фасон чересчур устаревший, — покачала головой.

Пришлось им выдавать из своих запасов, спасибо Ланке, это она расстаралась, обеспечила меня шмотьем по самое не могу, выбирала самое лучшее. Взять эти же шубки: местные тяжелые и грубоватые, а из будущего легкие и мягкие, да и вместо воротника большие капюшоны.

— Косметики минимум, мы же девушки из народа, «Экран», «Работница» и «Крестьянка» выйдут с нашими фотографиями, да и по телевизору в программе «Время» покажут, — напомнила девчонкам о нашей договоренности.

А то знаю я их, размалюют лица не хуже Марфушки из сказки «Морозко», хорошо, что еще волосы не красят, это я им сразу запретила. Объяснила сценическим имиджем, он у каждой должен быть индивидуальный, даже у близняшек Мураталиевых.

— Присядем на дорожку, — предложила София, было видно как она волнуется.

Пусть роль у неё эпизодическая, но всё равно важная, нас должны запомнить именно такой неразлучной троицей, народу такое нравится. Сегодня мы поднимемся ещё на одну ступеньку вверх, станем не только самыми узнаваемыми, но и любимыми, как Леонов, Никулин и Румянцева.

— Добрый деньз Ольга Викторовна! — громко поздоровался Белобородько.

Признаться часом, я его не сразу узнала, передо мной стоял подтянутый мужчина, в отличном английском костюме, с небрежно накинутой финской дубленке. Похоже Белкина за свою родню взялась основательно, приодела всех в заграничное, хотя у старых своих сертификатов хватает, я же никогда не скупилась на деньги.

— Всех из дома отправил в «Ударник», заодно договорился с участковым, да вон он легок на помине, — показал на входящего во двор лейтенанта.

Тот подошел, отдал мне честь, я поздоровалась с ним за руку, девчонки тоже не остались в стороне, у них же здесь дачи (правда у Катерины только фундамент). На этом всё, мы уселись в подаренный ЗИЛ-117, первый или второй в этой серии, водителем у нас Белобородько, он быстро освоил эту технику. Мало того, как рассказала Нина, Митрич под завязку набил свой РАФ инструментами, взятыми в счет «воровства» с подаренного лимузина. Похоже в гараже с ним никто не захотел связываться, решили обойтись малой кровью, он же обещал пожаловаться самому Брежневу!

Что сказать по автомобилю: в нём было мягко и тепло, подвеска тоже на уровне, так что дорога пролетела незаметно. К самому «Ударнику» проехали с трудом, улица была перекрыта, а сам кинотеатр напоминал осажденную крепость, столько было много народа. Митрич остановил «членовоз» напротив красной дорожки, дорман или валет (я постоянно путаюсь в этих понятиях), открыл дверь автомобиля, помог нам из него выбраться. Ладно я, одетая в привычный брючный костюм, а вот девчонкам его помощь не помешала, они же натянули на себя короткие платья. Подбежаашие репортеры щёлкали фотоаппаратами, сияя вокруг вспышками, рядом снимали телевизионщики, мы ощущали себя мировыми кинозвездами. Выстроившиеся около дорожки артисты, вернее пригнанные по разнарядке, улыбались и махали нам руками, некоторые через силу. Впрочем, меня это мало волнует, пусть отрабатывают талоны в буфет, выделенные по моему совету Фурцевой. Проходя по красной дорожке, я постоянно улыбалась, отмечая множество знакомых лиц, этого же Харитонова, Гусева и Рыбникова. Их звёздная слава закатилась, больших ролей нет, режиссеры предлагают лишь эпизоды, да и то очень редко. Что тут поделать, если меняется сценический типаж, сказки про рабочих уже никому не интересны. С женским полом всё намного сложнее, хотя толку от этого, если вспомнить Самойлову, Быстрицкую и многих других, которых перестали приглашать на главные роли.

— Оль, смотри, — шепнула мне София, кивком показывая на вход в кинотеатр.

Офигеть, там стоял младший лейтенант Анискин, собственной персоной, в той самой, ещё дореформенной форме. Что ж, Михаил Иванович понял всё предельно