Такидзиро - Семён Афанасьев

очереди. Смешно. И интересно — каким образом метис сориентировался? Даже у неё мозги соображают медленнее. Опять же, тот редкий момент, когда его непрошибаемая наглость только в плюс, признала мысленно Хаяси.

Со стороны всё действительно теперь выглядит так, будто мужлан обеих реально пялит — то ли по очереди, то ли в тройничке, однако по общему согласию. Ещё и каждая незамужем.

В данной ситуации у хафу был единственный вариант прикрыть груз от чужого внимания с гарантией: обозначить «интересные» отношения с двумя крайне непростыми тёлками, продолжила рассуждать Хонока.

Да, ему могут навешать виртуальных трендюлей за то, что шатается в рабочее время по личным вопросам по этажам — но, во-первых, и это не автоматически и уж точно не на месте. Чтоб взыскание поднялось вверх и спустилось по команде, требуется как минимум время.

А во-вторых, контейнер в любом случае выведен из под удара. Хоть в ладоши аплодируй. Даже уволенный к известной матери стажёр логистики в изменившемся раскладе акционеров ничего уже не поменяет.

Хаяси не удержалась и ещё раз покосилась влево. Айтишница была похожа на застывшую статую, что обозначенную Решетниковым интимную версию лишь подтверждало.

— Вам это с рук не сойдёт. — Многозначительно пообещал Фукудомэ, поиграв желваками, поскольку тоже мгновенно просчитал варианты.

Провожать стажёра на первый этаж всей комиссией, чтобы проследить, что тот сделает с контейнером — не просто потеря лица, а вообще.

Ревизия затеяна, чтобы поднять собственное влияние и приспустить конкурента. Сопровождением Решетникова до рабочего места это самое влияние будет собственноручно опущено ниже плинтуса и растоптано. Все равно что выстрелить себе в ногу.

Тем временем стажёр за словом в карман не полез, видимо, справедливо рассудив, что уж ему-то терять теперь точно нечего:

— Я расцениваю ваши слова как неприкрытую угрозу, нарушающую корпоративный кодекс менеджера… рапорт на имя начальства с копией совету директоров… попираете основы корпоративной морали… — Хафу в ответ не стушевался, гордо выпрямился и понёс таким отменным юридическим канцеляритом, что стало похоже на судебные прения.

Где честный и добросовестный адвокат ставит на место коррумпированного прокурора, апеллируя к беспристрастному судье.

— … в свою очередь, тоже подниму вопрос ваших безосновательных выпадов в адрес департамента логистики в моём лице и, в частности, отдела складской логистики, в котором работаю. — Хафу поклонился безукоризненно чётко. — Я человек маленький, мне кроме достоинства терять нечего.

Замотанный в тряпку кубик качнулся туда-сюда в сетке.

Видимо, решил, что его всё равно уволят. Вот и не стесняется напоследок, подумала Хонока. Реализовывает, так сказать, тайные мечты и чаяния первых этажей в адрес небожителей — если терять, как он говорит, уже нечего.

Хоть бы драться не полез с контейнером в руках.

— Вы не боитесь взыскания? За то, что шатаетесь по зданию в рабочее время по личным обстоятельствам? — явно опоздал с угрозой медленно думающий Ирисава, давний недоброжелатель деда.

— Отвечу по всей строгости, — без паузы парировал стажёр. — Но перед своим начальством, которое имеет право приказывать. А не перед первым встречным в коридоре, который… — дальше он сделал лицо ромбом и понёс такое, что Хаяси снова озадачилась.

Перспектива корпоративных слухов о регулярном тройничке-мезальянсе между верхними и нижними этажами компании в их исполнении сгустилась, считай, до материальной.

— Пронесло. — Заморожено выдохнула Уэки через полсотни метров коридора и пару этажей вверх, поглядев на часы. — Ещё сорок пять минут. Успеваем с четырёхкратным запасом. Спасибо, Такидзиро-сан!

Общественное мнение на интимную тему молодую почти-директора департамента не волновало в принципе.

— Ну да. Главное в жизни — контейнер, — с каменным лицом кивнула Хонока.

Айтишница то ли проигнорировала сарказм, то ли ей действительно не было дела. Она вбила пароль на цифровом замке, мазнула отпечатком пальца по сканеру и старательно заперла двери за троицей:

— Со стороны выглядело, будто ты и драться готов, если придётся. — Уэки требовательно подступила к Решетникову. — Это так?

— Ну разве же я мог подвести другую часть уважаемого руководства компании? — светловолосый на мгновение спрятал взгляд за безукоризненным поклоном. — Ту, на чьей стороне я волей судьбы оказался?

Хоноке показалось, что в словах безвестного стажёра мелькнула снисходительная ирония.

Уэки, похоже, услышанным удовлетворилась, потому что в следующий момент вооружилась тремя гаджетами и принялась за настройку блока, утратив интерес к беседе.

— Такидзиро-сан, а каким образом ты так быстро сориентировался? — оказавшись в безопасности, Хаяси решила не откладывать то, о чём с новым знакомым всё равно беседовать.

Оставлять подобные темы незакрытыми начальник секретариата финансов не имела привычки.

— Испугался, — спокойно развернулся к ней Решетников. — С перепугу подумал, что нападение — лучший метод защиты. А дальше уже по готовой схеме.

— Непонятно. Объясни.

— Этот Фукудомэ — откровенный функционер, видно по лицу. Чиновник, скрупулёзно соблюдающий коридор прав в рамках должности. Очень боится что-либо нарушить, прям панически! — Хафу с безмятежным видом уверенно вещал о таких вещах, что Хонока где-то озадачилась.

— И?

— Поговорка есть, — пожал плечами полукровка. — Если хочешь обыграть хоккеиста, нужно что сделать?

— Что? — Уэки дала понять, что из разговора не выключалась и в беседе участвует.

— Ни в коем случае не играть с ним на его поле. Хоккеиста нужно обыгрывать в футбол, шахматы, карты, бадминтон, — ухмыльнулся Решетников.

— Занятная абстракция.

— Применительно к нашему случаю, — продолжил светловолосый. — Любая ревизия имеет чёткие полномочия, границы находятся в мозгах проверяющих, — он коснулся виска. — Эти золотые бейджи могут многое, но… чёрт, не знаю, как сформулировать. Короче, оно в голове как-то само родилось: если я с вами шагаю по восьмидесятому этажу не по работе, то мы уже не сотрудники, а парень и две девушки.

— Тройник, — спокойно кивнула Хаяси. — Тройничок. Продолжай.

— … и тогда он автоматически теряет право проверять то, что несу я. Мало ли, может мы целовались по углам? — пояснил Решетников.

— На восьмидесятом? — задумчиво бросила Уэки из своего угла.

— Хоть и на нём, — пожал плечами метис. — Ну да, нас застукали на горячем, но призвать к ответу могут максимум за нарушение трудовой дисциплины, ведь правильно? Это уже совсем другой расклад, не запрещёнка с новыми алгоритмами.

— Хм.

— Тем более, вы сами директора, — логично, в принципе, продолжил линию рассуждений стажёр. — С вас любые взыскания на тему распорядка дня — как с гуся вода. Вам эти угрозы — что камню ветер. Я не прав?

Уэки закончила подключение блока, потёрла ладони, выпрямилась и жизнерадостно потянулась:

— Да прав, прав. Большое спасибо, реально выручил.

— Присоединяюсь к благодарности, — сдержанно качнула головой финансистка, удерживаясь от следующих вопросов.

До поры. Надо посоветоваться с отцом или дедом и после этого побеседовать с Решетниковым повторно, без цейтнота и уже в другой обстановке.