Принцесса с сюрпризом - это я! - Наталья Овчар

них тут есть, чем поживиться: обновим себе технологии, радужник, опять же, тут в немаленьких количествах имелся. А у нас тоже много чего интересного для обмена найдётся. Надо подумать на досуге, прежде чем произойдёт эпохальная «встреча на Эльбе» с великим мастером всея Ласкония.

— Хорошо, бийери Вирона. Завтра, как я и говорил, наш последний день отработки, а я до сих пор не выполнил своё обещание совершить прогулку на тосире. Берис уже видел охоту на ренвилов. Если не боишься, то можешь поучаствовать. Я покажу, как прекрасны наши горы. С высоты на них смотреть — совсем не то, что снизу.

— А пострелять дашь?

Не ожидал? Да, я такая — вся из себя амазонка. Нам, амазонкам, стрелять — не привыкать. Пусть не из настоящей «лазерной» пушки, а лишь из виртуальной. Мы же звери, покрытые тонким слоем лака цивилизации, как сказал один умник из прошлого мира моей прошлой жизни.[1]

— Д-дам, — обескуражено произнёс ещё один удивлённый, но быстро взял себя в руки. — Ты очень необычная девушка. Я действительно сильно жалею, что парный знак не появился у меня. А теперь нам пора. Все уже, вероятно, собралась за столом.

— Хорошо. Пошли.

[1]

Эрих Ротакер (фашистский историк), «Философия истории».

Глава 30. Трудное решение

Глава 30. Трудное решение

Чаще всего самые сложные решения в нашей

Жизни являются самыми правильными.

Джаред Лето

Для умной женщины мужчины — не проблема;

для умной женщины мужчины — решение.

Жа Жа Габор

Светило тем временем почти спряталось за горной вершиной, и лишь краешек виднелся над каменным исполином. Мы ускорили шаг.

В беседке уже собрались сестрички, Берис и семейство Декоданэ. Брат заметно нервничал, бросая осторожные взгляды на Радону и стараясь не смотреть на блондинов, чтобы не выдать свою тщательно скрываемую ненависть.

Как только мы дошли до беседки, светило нырнуло за гору, отправляясь на покой, расплескав в посиневшем небе сиренево-розово-оранжевые краски. Наступившие сумерки тут же рассеяли магические светильники, вспыхнувшие вдоль дорожки и внутри беседки. Их свет мягко окутывал и умиротворял, постепенно растворяясь в обступивших со всех сторон сумерках.

Мы с Русколем уселись на места. Ненадолго воцарилась тишина, нарушаемая лишь стрекотанием местных цикад и шелестом травы под лапами сладкой парочки зубельхорисов, которые каким-то образом почувствовали, а может, считали информацию о предстоящем важном событии.

Русколь как старший по званию, ибо принц, кивнул главе семейства, разрешая начинать, а тот, в свою очередь, подал знак сыновьям. «Двое из ларца» дружно встали, повернувшись к сидевшим рядом с ними девушкам, но неожиданно для меня предложение сделали не братья, а их мать. Кильфия величественно, не поднимаясь со стула, обратилась к Раде и Нире, которые тоже поднялись следом за братьями:

— Зисси Радона и ты, зисси Нирона, прекрасные дочери славного мастера-кузнеца Зена Гаса! От имени Дризиса и Кевлота, наследников рода Декоданэ, прошу оказать честь нашей семье и стать её частью, войти в наш дом и принять семя моих сыновей после брачной церемонии, освящённой Великой Матерью Диритремис, дабы род наш вечно пребывал в грядущих веках и не прерывался. Примите же от моих детей браслеты — знаки их любви, уважения и верности. Не требую немедленного ответа. Наши обычаи позволяют девушке хорошо обдумать свой выбор. Если ещё не уверены в своих чувствах — протяните правую руку, приняв покровительство рода, а если в ваших сердцах горит любовь — то левую, став невестами моих сыновей.

Тем временем в руках блондинов сверкнули золотые ободки браслетов — простых, без наворотов, лишь с небольшим утолщением, где красовался герб рода в обрамлении россыпи мелких кристаллов радужника.

Я и Берис замерли. В формуле предложения не предусматривался прямой отказ. Какую же руку протянут сёстры этим двум обаятельным и состоятельным красавчикам? Левую или правую?

Нира робко протянула правую руку Дризису. Тот легонько сжал её кисть и осторожно протолкнул в сверкающий обруч, а затем нежно поцеловал ладонь зардевшейся девушки. Вот ведь педофил! Он — старший брат, а нацелился на малолетку. Кевлот, который лишь на два года родился раньше Радоны, проделал те же манипуляции с её правой рукой. Родители, кажется, облегчённо вздохнули, до самого последнего мгновения не уверенные, что девушки согласятся, пусть те и взяли тайм-аут для раздумий.

— Поздравляю семью Декадонэ с двумя прекрасными нежными цветками, принявшими защиту и покровительство вашего дома. Я очень надеюсь, что Дризис и Кевлот завоюют уважение и любовь зисси Радоны и зисси Нироны, и девушки дадут согласие на бракосочетание в самое ближайшее время, — поднял кубок с вином Русколь, обращаясь к родителям блондинов. — Мне самому скоро предстоит сделать выбор, поэтому я понимаю ваше волнение и нетерпение.

Наследник владык многозначительно улыбнулся, переведя взгляд на претендентов в женихи. Те стояли с радостными физиономиями возле избранниц и трепетно сжимали их руки в своих. Вероятно, опасались, что сёстры неожиданно передумают и сбегут.

Нирона стояла, опустив глаза и едва дыша. Её щёки продолжали ярко пылать. Магические светильники не давали девушке и шанса скрыть смущение. Рада же, кажется, не особо обращала внимание на потенциального супруга, а больше переживала за сестру. Она нервно сжала губы, когда Дризис слишком пылко в очередной раз приложился к ладони младшенькой.

После поздравлений, произнесённых наследником владык, все пригубили вино и уселись, приступая к трапезе. Кильфия с умилением смотрела на парочки и что-то негромко говорила кифрасу. Тот с улыбкой кивал, соглашаясь, и тоже посматривал с явным удовольствием на сыновей и девушек.

Я же ёрзала и дёргалась, как будто сидела не на мягком и удобном стуле, а на раскалённой сковороде. Улучив момент, извиняюще улыбнулась Кильфии и сделала Нире с Радой знак, попросив выйти из-за стола и последовать за мной — типа носик припудрить. Те, с трудом отделавшись от повышенного внимания новоиспечённых опекунов, которые репьями вцепились в сестричек и чуть ли не с ложечки их кормили, направились за мной. Я остановила Бериса, сделавшего попытку встать, чтобы сопроводить нас, отрицательно качнув головой. Ведь, глядя на него, и блондины могли рвануть следом. У нас разговор не для мужских ушей, а между нами — девочками.

Мы отошли подальше от беседки и остановились у конструкции, живописно увитой ещё одной разновидностью цветущей ползучки.

— Почему вы нам с Берисом ничего не сказали? Мы же вам не чужие. Пусть не кровные родственники, но близкие подруги, как я надеялась, — произнесла с осуждением, обращаясь к Нире.

— Прости, Вирона, я… хотела поговорить с