Землянка для звёздного лорда - Влада Салтыкова

Стоит посмотреть на серьезное осунувшееся лицо генерала, на огромный многоярусный зал, до края наполненный всеми гуманоиднами формами жизни Объединенных систем, подсветки многочисленных камер. И становится понятно, что все это не просто спектакль, чтобы напугать одну очень глупую студентку.

А что-то намного более тревожное.

Похоже я и в правду совершила что-то ужасное. Вот только я не помню, когда я успела попытаться убить членов целых двух правящих семей!!! - Спасибо, ассистент, — речь голосового помощника обрывает грубый голос какого-то человека мантии из ложи напротив. — Начнем с видеофайлов и систем допуска.

Его лицо больше похоже на пластиковую маску, никакой мимики, пустые провалы безжизненных глаз — бюрократ последнего уровня. Такой смотрит на тебя и видит только кредиты личного и социального рейтинга. Он не будет слушать тебя и не проникнется твоей историей. Для него существуют только факты, черство перечисленные в отчете и обвинении.

С потолка спускается проектор и выдает нарезку, как мы с Ру выскальзываем из кубрика после отбоя, как взламываем систему доступа в ангар на нижней палубе, как я использую свою усовершенствованную ключ-карту, завожу истребитель и открываю шлюзы. Дальше идет голосовая фиксация всех наших переговоров с Ру в кабине. Отчего я бледнею, а потом краснею.

В тот момент дикой эйфории факт аудиофиксации вылетел у меня их головы.

Сотни гуманоидов смакуют каждое слово беззаботной болтовни двух девчонок.

Зал взрывается сотнями возгласов. Курсанты улюлюкают, межзвездные репортеры громко что-то обсуждают.

А дальше все сливается в какой-то калейдоскоп искаженных картинок, ужасающих звуков и фарса.

Я замираю на выправку. Взглядом цепляюсь за пустующую ложу в стороне от обвинителей и коллегии трибунала.

Перед глазами мелькают кадры, записанные бортовым компьютером и ассистентом полетов истребителя. Перегретое ядро двигателя, встреча с «наконечником стрелы» золов, разгерметизация кабины, аварийный режим эвакуационных капсул, хрип и стон Ру в микрофон переговорника. Моя перепалка с двумя золами.

И наконец, взрыв самого истребителя и две яркие точки-кометы, отлетающие после взрыва в разные стороны.

Моргаю. Две слезинки срываются с ресниц. Осторожно выдыхаю.

Ру жива.

По крайней мере, ее капсула отстрелила. Надеюсь, с ней все хорошо. Остальное уже не так важно.

— Слово переходит делегации правящей партии Земли, как потерпевшей стороне. Представитель наследницы президента Земли Русланы Августы Войт...

Русланы... - повторяю одними губами и поднимаю мутный взгляд на ложу представителей Земли. Когда я успела с ней встретиться, да еще и покуситься на ее жизнь.

Только если...

— РУ! — вырывается у меня из горла надсадный крик.

Там, на несколько метров выше меня, в огромной ложе, среди безликих мужчин в старомодных тканевых костюмах, замерла она. Моя лучшая подруга, однокурсница и соседка по комнате — курсант четвертого курса Ру Санно.

Вот только теперь она выглядит совсем иначе. Длинные русые волосы вместо привычного высокого хвоста собранны в затейливую косу.

Вместо лётного комбинезона или парадной формы Космической Академии на ней надет точно такой же безликий тканевой костюм темного цвета, как и у ее сопровождающих. Дать нашим земным корням.

Белоснежная рубашка застегнута под самое горло. Двубортный пиджак с блестящими пуговицами и широкие брюки старят ее.

Ее лицо необычайно бледное и серьезное. Пухлые губы сжаты в тонкую линию. Яркий, пылающий жаждой знаний и новых ощущений взгляд потух и смотрит на меня холодно и отстраненно.

— РУ!!! — я не могу удержаться. Бросаюсь к краю своей ложи и смотрю наверх, на свою подругу. — Я так рада...

— Реплики без разрешения, обращение к представителю Земной делегации без разрешения, обращение к члену правящей семьи без разрешения, — громко отчитывает меня искусственный интеллект. — Пятьдесят штрафных кредитов.

— Отключить курсанту Катии Худа микрофон, — рычит за моей спиной ректор.

— Но я... - слезы вскипают на глазах. — Ру!!!

— Отставить разговоры, курсант, — приказывает генерал строго и добавляет тише, — она тебе не поможет. Это не в интересах правящей семьи.

Перевожу взгляд на подругу и не могу ее узнать. Вместо веселой и жизнерадостной курсантки Ру Санно передо мной стоит высокомерная и холодная наследница президента Земли. Которую я чуть не убила!

Глава 9

Осознание этого наваливается на меня гравитационной плитой.

Ру — наследница президента! Элита Земли! Та, кому я ежедневно жаловалась на несправедливость правящей партии, забывшей о нашей семьи после трагической гибели мамы и бабушки. А они, вообще-то, положили свои жизни и знания во имя восстановления Земли.

Она дочь президента. Веселая девчонка, которая не могла и пяти минут просидеть спокойно, не влезая в какой-нибудь очередной спор или заварушку.

А теперь она стоит холодная и отстранённая за спинами дипломатов, которые сыпят все новыми и новыми обвинениями.

— Это же не правда! — выкрикиваю я, но кроме ректора меня никто не слышит. Микрофон мне отключили, а в зале работает шумоподавление. — Почему она молчит? РУ!!!! Расскажи, как все было!

Слезы срываются с моих ресниц и катятся вниз.

— Она ничего не скажет. Она больше не твоя подруга. Она — пострадавшая сторона в назревающем межмировом дипломатическом скандале.

— Но она была там. Все было не так! И эта нарезка...

— Катя, подумай сама, — хрипит генерал. — Обвинение не может назначить виновной наследницу президента. Эта бросит тень на все правительство Земли и их представительство в палате Объединённых систем.

— А я..? — мои глаза расширяются. Ужасный смысл показательного, открытого для общественности трибунала медленно доходит до меня.

— А ты просто безбашенная и безответственная курсантка Космической Академии. Что с тебя взять?

И осознание этого убивает.

Ру — наследница правящей семьи и она не может быть участницей такого скандала. Только пострадавшей стороной.

Я не знаю, когда дело получило резонанс и широкую огласку. Но теперь правительство Земли за себя, а я одна против всех объединенных и не очень систем.

Я — единственный обвиняемый.

Как сказал ректор, что с меня взять?

Мне накидают штрафных кредитов. Разжалуют, возможно посадят.

Ясно одно — трибунал отыграется на мне по полной.

Вздрагиваю.

Я снова ощущаю на себе жгучий заинтересованный взгляд.

Тот же самый, что в коридоре по пути сюда.

Он яростно оглаживает мое лицо, касается высоких скул, дуновением стерильного ионизированного ветерка смахивает прядку с лица.

Я чувствую, как он тяжелеет, стоит ему заметить мои слезы. Яростный и безумный он ощупывает меня, старается проникнуть под парадку и найти там следы произошедшей катастрофы или еще чего-то.

Сердце учащается в груди. Гулко стучит, проталкивая по венам вскипающую от волнения кровь.

Кожа вспыхивает под чужим жадным взглядом и покрывается взволнованными мурашками.

Да что за наваждение такое?

Внутри снова рождается непонятное томление. Сердце трепещет и бьется о ребра