Николай I Завоеватель - Виктор Карлович Старицын

штурме русской позиции у Чаплины. Разозленный Фош приказал атаковать вверх по склону столовой горы целому пехотному корпусу. Однако русские, отстреляв все ракеты, поднятые на вершину горы, и обстреляв сверху пехоту, снова отступили.

На следующее утро к Фошу явилась делегация уважаемых граждан Мостара и поднесла ему ключи от города, сообщив, что русские ночью ушли из города вверх по долине Неретвы. Маршал вынужден был издать строжайший приказ по войскам воздержаться от грабежа города.

Следующее дефиле встретило французов у местечка Враничи, в двух лье за Мостаром. Все повторилось, как и перед Мостаром. Русская стрелковая цепь с артиллерией поперек узкого ущелья, стрелки и ракетчики на 400-метровой горе справа. Фошу ничего не осталось делать, кроме как послать свежий пехотный корпус генерала Дельвиня штурмовать гору, на которой засели русские. Пустив солдатам Дельвиня кровь ракетным и стрелковым огнем, русские снова отступили.

Следующую позицию пришлось прорывать через лье за селом Зелуса. За ним Неретва входила в узкий каньон. Дорога далее проходила по правому берегу реки под крутым 200-метровым склоном, на котором снова засели русские. Пришлось их сбивать с горы обходным маневром, что заняло целый день и снова сопровождалось потерями. Русские, не вступая в ближний бой, снова отступили.

Следующие 20 лье стали кошмаром для армии Фоша. Дорога шириной два в пару повозок шла прямо по берегу реки между двух крутых склонов, местами уже скальных. Высота склонов местами достигала километра, а средняя крутизна – 45 градусов. И за каждым поворотом извилистого ущелья на шоссе стояли прикрытые стрелками русские пушки. На вершинах гор тоже сидели русские стрелки.

В такой узости атаковать по дороге мог только один батальон. За день сменялись два-три передовых батальона. Понесшие потери батальоны отводились в хвост растянувшейся на много лье армейской колонны. Другие батальоны карабкались по почти отвесным склонам гор, чтобы обойти засевших на вершинах русских. Они тоже несли потери, атакуя снизу вверх. Хорошо хоть, русские в таких узостях не могли применять свои дальнобойные ракеты.

Несчастные двадцать лье армия пробивала двадцать дней. Фош проклял имперский генеральный штаб, выбравший для его армии этот маршрут. И себя самого, согласившегося с этим планом. В довершение всех бед от тыловых служб поступили донесения о том, что иррегулярные боснийские отряды нападают на провиантские и санитарные обозы. С окружающих склонов бошняки расстреливают охрану караванов, продовольствие грабят, лошадей угоняют, а раненых беспощадно вырезают.

К Сараево французская армия пробивалась 28 дней. Русский корпус, не доходя двух лье до города, неожиданно повернул по дороге на северо-запад, вниз по течению Босны, не заходя в сам город.

Четвёртого июня депутация горожан поднесла Фошу символические ключи от города. Главные силы русских неожиданно оторвались от французов и ушли, прикрывшись арьергардами из драгун. В Париж пошла очередная победная реляция о взятии столицы Боснии.

За Сараево долины расширились, склоны гор стали пологими. Французская армия вышла на Динарское нагорье. Русские драгуны отступали по идущей под уклон вдоль реки дороге, прикрываясь по удобным рубежам заслонами силой до полка без артиллерии. Постреляв по авангарду французов на максимальной для их винтовок дистанции, драгуны вскакивали на лошадей и уходили по дороге за следующий заслон.

Пройдя за 15 дней 50 лье, авангард армии Фоша вышел 19 июня на Среднедунайскую равнину у города Модрич на реке Босна. Здесь Фош остановил войска на четыре дня, разослав во все стороны фуражиров, поскольку последнюю неделю солдаты уже голодали. Взятого в небольших горных селах и в Сараево провианта на огромную армию не хватало, а подвоз из тыла боснийские партизаны перекрыли.

После беспримерного прорыва через горы армии требовался отдых. К тому же следовало установить связь с англичанами и австрийцами.

Поступившие сводки по потерям маршала, мягко говоря, не обрадовали. Армия потеряла убитыми и ранеными 72 тысячи человек. В строю осталось лишь 88 тысяч. Правда, почти все потери понесла пехота. В кавалерийских дивизиях осталось 29 тысяч воинов.

До селения Брчко, у которого французов должны были ожидать австрийцы, осталось пройти десяток лье на восток по равнине. Однако противостоящие арьергарды русских войск просматривались в этом направлении всего в одном лье.

Глава 41

Балканский ТВД. Вторая Киевская армия

Задачи 2-й Киевской армии были наиболее сложными. Ей предстояло отбиваться одновременно и от наиболее крупной в войсках Антанты австрийской армии, и от английской армии, по численности равной корпусу. Причем не в горах, а на просторах Средне-Дунайской равнины.

По плану Генштаба, главные силы армии в составе трех пехотных, одной кавалерийской и одной боснийской дивизий вошли в 1-й корпус под командованием самого генерала Качалова, одновременно выполнявшего функции командующего армией. Корпусу Качалова предстояло сдерживать 210-тысячную австрийскую армию, численно превосходящую корпус вчетверо, даже с учетом иррегулярной боснийской дивизии.

Второй корпус в составе одной пехотной, одной кавалерийской и одной боснийской дивизий под командованием генерала Оболенского противостоял 36-тысячному корпусу отборных английских войск.

Пограничная река Сава, крупный приток Дуная, текла по равнине вдоль северных отрогов Динарского нагорья, принимая в себя стекающие с нагорья крупные притоки Уну, Врбас, Босну, Дрину и множество мелких речек, вытекающих из каждого ущелья. Местами русло Савы проходило вплотную к отрогам нагорья, образуя узкие дефиле, местами отходило от холмов на равнину на десятки километров.

Характер местности позволял генералу Оболенскому строить оборону в дефиле и по берегам рек и речек. Английским войскам маршала Веллингтона предстояло пройти до Брчко более двухсот километров, форсировав три крупные реки и пару десятков малых рек, которые по весеннему времени тоже были полноводными.

Герцог Артур Уэлсли Веллингтон, командующий английскими войсками, победитель Наполеона при Ватерлоо, сосредоточил свои четыре дивизии вблизи местечка Маюр, прикрытого от наблюдения со стороны Боснии высокими поросшими лесом холмами. Он рассчитывал стремительным ударом кавалерии захватить мост через пограничную реку Уну в городке Костаница. По данным разведки, мост защищал русский пехотный полк.

Однако маршал не подозревал, что планы королевского штаба сухопутных войск были известны генералу Оболенскому, а лазутчики из числа местных боснийцев загодя обнаружили сосредоточение английских войск.

Когда большая часть гвардейского кавполка проскакала по мосту на боснийский берег, мощный взрыв подбросил пролеты старинного каменного моста вверх. С двух расположенных в километре-полутора восточнее и южнее моста стометровых лесистых холмов по прорвавшимся кавалеристам гранатами ударила русская артиллерия. Залпами открыла огонь многочисленная скрывавшаяся за домами селения русская пехота.

По ждущим своей очереди на хорватской стороне перед мостом кавполкам с холмов с воем и свистом полетели многочисленные ракеты. Мощные взрывы перепугали лошадей. Сбивая с ног и топча друг друга,