Семь снежных ночей - Цан Юэ

– Ой, госпожа, посмотрите, что это с ним? – Фэн Лю заметила, что у человека, лежащего в бочке с лечебным отваром, вдруг участилось дыхание, лицо побелело до синевы, на лбу выступил пот. Хо Чжаньбай хмурился, метался и мелко дрожал.

– Что случилось? – испугалась сяо Чэн и поспешно проверила отвар. Ведь именно она готовила порошок «Байяо»: снадобье, заживляющее раны и останавливающее кровотечение.

Сюэ Цзые в ответ только слегка качнула головой и положила руку на лоб Хо Чжаньбая.

– Ничего. Он просто видит сон.

Просто сон. Но иногда и сон может убить. И без того израненный, Хо Чжаньбай продолжал вздрагивать. Множество эмоций отражалось на его лице, сменяя друг друга. Он явно хотел что-то сказать, но не мог произнести ничего связного – лишь раз за разом бормотал имя:

– Цю Шуй… Цю Шуй…

Что бы ему ни было так важно выразить, он мог только бормотать это имя – снова и снова.

Сюэ Цзые вздохнула. Похоже, все эти годы он страдал по той самой женщине.

Цю Шуйинь…

Прошло восемь лет с их первой – и единственной – встречи.

Тогда Сюэ Цзые как раз встала во главе Долины целителей и установила правило: только десять больных в год и только с биркой «Возвращение с Небес».

В том же году зимой в Долину целителей близ реки Мохэ пришли трое: Хо Чжаньбай с ребёнком на руках и девушка несравненной красоты, все измученные дорогой. Юноша протянул Сюэ Цзые бирку «Возвращение с Небес» и умолял спасти жизнь Мо-эру – малышу, которому не исполнилось ещё и года. Хо Чжаньбай и сам тогда был тяжело ранен. Сюэ Цзые не знала, скольких людей ему пришлось убить, чтобы заполучить эту бирку – ценнейший талисман бессмертия в глазах любого из цзянху.

Оба путника выглядели встревоженными и сгорали от нетерпения. Казалось, предложи им обменять их жизни на жизнь этого ребёнка, согласились бы не колеблясь. Сюэ Цзые проверила пульс умирающего малыша и покачала головой: случай был безнадёжным. В ответ юноша и девушка упали перед ней на колени.

Тогда она посчитала их родителями Мо-эра.

Целый месяц Сюэ Цзые ломала голову, но не нашла способа излечить малыша. Только и оставалось отдать им бирку «Возвращение с Небес». Однако путники так умоляли, что Сюэ Цзые сдалась и всё же выписала им рецепт на несуществующее лекарство. Получив его, Хо Чжаньбай начал отчаянные поиски.

Год за годом она наблюдала, как Хо Чжаньбай приносит добычу… и каждый раз он, залитый кровью, падал у её ног.

Сюэ Цзые была уверена, что рано или поздно мужчина сдастся: в конце концов, никто не будет рисковать жизнью ради ребёнка, в котором нет ни капли родной крови, не будет раз за разом ходить по лезвию, чтобы отвоевать редчайшие ингредиенты для снадобья.

И всё же она ошибалась.

Почему он никак не мог успокоиться? Сюэ Цзые хмыкнула в полном недоумении. Тем временем мужчина, к которому она прикасалась, дёрнулся под её рукой.

– Цю Шуй, всё не так! Всё совсем не так! – бормотал он, торопясь и глотая слова.

Не так – это как? Минуло уже восемь лет. Разве недостаточно времени прошло, чтобы прояснить любые проблемы и недопонимания? Как мог разумный человек довести себя до такого состояния? Сюэ Цзые помотала головой – и испугалась, заметив слёзы, текущие по лицу Хо Чжаньбая из-под крепко сомкнутых век. Никогда прежде она не видела такого выражения. В обычной жизни мужчина всегда казался легкомысленным и нахальным.

Сюэ Цзые вздохнула. Нужно было разбудить его.

Она положила руку между лопаток мужчины на точку лин-тай, так называемое обиталище души; ритмично нажимая, позволила собственной внутренней силе мягко проникнуть туда, а потом тихо позвала:

– Эй, Хо Чжаньбай… Ну же, давай, просыпайся.

Он вздрогнул всем телом, пытаясь очнуться от кошмара.

С громким плеском Хо Чжаньбай крепко схватил её мокрыми горячими руками, едва не утащив к себе в бочку.

– Ты что творишь? – гневно выпалила Сюэ Цзые, опешив. Она уже готова была ударить, но осеклась: он всё ещё не открыл глаза.

Продолжая пребывать внутри кошмарных видений, Хо Чжаньбай схватился за первое, что смог найти. Он судорожно цеплялся за её руку, как утопающий за соломинку, и Сюэ Цзые растеряла всю свою злость. Она просто позволила мужчине держаться за себя, чувствуя, как его дыхание мало-помалу успокаивается, а дрожь стихает. Долгий кошмар наконец-то закончился.

Кто-то звал его… там, за границей темноты, окликал тихо и нежно.

Хо Чжаньбай сделал длинный, глубокий вдох. Постепенно окружающие предметы приобретали чёткость. От бочки с лекарственным отваром поднимался густой пар, размывая черты лица склонившейся к нему красавицы… Кажется, они были знакомы?

Тут он пришёл в себя и выпалил:

– А ты что здесь делаешь?

Хо Чжаньбай оторопел, поняв, что крепко сжимает руку этой злющей сварливой лисицы. Опасаясь снова получить затрещину, он поспешно разжал пальцы. Потом хотел вылезти, опираясь на край бочки, и замер, так и не закончив движения.

Он уже может двигать руками?

– Надень халат и выходи.

Хо Чжаньбай стоял в растерянности, пока Сюэ Цзые не швырнула ему в лицо полотенце.

– Вокруг одни женщины, – холодно произнесла она.

Фэн Лю покраснела и, склонив голову, хихикнула.

– И что тут смешного, дурная ты девка? – отругала её Сюэ Цзые, обернувшись. – Значит, время торчать здесь и хихикать у тебя есть, а пойти в Осенний павильон и позаботиться о других больных – нет? Ещё раз увижу такое – ноги переломаю!

Фэн Лю притихла, как цикада зимой, поспешно собрала все снадобья и испарилась.

Сюэ Цзые закончила ругаться и снова обернулась к нему. К тому времени Хо Чжаньбай торопливо выбрался из бочки. Он набросил на плечи длинный нижний халат и снова опустился на лежанку. Однако раны были слишком серьёзными, и от этих быстрых, резких движений их тянуло так, что сложно оказалось сдержать гримасу боли.

– Дай посмотрю. – Сюэ Цзые невозмутимо уселась на край лежанки и распахнула его одежду.

Лечение прошло успешно. Под действием снадобья раны начали затягиваться, а самые крупные, которые пришлось зашивать, перестали кровоточить. Сюэ Цзые принялась осматривать его, надавливая на каждый цунь[8] в поисках кровяных сгустков. В этот раз мужчина был ранен настолько серьёзно, что она не могла махнуть рукой и позволить ему дальше выздоравливать самостоятельно.

– Какой ужас, – не сдержавшись, вздохнул Хо Чжаньбай.

Сюэ Цзые мельком взглянула ему в лицо.

– Ну, что ещё?

– Разглядываешь меня бесстыдно, везде трогаешь. Будь я девушкой, пришлось бы покончить с собой, если бы ты отказалась на мне