Вечно голодный студент 6 - RedDetonator

они это сделали — так было проще стандартизировать снаряжение всех стран НАТО, но рациональнее было бы разработать унифицированную экипировку и тогда не пришлось бы изъёбствовать с креплениями. Это, конечно, не так выгодно для национальных производителей, которые, в таком случае, не смогут покормиться на военных тендерах, но эффективность под вопросом. А все эти россказни о некой «гибкости» и прочем — человеческое тело, блядь, всегда примерно одинаковое и законы эргономики на него работают одинаково. Из этого следует, что можно разработать унифицированную систему, которая повысит общую эффективность бойца, а не даст ему возможность повесить элемент экипировки неправильно, что, в самом лучшем случае, чревато травмой, а в худшем — смертью. И я не выступаю против модульного типа креплений, как такового, но я выступаю против слишком большой свободы, которую даёт MOLLE — именно столько, сколько она даёт либерти и фридом, солдату не нужно. Нужен какой-то компромисс, гибридный вариант. И уж поверь, уважаемый читатель, достаточно одной масштабной войны, чтобы все недостатки этой системы вылезли наружу — надо просто подождать и посмотреть.

2 — О золотых монетах — запрещённая на территории Российской Федерации террористическая организация, известная как ИГИЛ, после захвата части территории Ирака и Сирии, чтобы хоть как-то справляться с экономическими трудностями, ввела в оборот на своей территории золотые монеты. Резон у них был простой — в те времена, как показала практика, мир ещё не ёбнулся окончательно, поэтому золото имело стабильную рыночную стоимость, а не туземунило, как бешеное, что сделало его привлекательным в качестве валюты. Террористы, не будь дураки, прекрасно понимали, что любая их экономическая программа с внедрением бумажной валюты с треском наебнётся об суровую экономическую реальность, поэтому золото было для них единственным возможным выходом из ситуации. Они чеканили монету, расплачивались ею по своим террористическим покупкам и в ус не дули, но потом их погнули через хуй, поэтому золотые монеты ИГИЛ стали сугубо коллекционным артефактом.

Глава двадцать вторая

Время делать бизнес?

*Республика Казахстан, Атырауская область, в селе Бейбарыс, 1 декабря 2027 года*

«Двадцать девять очков опыта…» — подсчитал я остаток до следующего левела.

С усилием вытаскиваю меч из туши в муках сдохшего тюленя. Бедному животному просто не повезло быть тюленем в 19:43 в селе Бейбарыс…

Взмахиваю лезвием, и густая тёмная кровь разлетается в стороны. Это был последний тюлень в селе, поэтому мне срочно нужно искать новый источник опыта — я извёл тут двадцать три взрослых особи, весьма изощрённым способом, но мне их не хватило.

Что делать с мясом? Да ничего — сожгу их в ближайшем подходящем здании, чтобы не достались никому.

«Может, попробовать наломить коров?» — начал я обдумывать опцию, параллельно затаскивая тушу тюленя в бывший продмаг. — «Не, как-то хлопотно… Хотя…»

По пути сюда я видел большое стадо коров, минимум голов на тысячу — они пылесосят степь, оставляя после себя только коричневую землю.

Ввиду того, что они не видят себя специализированными хищниками, у них произошли мутации, нацеленные на более эффективное питание растениями, поэтому пасти их работают по площади, буквально, высасывая всю траву из почвы.

Чтобы эффективнее перерабатывать траву в белок, они выработали большие многокамерные желудки, в которых специальные бактерии питаются травой в промышленных масштабах, а потом беспощадно приносятся в жертву при переходе в камеру для переваривания.

Этот цикл может продолжаться практически бесконечно, но у него есть «бутылочное горлышко» — количество растительной биомассы. Конечно, коровы безбожно срут в процессе жизнедеятельности, удобряя почву ценнейшим дерьмом, на котором растения растут, как на стероидах, но жрут они больше, поэтому природе нужно больше времени, чтобы восстанавливать исходную флору.

Это вынуждает коров постоянно мигрировать, что, наверное, должно создать некий «баланс» — они кочуют по всему Казахстану, поэтому иногда их тупо не бывает в этом районе.

Естественными врагами коров являются лютики, броники, верблюды, а также крупные хищные птицы. Медоеды, в большинстве своём, не питаются коровами, потому что они им не по зубам, но бывают исключения.

Тот Медоед, против которого я доблестно бился исторически не так давно, был тем самым исключением, которое подтверждает существование правила — он отжирался на коровах и был настоящим бичом крупного рогатого скота…

Собаки, постоянно следующие за коровьими стаями, их естественными врагами не являются, так как жрут их говно, снижая, тем самым, потенциальную плодородность почвы, ну и, иногда, доедают что-то за лютиками, брониками и остальными.

Меня собаки не интересуют, потому что в них нет никакого резона по получению опыта, а мне придётся, если я пойду за коровами, иметь дело с собаками, чего хотелось бы избежать, чтобы не тратить время зря.

«Блин, куда податься?» — спросил я себя, затаскивая очередную тушу в бывший магазин. — «Лютиков поискать?»

Я могу, в конце концов, измотать и загнать почти любого зверя — дайте только время, но времени у меня почти нет. Уже почти пора выдвигаться в Баку.

Достаю из изолированного подсумка смартфон и замечаю, что осталось только 12 %. Не беда — подключаю к нему пауэр-банк, после чего открываю офлайн-карту и прикидываю, куда можно податься, чтобы добить недостачу опыта.

Не хотелось бы этого делать, но, похоже, что нужно идти в Атырау, чтобы попытать там удачу. Если не будет никого серьёзного, то буду брать массой. Мне нужно, кровь из носу, добить 160-й левел, а то не комильфо…

— Ладно, хули… — пробурчал я и закинул в политый бензином продмаг пиропатрон.

Главное, чтобы здание взялось огнём, а затем тюленьи туши сами начнут поддерживать пламя своими килокалориями — у мёртвых зверей и КДшников не работает «Термоконтроль», поэтому чистые килокалории горят ярче и дольше бензина.

Вытаскиваю из кармана свёрток с пеммиканом из медвежатины, сушёных ягод, арахиса и свинопотамьего жира — жую эту сытную закуску, запиваю водой из фляги и наблюдаю за тем, как разгорается здание.

Доев всё содержимое свёртка, и выпив примерно половину фляжки, поправляю снаряжение и направляюсь на юг.

*Республика Казахстан, Атырауская область, город Атырау, 1 декабря 2027 года*

«А вот это уже интересно…» — подумал я, укрывшись за забором из оцинкованного профлиста.

Я зашёл в город, очевидно, с северной стороны и продолжил путь на юг по улице Исатая Тайманова, чтобы выйти в центр и посмотреть, кто там водится.

Мы проверяли этот город, когда эвакуировали выживших из местного аэропорта, но, видимо, недоглядели, так как я слышу отчётливые выстрелы из оружия пулемётно-винтовочного калибра.

Доносятся эти выстрелы прямо из центра и мне очень интересно,