Резидент - Никита Киров

class="p1">Всё страннее и страннее. В голове снова всплыло то, что произошло днём. Не перестрелка, а после, те мысли, будто я мог умереть, а кто-то хотел занять моё место и забрать тело. И я будто его раздавил, выгнал из головы, но что-то осталось.

Всплыло и то наваждение с Флоренцией. А ничего такая брюнеточка была. Но она наверняка привиделась, когда упал тот провод. А то постоянно хожу на секцию, получаю по голове, вот и мысли идут странные.

А как ещё? Я за пределы области никогда не выезжал, ни разу не был во Флоренции, и точно не стоял у окна внутри Палаццо Веккьо…

Чего⁈

Я аж вздрогнул. Где бы я это услышал? Потянулся к телефону, своему старому андроиду с треснутым экраном, и ввёл в поиск.

Палаццо Веккьо, дворец во Флоренции, похожий на средневековый замок. Посмотрел несколько снимков, и внутри тоже. Снимки улицы именно с того ракурса нет, но другие… а это уже похоже на то, что я видел.

Нихрена не понимаю. Я что-то помню от того человека, который меня схватил? Тогда почему больше не помню ничего, кроме смутных обрывков?

Вот бы вспомнить, где у него деньги лежат, хе!

Но шутки шутками. Я всё ещё я, тут ничего не поменялось. Но будто что-то добавилось. Какие-то привычки новые, которые я то и дело порывался сделать.

Вот, например, скоро спать, а я открыл окно, чтобы проветрить, хотя раньше никогда так не делал. Но стало свежее. Я огляделся. Квартира-то хорошая, я никогда на неё не жаловался, но не помешало бы сделать лёгкий ремонт. Да и убраться бы. Чисто, но творческий беспорядок разросся. На стол, где у меня лежат чертежи, даже смотреть страшно.

Я сел на диван. Неудобный он для сна, надо бы нормальную кровать, в мою однушку влезет нормальная, с хорошим матрасом.

Понял!

Просто увидел сегодня всю жизнь перед глазами и задумался, вот и решил что-то менять, причём всё. Даже одежду стоит взять другую.

Возможно, так оно и есть. А эти странные мысли — просто последствия всего этого. Может, видосик какой-нибудь смотрел, вот и вспомнилось. Сколько я их пересмотрел, тупо листая один за другим, и память так сыграла странно.

Хотя, конечно, с дракой вышло лучше, чем можно было ожидать. Намного лучше. И готовка получилась. Может, что-то ещё выйдет?

Уснул я быстро. И мне приснился странный сон.

* * *

— Предлагаешь ехать в Россию? — спросил я.

Сидящий передо мной седой мужик с бородкой усмехнулся. Взгляд очень хитрый.

— Лучше тебя никто не справится, Туман…

Но он говорил не Туман, а Mist. Мы вообще говорили по-английски. Но я его не знал, в школе был трояк, и то потому, что училка жалела. И в институте едва натянули «Удов.».

А тут понимал всё, но язык вдруг сменился.

— Ты отлично говоришь по-русски, — продолжил мужик с бородкой, уже на русском. — Жил там много лет, везде сойдёшь за своего.

— С тобой, Ланге, я больше не хочу работать, — сказал я уже на русском. — Отправь своего Зеро, он справится не хуже.

— С этим справишься только ты. Потому что…

* * *

Сон резко пропал, потому что сверху я услышал басы и громкий рёв песни. Опять свой рэп врубили.

— Девочки надели свой лучший look,

чтобы выделяться на фоне подруг.

Девочки смущаются, стоят в углу…

Я поднял голову с подушки и посмотрел время на телефоне. Так, точно, мои соседи уже проснулись и снова бухают, хотя уже час ночи. Ну а я же собирался с ними поговорить, чтобы завязывали мешать спать каждый день.

Оделся и пошёл наверх разбираться.

Глава 3

Я поднялся этажом выше и подошёл к двери.

Как они это слушают? Русский рэп продолжал орать на всю катушку:

— Go hard, quick fck, mami замолчи

Это kamasutra flow я их научил

Поёжился. Ничего себе, устроили они тут культурную программу. Ещё бы шансон слушали. Хотя, учитывая, что там сейчас поют, лучше не стоит.

Дверь — самая дешёвая, из тех, что вскрываются консервным ножом, ещё от застройщика. Но у меня такая же стоит, новую менять слишком дорого. Кнопка звонка давно раздолбана и сломана. Лестничная площадка завалена окурками, хотя, обычно, курили прямо там, в квартире.

Постучал кулаком три раза, пару раз пнул. Хорошо, что надел кроссовки.

Дверь открылась, выглянул Стас. Ему девятнадцать, но спьяну выглядит на тридцатку из-за щетины, помятого лица и заметных мешков под глазами. Я сам-то худой, но этот совсем болезненно тощий.

На костлявом плече видна какая-то пацанская татуировка, сделанная за пузырь не очень умелым мастером.

— О, Вадик, — он сощурил глаза. — А я думал — зазнался, не заходишь.

— Я зазнался? — спросил я. — Не, ребята, я бы с вами потусил, да вы вот офигели. Врубаете своё музло посреди ночи. Пора ваш ночной клуб закрывать.

— Чё? — протянул Стас, тараща глаза с непониманием.

Друзьями мы с ним не были, просто койки в детдоме стояли рядом. Он меня даже бить пытался, когда я только к ним попал, да особо не вышло, я уже тогда показывал свой упрямый нрав. Ну а вообще, друзей там я не завёл.

— Сворачиваемся, говорю.

Я прошёл в квартиру, отодвинув его в сторону, и он с удивлением отошёл.

Так, кто здесь самый крутой? Ну, вообще, с нашего выпуска самым крутым был Глеб, но он в СИЗО и скоро уедет на зону — грабанул магазин на первом этаже месяц назад.

И кто-то явно занял его место, кто-то чужой. С ним и надо разобраться, остальные тогда притихнут, спорить не будут.

Все собрались в комнате, куда притащили стол из кухни. Из мебели только дешёвые стулья и диван, остальное всё продали. А в стороне на табуретке стояла портативная колонка с bluetooth, очень громкая. Ещё и аккумулятором, чтобы можно было носить её с собой и доставать всех не только дома.

Стол заставлен тарелками с плохо порезанными помидорками, варёной в мундире картошкой, шпротами, подсохшим хлебом, банками с дешёвым паштетом и выпивкой. Водки и пива было больше всего. Окурки крошили куда придётся. Была сахарница, один из наших постоянно ел сахар ложкой.

Так себе сочетается с роскошной жизнью, о которой пелось, вернее нылось этим гундосым голосом в пацанском рэпе, который они слушали.

Это квартира Стаса, и наших уже стало мало, зато появились какие-то мутные типы, которых я видел впервые. Мутные в том смысле, что постоянно что-то мутят, даже вид такой,