Фантастика 2026-10 - Наталья Владимировна Игнатова

В Германии, Италии и на Руси в те времена лучшие пищали и аркебузы делали именно сверлёными, потому что сверлёный ствол более ровный, выдерживает большее давление. Маловероятно, что получим такой подарок, но чем черт не шутит. А вдруг! Ну а не дадут — будем делать сверла сами. Либо простые, «буравы-ложки» (их конец сплющен и выгнут, как ложка, или настоящие буравы, хотя с ними хлопот столько, что страшно становится. И в любом случае, это не самое актуальное на сегодняшний день. Хотя надо заглядывать и в будущее.

Конопля — тоже для веревок и канатов, и больше ни для чего. А здесь растет «дичка», от нее пользы мало. Мда, тяжело говорить о конопле человеку из 21 века. Так и кажется, что могут неправильно понять.

Потом мы с писарем вообще сделали вот такое дополнение, в котором я более-менее перечислил все, что нужно для нашей оружейной мастерской. Писарь пообещал его соединить с остальным текстом письма, чтоб хорошо звучало и не повторялось.

'Бью челом и молю, прислать к нам не токмо соли и свинцу, но и для кузни вещи редкие, без коих дело оружейное не спорится.

А именно:

— буравов длинных, каленых, чтоб стволы пищалей сверлить,

— шаберов и железок расточных, чтоб канал гладить,

— тиски железные, да мехи малые и большие,

— напильников разных, молотков и щипцов,

— точильных камней,

— коловоротов и буравчиков мелких,

— весы с гирями.

А сверх того, если милость ваша, пришлите медных и латунных листов и проволоки разной — для замков, пружин и обивки.

Без сих вещей не сделать нам ни пищалей новых, ни замков крепких, а с ними и крепость наша, и ваша честь умножится.'

Письма будет два. Одно — Строгановым, другое — царю. Будем надеяться, что хоть одно «сработает». Слова про «умножение чести» — это к Строгановым, «купеческий стиль». Царю надо что-то вроде «и тем делу государеву служба будет», «и имя твое прославится меж народов» и тому подобное. Иначе — беда!

В опасный путь отправляется Черкас. Втроем им не отбиться даже от небольшого отряда татар. Плыть придется по ночам, а днем где-то прятать лодку и прятаться самим. А назад пойдут уже зимой, по снегу. Хотя может, и приплывут по весне обозом (если такой будет).

* * *

За столом сидели три брата Строгановых и Елисей Скрыпник. Было сразу видно, кто есть кто — одежда Елисея была куда проще, чем у братьев. И сидел он не так свободно, как они. Посторонний человек за секунду мог определить, где здесь начальники, а кто подчиненный.

— Значит, все плохо, — подвел итог рассказу Елисея старший из Строгановых Яков. — Но ничего нового ты нам не сказал. Мы это знали и так.

— Да, — кивнул Елисей. — Ермаку повезло, что выжил, когда обоз встречал. Утонул бы в своей кольчуге. Драка была страшная. Даже я такого не ожидал.

— Выжить-то выжил, но, боюсь, ненадолго, — с напускной грустью вздохнул Яков. — Из твоего рассказа получается, что не победит Ермак Сибирь. Не по зубам она ему.

— Нет, не победит. В двадцать раз больше войска у Кучума, а может, и больше. И если захочет, еще людей приведет — и издалека, и местных остяков и вогулов идти с ним заставит. Пойдут, никуда не денутся! Иначе — смерть!

— Мы тут ничего уже не сделаем. Уже не раз это обсуждали. Столько помощи Ермаку, сколько он хочет и сколько нужно для победы, мы оказать не можем. Чтобы надежно завоевать Сибирь, Ермаку надо две-три тысячи бойцов с пищалями, тысячи пудов пороха, двадцать — тридцать пушек. Нам придется строить цепочку складов за Камой, гнать еду, одежду, железо, соль, а Ермаку — много острогов, и чтоб каждый охранялся, как следует. Мы разоримся. Даже если государь оплатит половину, все равно жуткие расходы.

— Не хочет Ермак уходить, — развел руками Скрыпник. — Ну, если решил погубить себя, так хозяин-барин. Единственное, что хочу сказать…

Все три брата одновременно подняли на него глаза.

— Появился у него казак. Ну как «появился», был такой давно, но в драке с татарами крепко по башке получил, провалялся чуток, будто мертвый, а потом ожил и давай выдумывать всякие хитрости. Арбалет мощный сделал, каких у нас не было, пушки деревянные — разок пальнули, а большего было и не надобно, хлопушки, которые взлетают в небо, ежели кто нитку зацепит… Много всего. Тут бы он помог, и помог здорово.

— Полезный человек, — задумчиво произнёс Яков. — К нам бы его сюда, к делам нашим. Но сам-то он пойдёт ли?

Елисей развёл руками:

— Ермака бросать не хочет. Говорит, пока атаман жив, буду с ним. Но я думаю, к вам бы он полезнее был. Тут дела мирные, ему простор будет — кузницы у вас, мастерские. Он бы тут такого натворил, что всем польза пошла бы. Его ум бы много денег принес!

Яков нахмурился, глядя куда-то перед собой:

— Было бы, конечно, хорошо. Да и нужно нам такое умение, — он помолчал немного. — Но, в общем-то, и без него обойдёмся. Людей своих хватает, кузницы наши работают, рудники есть.

— Жаль будет, если такой человек пропадёт, — произнёс Семён.

— Что поделаешь, — сухо бросил Яков. — На всех нас не хватит. Свои дела вести нужно, а не чужие войны. Если погибнет вместе с Ермаком, значит, на то воля Божья.

— Может, все-таки попробовать его как-то к нам? — осторожно сказал Елисей.

— А как ты это сделаешь, если он не хочет? — хмыкнул Яков. — Насильно же не потащишь!

— Почему не потащишь, — возразил Елисей. — Можно и насильно. Коль ум соображает только как железки крутить, надо ему помочь. Неразумных детей розгами лечат, значит, и для взрослых можно что-то такое. А со временем стерпится — слюбится. Доходу он может принести немеряно.

— И ты хочешь получать с этого долю? — усмехнулся Семен.

— Да. А разве это неправильно? Если кто-то помог заработать денег, значит, заслуживает благодарности.

— Это что… выкрасть его? — изумленно переспросил Семен? — Так, что ли? А тут посадить в подвал и сказать, чтоб придумывал механизмы всякие? Как ты это себе