Око Индры - Рафаэль Миргалиевич Тимошев

Зеленин помолчал, раздумывая. Наконец, произнес:

– Михаил Михайлович, Володин пропал…

– Как пропал? Совсем? – после паузы спросил голос.

– Уже месяц, как о нем ни слуху, ни духу… Он говорил, что у него есть некая дальняя родственница. Может, он у нее? Вы случайно не знаете что-либо о ней?

В трубке молчали.

– Михаил Михайлович, вы слышите меня?

– Слышу… Она живет во Франции.

– Где?! – поперхнулся Зеленин.

– Во Франции, в Ницце… По просьбе одного человека я разыскивал ее, тогда же узнал и про Володина.

– Значит… это вы направили его ко мне и…

– Нет! – оборвал Зеленина голос.

Владимир Иванович смолк.

– Но вполне возможно, что Володин у нее.

– Во Франции??

– А почему бы и нет? У меня, кстати, есть ее телефон. Вам дать?

– Конечно!

– Сейчас, погодите, поищу… Не бросайте трубку.

– Жду…

Владимир Иванович спешно прошел к столу и, схватив первый попавшийся под руку карандаш, приготовился записывать. Но прошло еще несколько минут, прежде чем в телефоне вновь послышался голос Фральцева:

– Пишите: Марианна Бош. Номер телефона 33……. Записали?

– Да. Огромное спасибо!

– Не за что… Жду вашего звонка по отпуску!

– Ну, что? – спросила Елена Владимировна, как только муж отключил телефон.

– Представляешь, оказывается, родственница Володина живет в Ницце! Невероятно! Неужели он действительно подался к ней? Тихо удрал, балдеет, лежа на песочке, а мы здесь переживаем!

Зеленин облегченно вздохнул.

– Ты же говорил, родных у него нет, – напомнила Елена Владимировна.

– Вообще-то, он упоминал о дальней родственнице. Но ее никогда не видел… Черт возьми! – Владимир Иванович хлопнул себя по лбу. – Она же приглашала его к себе!

– А как же паспорт?

– Что паспорт? – не понял Владимир Иванович.

– Для загранпаспорта нужны, кажется, какие-то справки с места работы…

– Нужны, – подумав, согласился Владимир Иванович.

Он опустился на диван. Елена Владимировна села рядом.

– Действительно, в институте ничего про это не знают… Хотя паспорт у него мог быть. Но вот зачем ему надо было оставлять у меня сверток?

– Может потому, что его нельзя было перевозить через границу? – предположила Елена Владимировна.

Владимир Иванович встал и в раздумье прошелся по комнате.

– Значит, дело все-таки в этом проклятом свертке? Может, все-таки вскрыть его?

– Нет! – твердо возразила Елена Владимировна. – Лучше позвони родственнице.

– А если он не у нее? Только напугаем женщину…

– А если у нее?

Владимир Иванович запустил пальцы в тронутую сединой шевелюру:

– Однако вопрос… Может, еще сам объявится?

IV. Пропавшая экспедиция

В Ниццу Владимир Иванович так и не позвонил. Разговор был отложен на пару дней – вдруг и без звонка Володин даст о себе знать. Однако прошла неделя, вторая – о сотруднике по-прежнему ничего известно не было. И вновь самые худшие предположения стали овладевать Владимиром Ивановичем, невольно порождая угнетающее чувство причастности к исчезновению человека. И постепенно это чувство настолько охватило его, что он вообще отказался от мысли выяснять что-либо самому и все более склонялся к совету жены – отнести свиток в органы, несмотря на все опасения быть обвиненным в чем-либо. Но неожиданно произошло событие, совершенно изменившее его отношение к происшедшему.

Это случилось вечером, когда, порядком устав от писанины, Владимир Иванович присел у телевизора и, включив «тарелку», стал просматривать каналы. Неожиданно на экране всплыл информационный ролик CNN – какая-то ухоженная старушка, окруженная со всех сторон микрофонами, прорывалась сквозь ряды репортеров, повторяя одну и ту же фразу: «Non commentaire, non commentaire[6]». Зеленин уже хотел было переключиться на следующий канал, когда его внимание привлекло лицо старика, то и дело, появляющееся за спиной пожилой женщины. Вглядевшись, Владимир Иванович от удивления чуть не сполз с дивана – из-за плеча старушки на него пристально смотрели черные глаза седого индуса. Того самого – в этом он не сомневался! – с которым уже дважды сталкивался в институте! И когда камера выхватила его лицо крупным планом, Владимир Иванович от ужаса вздрогнул – кивком головы он явно указывал ему на старуху!

Через секунду ролик прервался, улыбающаяся дикторша стала что-то быстро комментировать, и Зеленин торопливо перевел взгляд на бегущую внизу экрана информационную строку, пытаясь хотя бы что-нибудь выудить из нерусских слов:

«Nice: Maryanna Bosh loses Peter Green's diary – the assistant to the professor Charles Hartman known in 19 century as the researcher of India…»[7]

Дикторшу сменили кадры нового ролика, но на экран он уже не смотрел.

«Возможно ли это? – лихорадочно забилось в его мозгу. – Неужели та самая Марианна Бош? А брахман? Как он там оказался? Неужели старик пытался что-то сообщить?»

Зеленин тряхнул головой – бред!

Соскочив с дивана, он быстро прошел в кабинет и, отыскав листок с продиктованным Фральцевым номером телефона француженки, еще раз прочел ее имя и фамилию. Он опустился в кресло – совпадают!

«Что же получается? Некий русский Володин избавляется от индийской хреновины своего предка и – исчезает… Его же французская родственница теряет дневник некоего ассистента “известного профессора девятнадцатого столетия”… Еще окажется, что… Что окажется?..»

Зеленин не сразу сформулировал мысль, которая всплыла откуда-то из-под корки.

«…Окажется, что под предком Константина Дмитриевича скрывается тот самый ассистент или… или даже сам профессор! Чарльз Хардман… Чарльз Хардман? Уж не тот ли Хардман – этнограф!»

Владимир Иванович включил компьютер и вошел в интернет.

«Чарльз Хардман этнограф» – набрал он ключевые слова. На мониторе всплыло окно со списком ссылок. Зеленин навел курсор на первую из них, и на экране высветился текст.

«Чарльз Хардман (1801–1858?), – прочел он, – профессор Оксфордского и Бомбейского университетов, член Королевского азиатского общества, историк, этнограф, исследователь Индии…»

Владимиру Ивановичу стало душно.

«…Первым осуществил описание народностей, проживающих на территории п-ва Индостан. Основной труд – “Народы Британской Ост-Индии” (1850). При невыясненных обстоятельствах пропал без вести в индийской экспедиции 1858 г. в районе Западных Гад».

Зеленин еще раз пробежал по скупым строчкам энциклопедической статьи.

«Вот тебе, Владимир Иванович, и твоя Индия!» – выдохнул он вслух. Затем, словно что-то вспомнив, быстро набрал вторую ссылку. Это была версия для печати из информационной ленты. Она гласила:

«3.4. Национальное географическое общество Великобритании ведет переговоры с Марианной Бош, гражданкой Франции, о получении прав на экспертизу и опубликование дневника ассистента известного в середине 19 века исследователя Индии Чарльза Хардмана. Дневник, по ее заявлению, подробно описывает события последней индийской экспедиции ученого в июле 1858 г. Как известно, следов пропавшей экспедиции обнаружено не было, до сих пор судьба ученого и членов его команды считалась неизвестной».

Зеленин откинулся на спинку стула.