"Фантастика 2026-104. Книги 1-26 - Игорь Николаевич Конычев

Ядра устремились вперед, но только лишь одно попало по верху, на гребень вала. И никого рядом не было. Защитники пока что и не показывались. Лишь горстка турецких командиров стояла на валу и выкрикивала своим, что происходит. Но не стоит радоваться. Есть там толпы врага, прячутся, ждут, когда русские пойдут на приступ.

Еще несколько раз ударили пушки, в ответ били турки. Все с недолетом. Выдвигать артиллерию вперед воевода не решался. Может чуть позже.

— С Богом! — сказал Ромодановский, решительно совершая взмах рукой.

Барабаны забили. Тысячи ног загрохотали по земле. Русские воины двинулись вперёд — сначала шагом, потом бегом.

Ров встретил их тишиной. Но стоило первым рядам подойти к краю, из-за вала засвистели стрелы. Турки били навесом, не глядя куда именно. А ведь был расчет на то, что покажутся защитники, и еще выстрелят русские пушки аккурат по вершине вала.

Страшно засвистели стрелы. Преображенцы не были в шлемах, да и не имели никакой другой защиты. А потом грянули выстрелы. Мушкетные пули врезались в тела, преображенцы начали терять людей. Солдаты падали, но другие переступали через них, лезли вниз, в ров.

Делали это настолько споро и быстро, решительно, что, если бы турки стреляли прицельно, не поспевали бы за целью. Ставилась лестница, по ней спускались, по другой подымались из рва.

Преображенцы, мокрые, грязные, уже карабкались на вал, а следом за ними побежали стрельцы, они стали забрасывали фашины в ров. Кафтанники бросали вязанки хвороста в воду. Те плавали, тонули, но другие ложились поверх — мост из веток и смерти.

Стрельцы карабкались по фашинам, скользили, падали в мутную воду. Кто-то выныривал с окровавленным лицом, кто-то исчезал навсегда.

— Бах! Бах! — раздались первые пистолетные выстрелы.

Первые турки скатились с вала в ров.

— Бах! Бах! — поддержали штурм десяток стрелков со штуцерами.

Всего десяток! Но и они своими выстрелами уже спасли немало жизней. К ближайшей пушке турки никак и не могли подойти, поскольку сразу же получали пять, а то и шесть пуль. Не все попадали, но этого хватало, чтобы интерес к артиллерийскому орудию у врага резко поубавился.

Казалось, что ров наполняется так быстро, что кто-то поднимает землю внутри него. Уже скоро та небольшая глубина воды, что была на дне рва, осталась снизу, а сверху показывались вперемешку фашины и мешки с песком.

Это хорошо, что заранее подумали и учли то небольшое течение, что было в канаве. Иначе многие фашины сносило бы в сторону. А нужно было срочно сравнять ров с отвалами хотя бы на небольшом участке.

Так что вперемешку с фашинами кидали и мешки с песком. И случалось так, что пуля или стрела всё-таки настигала русского воина, и чаще всего, нарочно ли или так выходило, но воины падали в ров, своими телами помогая заполнять его.

Тем временем преображенцы, как тому их и учили, занимали позиции у подошвы и прямо на склоне вала. Устойчивости им придавала специальная обувь с небольшими шипами на подошве.

Так что было бы время, многие бы удивились, как вообще можно на таком крутом склоне удержаться и ещё следить за вершиной, гребнем, чтобы разрядить свой пистолет, когда покажется вражеский лучник или мушкетёр.

При помощи такой обуви преображенцы ещё быстрее добирались почти до верха. И вот уже часть из них была возле жидкого частокола. Но колья, вкопанные горизонтально, направленные в сторону преображенцев, они стояли не столь редко, чтобы можно было через них протиснуться. И сломать их было крайне сложно или даже невозможно. Как и выдернуть из земли.

Скоро застучали топоры. Часть зарождающейся гвардии всё так же стояла на склоне и стреляла во всё, что движется, а, порой, так и своими выстрелами упреждала движение противника.

И всё равно именно преображенцы теряли больше всего солдат. Впрочем, не прекращался обстрел стрелами навесом, и те стрельцы, которые продолжали закидывать ров фашинами и мешками с песком, часто протыкались острым архаичным оружием. Но, как оказывается, лучники своё последнее слово в современных войнах ещё не сказали.

— Быстро направляйтесь к поместной коннице! Две сотни лучших лучников пускай пришлют! — негодуя оттого, что открывается его взору, приказывал Григорий Григорьевич Ромодановский.

Тем временем, будто бы прожили несколько жизней и в каждой из них были профессиональными лесорубами, преображенцы быстро прорубили ряд проходов через частокол.

Тут же в них полетели камни. На вершине показывались турецкие, татарские защитники, которые, не мудрствуя лукаво, бросали тяжёлые камни вниз.

Многие преображенцы разрядили свои пистолеты. У кого был второй, тут же изымали его из-за пояса. И им приходилось выкручиваться и показывать акробатику и сноровку в процессе перезаряжания оружия.

Защитники достаточно быстро поняли, что показываться на вершине слишком опасно для жизни. Они готовились встречать русских солдат и показаться лишь тогда, когда часть из неверных всё-таки взберётся на вал. И у турок, и у татар была уверенность, что уж в личных схватках и на холодном оружии они окропят крымскую землю русской кровью.

— Ба-бах! — выстрелило одно орудие, направленное на край рва.

Не менее пятнадцати стрельцов словно бы корова слизала — получили свои железные шарики. Это было упущение русских стрелков, они дали туркам возможность выстрелить из пушки, не уследили. Но, с другой стороны, турки, потеряв не менее двух десятков своих топчу, ценой жизни одного из них, поднесшего к запальному отверстию огонь, сделали это.

Вряд ли им дадут возможность еще раз перезарядиться. А другие орудия находились достаточно далеко, да и по ним уже била русская артиллерия. Штурм происходил на достаточно узком участке. Но это пока.

— Начинайте общий приступ! — скомандовал Ромодановский, замечая, как первые преображенцы уже вступили в рукопашную схватку с турками и татарами на вершине укреплений. — Даст Бог, Стрельчин уже высадился и осталось недолго.

Будущие гвардейцы ловко орудовали своими фузеями с примкнутым штыком, до того бывшими заряженными и висевшими на ремне со спины. И для турок, и для татар было удивительным, что существует такое оружие, которое ещё делает выстрел, а потом разит не хуже, может, даже и лучше, чем копьё. У этих фузей есть ещё приклад, которым также можно приложиться на узком пространстве.

Турки были мастерами, владели ятаганами на высоком уровне. Но… Если преображенцы учились сражаться против бойцов с саблей или ятаганам, то турки столкнулись со штыками впервые. И времени на то, чтобы переосмыслить, найти противодействие русским, не было.

Скоро на вершине вала зарябило от красного, жёлтого, синего. Стрелецкие полки прибыли даже не на помощь преображенцам, а на смену им. У каждого должна быть