Бессовестная невеста - Натали Палей

Родерик представлял изумление и недовольство клановцев, когда привезет невесту-чужачку, однако он не сомневался в том, что, пока те не узнают о пропаже древнего артефакта, никто не посмеет высказаться против его решения или посмотреть косо на невесту вождя.

Следующий магический вестник, неожиданно влетевший в распахнутое настежь окно, заставил лорда МакЛауда ещё больше насторожиться. Северянин ловко поймал послание, развернул магическую бумагу и с чувством выругался:

— Да чтоб мне сдохнуть в бездне!

Что за день-то такой дурной сегодня? Мисс Харрис все это серьезно? Он должен познакомиться с её многочисленным семейством? Это шутка такая? Да лучше он дважды схватится с Патриком Бересфордом на дуэли, чем снова лицедействовать, только теперь на семейном чаепитии Харрисов. И так изобразил влюбленного болвана для всего Сент-Эдмундса и графства Вуффолк. Да и уважительная причина уклониться от сомнительного удовольствия у него имелась — дуэль. Из-за мисс Харрис, между прочим.

— Мы так не договаривались, леди, — задумчиво процедил Родерик и повторил недавнее действие — смял жесткими пальцами магическую бумагу и швырнул в стену.

Послание рассыпалось магическими искорками, а МакЛауд задумался, кого сможет позвать секундантом.

От дуэли отказаться он даже не подумал. Как бы не хотелось драться с другом, но Патрику придется вставить мозги на место. Глава клана МакЛаудов не имеет права прослыть трусом.

4.2

В назначенное время МакЛауд прибыл в известное ему с юности место.

Именно на территории заброшенного и разрушенного храма Пресветлой Богини на окраине Сент-Эдмундса когда-то давно юные лорды МакЛауд, Бересфорд и их третий друг Джордж Синклер участвовали в дуэлях из-за прекрасных леди графства или просто так — по дурости.

С тех пор прошло много времени, и Родерик Джон МакЛауд даже в страшном сне не мог представить, что когда-нибудь Патрик Бересфорд вызовет его на дуэльный магический поединок...

Сегодняшним вечером секундантом Родерика стал Пол Дабх, молодой уроженец отландаких островов, его верный человек, в компании которого он приехал в Сент-Эдмундс.

Вместе с Дабхом Родерик приближался к условленному месту и, ещё не выйдя из сумрака, услышал знакомый женский голос.

— Патрик, я так восхищаюсь вами! Вы самый достойный джентльмен из всех моих знакомых джентльменов! Я так рада, что вы услышали меня! Теперь я навеки ваша должница!

Родерик решил, что у него слуховые галлюцинации. Ну не может эта девушка находиться поздним вечером за пределами Сент-Эдмундса в заброшенном храме.

— Ты тоже слышишь голос леди Харрис? — Вкрадчиво уточнил он у обескураженного Пола Дабха. — Или мне кажется?

МакЛауд обратил внимание, что Дабх, как и он, тоже прислушивается, и на мужском лице с грубыми, словно высеченными из гранита, чертами озадаченность сменяется довольно странным выражением — смесью недоверия, радости и восхищения. И что бы это значило?

— Это голос вашей невесты, милорд, — уверенно заявил Дабх.

— Какого демона она здесь забыла?! — процедил МакЛауд в густую темноту и вышел из сумрака в ту часть заброшенного здания, над которой слабо мерцал магический светильник.

У него имелся еще один вопрос: «Отчего ты так рад, Пол, что леди Харрис здесь?!» Но мужчина не озвучил его, решив после дуэли разобраться с этим загадочным обстоятельством.

Взгляду МакЛауда предстала следующая картина. Лорд Патрик Бересфорд, хмурый, внешне сдержанный, с крепко сжатыми челюстями и слегка сощуренными темными глазами сверху вниз смотрел на девушку. Та стояла рядом с ним, задрав голову, и с восхищением щебетала о том, какой Патрик расчудесный и замечательный.

Узнать девушку возможно было только по нежному, музыкальному голосу, так как с головы до ног его невеста была закутана в черный плащ с капюшоном. Несмотря на каменное лицо, взгляд Бересфорда, обращенный на Лилиан Харрис, горел мрачным, жадным огнем. МакЛауду показалось, что мужчина еле сдерживается от того, чтобы не схватить девушку в объятия.

В черном костюме из магически заговоренной ткани, собранный и серьезный, Бересфорд выглядел готовым к дуэли. Из точно такой же ткани был сшит и костюм самого МакЛауда — те, кто довольно часто участвуют в магических поединках, не станут пренебрегать подобной защитой, отражающей хотя бы простые боевые магические заклинания.

Рядом с Патриком, за его правым плечом, широко расставив ноги, стоял серьезный молодой мужчина с резкими чертами лица. Вероятно, секундант. МакЛауду он не был знаком.

— Что здесь происходит? — тихим голосом уточнил Родерик. Его взгляд впился в мисс Харрис, тон выдавал крайнее раздражение и недоумение.

— Милорд! А вот и вы! — выдохнула девушка, резко оборачиваясь. — Мы вас ждали.

— Я прибыл раньше назначенного срока, — сухо заметил МакЛауд. Что, значит, ждали? — А с кем вы приехали сюда, мисс Харрис?

— С горничной, милорд, — пожала плечами «невеста». — Энн ждет в экипаже. Она испугалась сюда идти.

— А вам, значит, не страшно?

— Мне? — Его невеста так сильно удивилась, словно он спросил её о какой-то нелепости. — Нет, конечно. Я не боюсь ночи, развалин и всего остального. — Лилиан Харрис усмехнулась и сделала выразительный жест рукой, показав на это «все остальное».

— Лилиан, как вы узнали о дуэли?

— К мисс Харрис приехала моя средняя сестра Джорджиана и умоляла предотвратить наш поединок, — сухим, колючим голосом вмешался Бересфорд и вдруг усмехнулся: — Отчего-то ты кажешься Джорджи беспощадным монстром, который обязательно разорвет меня на куски.

МакЛауд мысленно поморщился. Он помнил двух младших сестер Патрика: Джорджиану и Милдред. Девушек — погодок. Однажды, несколько лет назад, леди Джорджиана Бересфорд, которой в то время уже исполнилось тринадцать лет, подсмотрела кое-что, связанное с ним и не предназначенное для чужих глаз. Девушка безумно перепугалась, но, к его удивлению, об увиденном никому не проболталась. Однако с тех пор избегала его общества.

— Значит, вы здесь, чтобы помешать нам, леди? — МакЛауд хмуро уставился на невесту. — И каков ваш план? — Темная бровь мужчины вопросительно взлетела вверх.

4.3

— Сэр Патрик! — Девушка резко обернулась к Бересфорду. В её голосе одновременно мелькнули требовательные и просительные нотки. — Вы дали слово!

Давно зная Бересфорда, Родерик был уверен, что друг еле сдержался от того, чтобы не закатить глаза. Через несколько секунд он уставился на МакЛауда нечитаемым взглядом и медленно, но твердо проговорил:

— Милорд, я был не прав, когда вызвал вас на магический поединок. Приношу свои извинения. Если принимаете их, дуэли не будет.

Некоторое время МакЛауд не сводил холодного, изучающего взгляда с окаменевшего лица друга. Бывшего или все же нет? Насколько ему известно, задира Бересфорд впервые в жизни приносил кому-то извинения и признавался в том, что был не прав. Сколько дуэлей у них случилось за годы учебы в академии магии! И