Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

с наколдованной тьмой, укрывающей лицо… И прядь белейших, прекраснейших волос на свете, что разрушает весь образ типичного представителя Темного Братства, вышедшего на дело. Плащи с капюшонами, где наколдованная темнота укрывает лицо — их фишка, когда они делать какую-нибудь грязную работу, в которой лицо лучше не светить. Например, выбивать деньги из простолюдинов-неодаренных — ибо против хорошего мага сей дешевый артефакт не сработает, лучше просто маску нацепить. А на неодаренных работает отлично — только в первую очередь не в качестве маскировки даже, а символа страха и дополнительного подчеркивания, что они — маги, а простолюдины просто грязь под ногами…

— Ты пришла похитить мою невинность, грозная дева? — поинтересовался я и не вставая двигаясь, что бы дать гостье место. — Знай же, я буду кричать, вырываться и звать на помощь!

— Пришла убедиться, что ты в своём новом особняке не похищаешь ничью чужую, — ответила Хельга, скидывая капюшон. — Вырываться он будет… Послали мне боги будущего мужа — отвернуться не успеешь, как он из одного, прости господи, дерьма в другое вляпывается! Никаких нервов с тобой не напасешься!

Девушка, одетая в парадный мундир лейтенанта Имперской Стражи, окончательно скинула со своих плеч и небрежно бросила на спинку стоящего рядом кресла. Подойдя поближе, она уселась рядом со мной на кровать и молча поглядела на мой доспех. Так как иллюзию с него я уже снял, она его видела — как и меры предосторожности, что я устроил.

Мысленное усилие — и сапожки девушки сами слетели с ног и аккуратно пристроились чуть сбоку от кровати. Пихнув меня попой и заставив освободить побольше места, она легла рядом и положила голову мне на грудь. Я начал осторожно гладить светлую головку, не спеша нарушить уютную, теплую тишину. Так мы и лежали минут тридцать, просто наслаждаясь чувством близости.

— Мне нужно сердце, — негромко произнес я.

Заставил себя произнести, прерывая этот прекрасный момент. Потому что если бы ещё немного помолчал бы, то решимости могло бы и не хватит, что бы сказать ей подобное. А сказать было необходимо — мне понадобится её помощь, знания и навыки в этом деле, и без них я не смогу добиться необходимого. А она явно будет не в восторге от моей идеи.

— Ты раскрыл свой потенциал максимум на сорок процентов, — негромко ответила она. — Это в самом лучшем случае. Тебе сейчас может не хватить сил добыть его. Но если даже добудешь — скорее всего не сумеешь должным образом его ассимилировать со своим организмом. Ты это знаешь, и я это знаю. Так зачем?

— С шестым рангом я слишком мало что могу сделать в предстоящих событиях, — честно ответил я. — Мне нужен полноценный седьмой ранг, иначе не справиться. Ты ведь понимаешь, что такое Инферно?

— Моя память всё больше раскрывается, — тихо призналась девушка. — Я всё больше вспоминаю из той, другой жизни…

Девушка умолкла и ещё сильнее прижалась ко мне — уже всем телом, вжимаясь, словно хотела слиться со мной в единое целое. Я не торопил её, не задавал дополнительных вопросов — просто прижимал к себе и гладил. В отличии от меня, у неё процесс возвращения памяти начался в куда более взрослом возрасте, да к тому же запустился не естественным образом, а в результате того, что её чуть не сожрало одно из Младших Божеств на алтаре Великого Рода скандинавов, что участвовал в вероломном нападении на Александровск.

Я едва успел к ней. Пробудив, каким-то образом, часть своих былых сил, я снял её оттуда. Её душу уже пыталась поглотить тварь, которой был посвящен алтарь, но я по связывающему жертву и мучителя каналу сумел отследить Младшее Божество — и в порыве ярости прикончить черной молнией. А уже остатками души и силы убитой сущности залечить травмы, нанесенные душе моей возлюбленной. И вот теперь в ней открывается память о былой жизни…

Ей это давалось очень тяжело. Всё же я прошёл через это подростком, почти ребенком — в тринадцать. Психика была куда пластичнее, да и обстоятельства были куда более подходящими — ни тебе попыток сожрать душу, ни алтарей, ни Младших Божеств.

Хельга не любила говорить об этой новой памяти. Вернее, не готова — она сама ещё слишком многого о себе не знала и не понимала, и потому была даже не уверена, каким она была в прошлом человеком. Что точно было известно — мы из разных миров, и силой она обладала примерно на моём уровне и схожего типа. Преобразованная часть души, магического дара, сердца знаний — и всё это, что бы создать средоточие своей силы и магического мастерства на основе всех знаний. В моём случае — Семь Молний, в её — Три Пламени. Вот только она ещё многого не знала… Даже того, три ли на самом деле у неё вида пламени или больше.

— Когда, по твоему, начнется битва основных сил? — перевела она тему.

— Зависит от наших действий, — не сегодня, так не сегодня. Однажды сама всё расскажет, подожду. — Если будем сидеть на месте и окапываться по первоначальному плану, месяца полтора, ну может два у нас есть. Не забывай — время работает на их стороне. Пока они отлавливают население и приносят жертвы, пополняя и усиливая армию. Для призыва инферналов нужна жертвенная кровь разумных существ, да и некроманты большие любители использовать этот способ для сотворения особо сильных чар и монстров. Им некуда спешить — элитной нежити у них явно достаточно, так что чернокнижники будут клепать в больших количествах тупое мясо, которое затем пойдет в первой волне на наши позиции. Разрядит большую часть ловушек, потреплет солдат и укрепления, постарается вынудить магов тратить на себя силы… А затем пойдут живые из числа самых бесполезных — вчерашние крестьяне, записавшиеся в полк ради наживы, отловленный по трущобам городов преступный сброд, штрафники ну и рядовые маги из простолюдинов или беднейших Кланов. С этими будет уже нежить посерьезнее первой волны. Не элита, но вполне себе крепкие середнячки — костяные пауки, Спауты, некровиверны, упыри, гули… И, честно сказать, уже на этом многие участки фронта посыпятся.

— А демоны? — подняла она лицо, глядя мне в глаза.

— Если враги исполнят задуманный ими ритуал, то третья волна будет из низших демонов, — ответил я. — Это просто пушечное мясо для инферно… Но для нас — примерно как сильные разломные