Выживала. Том 4 - Arladaar

мусорных бочках и около них или у запасных дверей. Если там ничего не находила, проходила внутрь. Спрашивала макулатуру у вахтёрши, если вахтёрши не было, проходила до ближайшего кабинета. Если кабинетов было много, обходила все, если, конечно, в них был свободный доступ.

Стратегия была неплохая: примерно через час макулатуры накопилось уже 3 килограмма. Варька уже знала, сколько весит бумага, поэтому складывала её точно по килограмму, не меньше, но и не больше.

— Если будет 700–800 граммов, килограмм не напишут, скажут ещё собирать! — заявила она. — А если будет 1,5 килограмма, то напишут килограмм с плюсом! Потом не докажешь какой плюс был. Поэтому надо примерно 1,1 килограмма нести, тогда будет точно.

Кроме бани и пединститута, на вверенной территории находились ресторан «Москва», Восьмой гастроном, несколько магазинов, контора Треста столовых и ресторанов, а также городское Управление внутренних дел. Все их Варька обошла и получила ещё 2 килограмма макулатуры. В управление внутренних дел Варьку, естественно, не пустил дежурный, но макулатуру принёс.

— Уже набрали 6 килограмм, на каждого по одному. В принципе, нормально, — заявила Варька. — Но сейчас давайте пройдёмся по квартирам, чтобы вы знали, как это делать. Потом вам придётся ходить самим.

Женька с большим недоумением посмотрел на свою руководительницу. Чтобы в его времени, в разбитных девяностых годах дети ходили по квартирам и спрашивали макулатуру? Он помнил, что в конце девяностых — начале двухтысячных годов по квартирам ходили лишь попрошайки, всякие мнимые погорельцы, выпрашивавшие либо деньги, либо какие-либо шмотки или продукты, причём зачастую эти погорельцы ими не были, а ходили по квартирам, потому что были профессиональными попрошайками.

Господи, да в 1990-е годы никому бы в голову не пришло заставлять детей ходить по квартирам, дети тогда просто пропадали прямо посреди бела дня, и уже безвозвратно. Наверняка становились жертвами маньяков, насильников, чёрных трансплантаторов. Один маньяк Спесивцев только чего стоил, который, кажется, как раз и действовал здесь, в Новокузнецке, в середине девяностых годов. «Интересно, сколько ему сейчас лет?» — неожиданно подумал Женька. К сожалению, этого он не помнил. Однако сразу же в голову пришла мысль, что если грохнуть этого чела в раннем возрасте, прямо сейчас, то в будущем никаких убийств не будет. Так можно стать мстителем времени! Женька хихикнул от этой мысли и пошёл следом за Варькой.

Конечно, в 21 веке ходить по квартирам и выпрашивать макулатуру было бы делом безнадёжным, так как каждый подъезд был заперт дверью с замком. А сейчас, пожалуйста, заходи: все подъезды в прямом доступе.

— Вот, доходите до сюда, потом начинаете идти по квартирам, если макулатуры много не нашли, — поучающим тоном сказала Варвара.

Она смело зашла в третий дом по улице Энтузиастов, в самый первый подъезд. Дом был как две капли воды похож на Женькин: точно такой же подъезд, в котором пахнет мышами, и даже двери точно такие же: или простые, крашеные зелёной масляной краской, в тон стеновым панелям, либо обшитые чёрным дерматином.

Варька подошла к двери первой квартиры первого этажа и позвонила в звонок. Через короткое время из глубины квартиры послышались шаркающие по деревянному полу шаги. Для Женьки они звучали как будто из фильма ужасов. Однако остальным ничего, стоят и с любопытством смотрят, что будет дальше.

— Кто там? — спросил через дверь дребезжащий старческий голос.

— Здравствуйте! Мы из двенадцатой школы, за макулатурой пришли! — уверенно сказала Варька.

— Ничего нет, уходите отсюда! — недоброжелательно ответила старушка и, не дожидаясь, пошла снова вглубь квартиры.

— Ну, удачи! — ответила Варька и постучала в следующую квартиру, у которой не было звонка.

Дверь на ней была простая, крашеная краской, и даже без звонка. Честно говоря, Женька не хотел бы заходить в эту квартиру, так как одна филёнка была проломлена, кувалдой что-ли, а рядом с замком по косяку то ли били топором, то ли резали ножом, то ли хотели открыть дверь монтажкой. Однако Варька нисколько не колебалась, тарабаня острым кулачком в поломанную дверь. Вот же бесстрашная девка!

Опять раздались шаркающие шаги, и дверь без лишних разговоров открылась. Изнутри пахнуло запахом несвежей еды, не стиранного белья и пота. В проёме стоял небритый мужик, одетый в трико и грязную майку-алкоголичку, когда-то бывшую белой, а сейчас серую с пятнами. На лице мужика алкоголь и зона оставили неизгладимые следы.

— Кто такие? Чё притащились? — с большим неудовольствием спросил мужик, буравя взглядами Варьку и стоявших рядом с ней октябрят.

— Здравствуйте! Мы из двенадцатой школы, ходим, макулатуру собираем! — улыбаясь, бойко сказала Варька.

— Сейчас посмотрю, — буркнул мужик и, не закрывая дверь, пошлёпал вглубь квартиры, потом, где-то поковырявшись, уронив что-то, опять пришёл и дал пачку газет.

— Больше ничего нету! — буркнул мужик и захлопнул дверь, взметнув пыль и известку со стен подъезда.

— Газеты! Классные! Комсомольская правда! — восторженно сказала Варька и протопала вверх на площадку.

Там положила газеты на подоконник, рядом с почтовым ящиками и принялась их внимательно изучать.

— Самое ценное надо выбирать! — заявила она. — Иногда попадаются интересные материалы, которые можно оставить себе или сделать вырезки для политинформации. Иногда люди красивые открытки выбрасывают, конверты с редкими марками.

— А деньги? — с интересом спросил Женька.

Сопливая компания, стоявшая рядом с ним, дружно рассмеялась.

— Нет, к сожалению, деньги ни разу не попадались! — улыбнулась Варька и неожиданно достала из груды газет журнал «Техника — молодежи». — Вот! Полюбуйтесь! Журнал, в котором всегда может быть что-то интересное. Оставлю его себе. Иногда попадается «Наука и техника», «Вокруг света» и прочие. Дело, конечно, ваше. Но мы с ребятами коллекционируем журналы и временами обмениваемся ими.

Первоклашки отнеслись к этому высказыванию скептически: читать они ещё толком не умели, поэтому журналы для них не обладали никакой ценностью, конечно, кроме «Весёлых картинок» и «Мурзилки».

В третьей квартире первого этажа никого не было, на втором этаже тоже, по-видимому, все жильцы работали, на третьем этаже дверь открыла совсем маленькая девчонка лет шести, причём не спрашивая, кто там.

— Ты чего дверь открываешь, не спрашивая «Кто там»? — строго спросила Варька. — Никогда так не делай! А то зайдут злые дядьки и украдут тебя!

Девчонка растерянно пожала плечами и, ни слова не сказав, закрыла дверь.

— Наверное, родители в магазин ушли или на весь день одну оставили, иногда попадаются такие, я им строгое внушение делаю! Это дело пионера — учить детей! — заявила Варька и пошла дальше.

К сожалению, больше в этом подъезде ничего найти не удалось. Когда вышли на улицу, Варька, посмотрев на маленькие женские часики на левом запястье, сказала, что на сегодня хватит.

— Время 13:25! —