Фантастика 2026-163 - Алексей Иванович Ефимов

– Полагаю, вы встречали друга, который так и не приехал, – так же вежливо сказал мужчина. Голос у него был мягкий, располагающий, но Лэйми это не тронуло: сейчас все гиты казались ему ворами и бандитами.

Он помотал головой, понимая, что перетрусил. В конце концов отмалчиваться, когда тебе задали вопрос, было уже не просто невежливо – это было оскорбление спросившего, всего на ступеньку отстоявшее от плевка в лицо.

– Нет. Я сам только что приехал, – ему не хотелось говорить этого, но что он ещё мог сказать?..

Мужчина вновь внимательно осмотрел его – с ног до головы.

– Похоже, у вас украли все вещи, ведь правда? – он ещё раз посмотрел на Лэйми. – Возможно, и деньги. Это очень неприятно. Меня зовут Фаррис. Если угодно, можете переночевать у меня.

– Нет. Я сейчас... поеду к другу. Мне не нужна ваша помощь. Спасибо, – он вовсе не хотел говорить этого, но мягкий, обволакивающий голос заставлял его стыдиться даже непроизнесенной лжи...

– Откуда вы знаете, дома ли ваш друг? – спросил Фаррис. – Вечером мы, гиты, веселимся. У него есть телефон? У меня тоже. Вы можете позвонить от меня.

– Он не гит. Он ойрат. Ультра, – сказав это, Лэйми почувствовал совершенно бессмысленный приступ злорадного удовлетворения. Но Фаррис не смутился.

– В таком случае сомневаюсь, что он составит вам приятную кампанию в прогулках по городу. Ультра не пользуются здесь популярностью, – это была не угроза и не насмешка. Просто констатация очевидного факта. – Здесь есть множество интересных мест, о которых они вряд ли знают. И даже если знают, не могут пойти туда. Я прошу... нет, я настоятельно приглашаю вас поехать ко мне.

Лэйми начал злиться. Конечно же, он знал, что гиты очень гостеприимны. Если бы его не ограбили сразу по приезде – и не попытались потом продать в рабство – он с готовностью принял бы это приглашение, просто чтобы получить какую-то базу на время поисков. Но сейчас эта медовая настойчивость показалась ему очень подозрительной.

– Не думаю, что мой друг одобрит это. Он – Аннит Охэйо анта Хилайа. Я должен быть у него сегодня вечером. Это не подлежит обсуждению. Я не могу принять ваше приглашение. Извините, – Лэйми понимал, что городит какую-то несусветную чушь, словно придворный из плохого фильма, и густо покраснел.

– Вы очень странный юноша, – Фаррис вновь окинул его взглядом – с ног до головы. – Но при всём этом – очень красивый. Экзотически красивый в наших печальных краях. Ваши босые ноги в этих сандалиях очень эротичны. Что же вы скажете, если я признаюсь, что хочу с вами переспать?

Лэйми беззвучно разинул рот, словно рыба. Теперь-то он понимал всё – но это, увы, ничем не могло ему помочь. Он должен был просто послать Фарриса – куда-нибудь подальше – но не привык оскорблять незнакомых людей. К тому же, теперь он боялся привлекать внимание: недавний опыт на вокзале оказался очень убедительным. В итоге он не смог ответить ничего и снова глупо покраснел, как мальчик. Фаррис засмеялся и потрепал его по плечу.

– Соглашайтесь, юноша. Я нахожу вас достаточно симпатичным.

Лэйми представления не имел, как поступил бы дальше – наверное, заорал бы диким голосом, – но именно в этот миг подошел тот автобус, какой был ему нужен. Он с облегчением проскользнул внутрь и плюхнулся на мягкое сиденье у окна. Но его сердце сразу подкатило к горлу, когда Фаррис сел рядом с ним. Лэйми был напуган его назойливостью – и не представлял, что ему теперь делать. Поднимать шум, рискуя снова угодить в милицию, совершенно не хотелось.

Автобус мягко, почти бесшумно тронулся – как и полагалось машине из близкого здесь Леванта. Лэйми немедленно приник к стеклу. В уютном, прохладном салоне его вновь охватило ощущение возвращения в детство, хотя город за окнами был не совсем таким, какой он помнил. Широкие улицы затенились громадными деревьями так, что ему казалось, что сейчас уже ночь. Дома здесь были невысокие – в два или в три этажа – старые, с деревянными решетками и верандами; фонарей не было. Их заменяли многочисленные неоновые рекламы, в основном розоватого цвета, на крышах или в витринах бесчисленных ресторанчиков. Многие располагались прямо на улице.

Лэйми неотрывно смотрел в окно. Оно казалось ему чем-то вроде экрана: ещё в детстве он очень любил кататься на автобусах, разглядывая городскую жизнь, словно какой-то бесконечный сериал. Ему нравилось быть наблюдателем, несколько отстраненным от неё. А сейчас всё снаружи было одновременно знакомым и странным – вбитые в пыльную землю каменные плитки тротуаров, многочисленные небольшие каналы с низкими лодками... Ярко освещенные дома стояли возле них так тесно, что их берега превращались в сплошные стены разнообразных фасадов...

Теплая рука Фарриса легла на бедро Лэйми. Его сердце пропустило удар; в голове у него всё поплыло, в какой-то миг он даже испугался, что потеряет сознание. В нем столкнулись возбуждение, паника и стыд. Сейчас он был уже дико напуган, и, будь они одни, набросился бы на Фарриса с диким воплем, не жалея ни его, ни себя. Но тут, среди гитов, это было совершенно невозможно. И он ответил так сдержанно, как мог: накрыв руку Фарриса своей крепкой ладонью, Лэйми стал медленно, но всё сильнее сжимать её, глядя в его глаза. Вероятно, его взгляд оказался достаточно выразительным, чтобы передать его чувства, потому что Фаррис вдруг вырвал руку, и, тихо выругавшись, исчез.

Лэйми с облегчением вздохнул; его настроение вдруг волшебным образом улучшилось. Автобус сейчас мчался по широкому низкому мосту, покрытому темным асфальтом, в крайнем из шести рядов автомобилей. Мост перекрывал широкую, свинцовую, как небо, реку Трир – а всего в полукилометре над ней возвышалось громадное, темно-желтое здание гидроэлектростанции – оно же очевидно и плотина, так как за ним ничего не было, кроме облаков. По его крыше тоже шло шоссе и только увидев на нем крохотные коробочки автомобилей Лэйми смог оценить размер сооружения – длиной в полмили и высотой в двадцатиэтажный дом. В детстве на его месте ничего не было – а теперь оно казалось ему такой же неотъемлемой частью реки, как и берега, и его неожиданно охватила тоска – он чувствовал себя очень далеким от родины и очень маленьким. Когда-то, ещё мальчишкой, он бывал в парке развлечений Усть-Манне – там маленькая рельсовая дорога, среди прочего, проходила и