Гром - Дмитрий Шимохин

Варфей времени не терял, и окинув поле боя взглядом, активировал рывок и буквально снес троих врагов, преграждающих ему путь в нашу сторону, умудрившись каждого из них еще и мечом зацепить, который полыхал ярко-синим цветом.

— Сейчас будет резня, — прошептал я, а губы растянулись в злой ухмылке.

Неожиданно из-за пределов крепости со стороны дороги раздалась серия мощных взрывов, которая потрясла крепость и заставила ее вздрогнуть. У меня земля ушла из-под ног, и я снова упал на твердую землю.

Подскочив с земли, я рванул к открытым воротам, вдалеке на дороге шел бой. Неожиданно место боя озарил синий свет, и спустя секунду в небо взвилась громовая птица.

— Брат, — выдохнул я. Ведь никто иной перевоплотиться или призвать этого элементаля не мог.

Я прячу меч в пространственный артефакт и рвусь в сторону разгорающегося боя на дороге.

В это время элементаль кружит в небе, осыпая кого-то внизу разрядами молний, которые срывались с его крыльев, в ответ в его сторону летели различные заклинания.

— А-а-а-а, — раздался крик элементаля, в котором я узнаю искаженный голос брата. Громовая птица с криком устремляется к земле, я не вижу из-за расстояния, что там происходит, за прошедшее время брат с отцом успели весьма далеко отъехать от крепости. Звуки боя не стихают, а я продолжаю бежать, выжимая из своего тела максимум. Двигаюсь по дороге в полной темноте, иногда запинаясь и падая, вскакиваю и продолжаю движение.

— Убью, — раздается вновь измененный голос брата, слышимый по всей округе, и птица вновь взмывает в небо, но в нее прилетает пара заклинаний, и элементаль кубарем летит с небес на землю.

— Брат, я рядом, я бегу, — шепчу я, пытаясь прибавить темп.

Звуки боя тем временем стихают, а я все спешу. И вот я выбежал на небольшую возвышенность в трехстах метрах от боя, и передо мной открывается ужасная картина.

Дорога вся перепахана от примененных техник и заклинаний, тела чокобо валяются в разных сторонах. Возле одной из птиц лежит изуродованное и разорванное тело отца, я его смог узнать только по обрывкам одежды.

Чуть в стороне стоит десяток воинов с активированными панцирями, в десятке метров от них пятеро разумных склонились над телом брата, а над их головами висят светляки, освещая место боя.

Я уже хотел рвануть к брату, как на мое плечо легла ладонь, а другая зажала мне рот.

— Тише, тише, — услышал я голос Варфея. Он надавил на плечо, заставляя меня присесть.

А тем временем события развивались. Один из магов скастовал заклинание и пустил его в брата, а спустя пару секунд возмущенно заорал:

— Он мертв, Херд ты тупица, на кой ты его темной стрелой приголубил, он уже был наш. Что мы теперь хозяину скажем?

— Да он еще трепыхался, если бы я ударил, он опять молнией кого-нибудь приголубил бы, — со злостью ответил ему другой маг, который был кошколюдом, невысоким и худым, укутанным в балахон.

— Вот так и будешь оправдываться перед хозяином и молить о пощаде, когда он тебя на куски начнет пластать, — со злорадством ответил ему третий маг.

— Я не виноват, — в страхе прошипел кошколюд и прижал уши к голове.

— Он нужен был нам живым, а теперь он мертв. Я, что ли, виноват, или они. — И маг кивнул на своих товарищей. — Твое заклинание было последним, тебе и ответ держать, — рявкнул один из магов, смотрящий на кошколюда с презрением.

— Все мы уходим, — раздался голос четвертого мага, который до этого молчал. — Эй вы, — обратился он к стоящей группе воинов неподалеку. — Убейте всех в крепости, чтобы свидетелей не осталось.

По группе воинов прошло шевеление, и они, переглянувшись, направились в нашу сторону.

— Реф, так, может, заберем тело парня, в друг оно пригодится? — неуверенно произнес кошколюд.

— Он нужен был нам живым, сейчас эта падаль нам ни к чему. Тоже мне свободные князья, крику много силы мало, — с презрением произнес маг, отдавший приказ воинам.

Я хоть и внимательно слушал их диалог, но в голове только и билось: «Отец и брат мертвы, отец и брат мертвы», — я словно впал в какое-то оцепенение.

— Эрик, — встряхнул меня Варфей, заставляя меня прийти в себя. И потянул в сторону, чтобы мы ушли с возвышенности.

— Они убили их, они должны сдохнуть, — прошипел я не хуже змеи, во мне начала разгораться всепожирающая ненависть и злость, а перед взором встали мертвые тела отца и брата.

Бах— щеку ожгло от оплеухи, которую мне отвесил Варфей, а голова замоталась в разные стороны.

— Сдохнут, обязательно сдохнут, но не сейчас. Там пара десятков воинов, а главное, маги. Твой брат еще хоть и не вошел в силу, но совладать с ним было наверняка непросто, а значит, маги как минимум магистры, и сейчас мы ничего не сможем сделать, — дернул меня, словно кутенка, Варфей.

Мне оставалось только скрипеть зубами.

— Ты сейчас наследник Громовых, — тихо произнес Варфей. — Нет, ты сейчас уже глава и последний в роду, ты недолжен погибнуть. Сейчас бежишь что есть мочи в ту сторону, — указал во тьму Варфей, — и уходишь по старой дороге, там хоть и заболотилось все, но пройти можно спокойно, опасности никакой нет. Я вернусь в крепость и уведу людей, гвардия нам еще пригодится. Надо спешить, — прошептал мне на ухо Варфей.

Я кивнул, принимая его решение, как бы мне ни хотелось обратного, но он прав. А лица этих магов и их имена я запомнил. Убью, главное, выбраться и вернуться в родовой замок.

— Вот, держи, — Варфей достал из-за пазухи ничем непримечательное кольцо и протянул мне. — Это артефакт ночного зрения, пока будешь подавать в него силу, он действует, все, давай, — и он хлопнул меня по плечу, развернувшись, побежал в сторону крепости.

Надев кольцо на палец, я подал в него силу, и тьма расступилась вокруг меня, все стало черно-белым, немного окрашенным в зеленый оттенок.

Вздохнув, я побежал в указанную Варфеем сторону.

Через десяток минут бега, по моему внутреннему ощущению, я наконец выбрался на старую дорогу, она была заросшая, но ее силуэт легко угадывался, и я припустил по ней.

В груди не утихала ненависть и злость, но голова начала трезво мыслить, и я понял, что вся эта история отдает гнилью, по-другому и не скажешь.

Ведь о поездке я узнал только сегодня утром, как наверняка и другие. Значит, им кто-то сообщил, из тех, кто знал. Предатель, у нас была крыса, которая нас и сдала. Твари, конченые твари. Отец никого не обижал