Мы – инопланетяне. Книга 7 - Александр Юрьевич Тарарев

главе с Катариной Хельмут, собравшийся у катера, отдал ему военный салют. Петр остановился на мгновение, прощаясь взглядом с каждым, затем поднял руку в ответном жесте и сел в катер.

Мощные двигатели катера ожили, и машина плавно поднялась в воздух. Петр, глядя на удаляющийся Харон, ощутил прилив уверенности. Несмотря на все трудности, всё шло по плану.

Глава 2

Как только Пётр прибыл на флагман, он сразу получил доклад о том, что на Харон отправлен крейсер с запасами воздуха, провианта и мобильными энергоустановками.

– Отлично, капитан. Я скоро прибуду в рубку, готовься к старту, – голос Петра звучал уверенно, но в нём чувствовалось скрытое напряжение.

– Слушаюсь, главнокомандующий. Разрешите один вопрос? – голос капитана слегка дрогнул, но он быстро вернул себе привычную уверенность.

– Задавай.

– Где мой первый помощник? – спросил он, будто для проформы, хотя ответ был ему заранее известен.

– Катарина Хельмут назначена командующей базой на Хароне, – в лице Тита Флавия промелькнуло лёгкое удивление, которое он не смог скрыть. Он тихо присвистнул.

– Хороший выбор, главнокомандующий. Она – стоящий специалист. – Он помедлил, словно оценивая свои слова, и добавил с ноткой профессиональной зависти:

– Экипаж на флагмане стал меньше. Придётся увеличить нагрузку на каждого члена экипажа.

Пётр слегка нахмурился, раздумывая над словами капитана.

– Капитан, делайте то, что считаете нужным. Впереди у нас настоящий боевой рейд, возможно, придётся вступить в сражение с врагом. – Его голос стал твёрже, отчётливо передавая напряжённость момента.

После этих слов корабль слегка содрогнулся. Это было почти неощутимо, но по лицу капитана пробежала тень беспокойства.

– По флагману, как судорога, пробежала дрожь, – пробормотал Тит. – Это норма?

Пётр нахмурился и переключился на внутренний ментальный канал, связываясь с БИС флагмана:

– Что это сейчас было, БИС?

Ответ последовал мгновенно. Голос искусственного интеллекта звучал спокойно, но в нём угадывалась странная, почти человеческая интонация:

– Прошу прощения, главнокомандующий. Это эмоция ожидания. Очень хочется настоящей космической битвы, ведь я для этого создан.

Пётр вздохнул, раздражённо сжав пальцы. Он не привык к тому, что БИС был не просто системой, но и сложным интеллектом, иногда проявляющим слишком много инициативы.

– БИС, главное – дисциплина. Все действия только по моей команде и команде капитана. Ты понимаешь? – Его ментальный голос прозвучал строго, как будто он говорил с человеком, а не с машиной.

– Так и будет, главнокомандующий. Действия строго по вашим указаниям. Какие приказы? – голос БИС вернулся к своей привычной монотонности, но Пётр почувствовал, что искусственный интеллект временно подавил свои «эмоции».

– Покажи, где находится флот врага? – распорядился Пётр, сосредоточенно глядя на панорамный экран перед собой. Его голос звучал спокойно, без лишних эмоций, но в нём чувствовалась сосредоточенная энергия человека, привыкшего к дальним путешествиям и не боящегося принять вызов судьбы.

БИС флагмана немедленно отозвался тихим гулом аппаратуры. В сознании Петра сразу всплыла визуализация: необъятный космос, усеянный серебристыми искрами далёких звёзд, и на их фоне – приближающееся облако астероидов и мелких планетоидов, странно сгруппированных в подобие нестройного флота. С первого взгляда они могли бы сойти за природные космические тела, хаотично плывущие в безмолвной пустоте космоса, но Пётр знал, что это не природный конгломерат. За беспорядочным скоплением скрывались конструкции чужих кораблей, слабо мерцающих в инфракрасном спектре, усыпанных антеннами и сенсорами, замаскированных под космические осколки. Эти корабли были невероятно мощны, и столь огромны, что один их вид заставлял невольно сомневаться в происхождении – искусственное или природное. Но разведданные не лгали: они разумны.

– Масштабируй, – тихо скомандовал Пётр. Перед его глазами развернулась подробная карта траекторий: траектории не были хаотичны, они подчинялись какому-то скрытому алгоритму. Чужой флот подбирался так, чтобы в итоге оказаться на одной линии с флагманом. Враги явно планировали столкновение или перехват. Пётр прикинул курс: лучше не идти прямо в лоб, есть смысл зайти под углом, используя изгиб их собственной траектории. Задуманный манёвр напоминал бы параболу, которая, постепенно округляясь, станет параллельной движению вражеского флота. В результате, сбросив скорость, флагман дождётся, пока враг сам подойдёт на удобную дистанцию. Как только показатели дистанции сравняются с расчетными, начнётся операция по распознаванию структуры противника.

Внутри рубки царила легкая темнота, только мягкое свечение голопанелей и блеклые отблески сигнальных индикаторов освещали сосредоточенные лица офицеров. Пётр чувствовал едва уловимый шум систем жизнеобеспечения, монотонное гудение из глубин недр корабля, где километры коммуникаций и сотни роботизированных модулей трудились, удерживая колоссальный аппарат в узде физических законов. Прежде чем отдать окончательный приказ, он минуту прислушивался к собственным мыслям. Хотя с виду он оставался невозмутимым, внутри ворочались тяжкие раздумья. Пётр думал не просто об обороне, но и о первом контакте – или втором, если считать сам факт нападения попыткой установления отношений.

Он был готов рискнуть ради информации. Удастся ли через тонкий спектр сигналов, при анализе излучения их кораблей или через захват одного из планетоидов понять, кто перед ними? Чем дышат эти существа, где их дом, какая у них культура? Это могло решить исход не только этого столкновения, но и всей долгой кампании, затеянной человечеством.

– Ну что же, настала пора с вами познакомиться поближе, – негромко пробормотал Пётр, приподнимая бровь и легонько сжав кулак в решимости.

– Отлично, БИС, старт по команде, – произнёс он, не отводя взгляда от панорамного изображения.

– Слушаюсь, —по-прежнему безэмоционально ответил БИС. Цифровой разум флагмана развивался быстрее, чем ожидалось. Он научился имитировать – а может, и испытывать – эмоции, впитывая образы и модели поведения команды. Капитан же, едва начинающий понимать, что в искусственном интеллекте появляются некие зачатки самостоятельности, скорее всего, не сумеет с ним справиться, если БИС решит действовать по-своему. Пётр осознавал всю сложность такой ситуации и решил вернуться к этому вопросу в будущем.

Флагман тем временем начал неспешный манёвр. Рев двигателей был почти неслышен – они находились слишком далеко в глубине корпуса, да и работали на импульсных тяговых модулях, практически беззвучных. Но на тактильном уровне Пётр ощутил лёгкое изменение векторной нагрузки. За бортом медленно смещалось звёздное поле, и свет далёкого Солнца вместе со спутниковыми системами играл на глянцевых пластинах бронированных панелей. На дисплеях тактического управления кривые траекторий исчерчивали пространство сложными узорами. Это была космическая хореография, танец теней и осколков, колоссальных кораблей и незримых сил.

Время шло, флагман плавно выходил на рубеж старта.

В рубке его встретил капитан Тит Флавий, чётко отдав воинское приветствие и доложив по форме о состоянии корабля и подготовке к старту. Слова капитана снова касались перегрузки экипажа:

– Экипаж перегружен, главнокомандующий. Людей недостаточно.

Пётр сдержанно кивнул, внимательно разглядывая