Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

— Тут еще такое дело, — начал я, — возьми все геройство на себя, а? А про меня ничего не надо говорить… ну почти ничего, был тут рядом, помог маленько и все, ладно?

— Почему?

— Хватит с меня и одной медали, вторая вызовет только одни подозрения, а не слишком ли часто этот Сорокалетперед глазами мелькать начал? Лады?

Декан подумал, потом сказал медленно:

— Лады… а ведь это только твой первый день учебы, что ж дальше-то будет?

— А ничего дальше не будет, кроме большой и плодотворной работы — вместе работать будем над улучшением учебного процесса, ага. Поехали, до дому подвезу.

Петрович согласился… ехать было недалеко, еще ближе чем до больницы — он на Ковалихе жил в новенькой панельной 9-этажке. Напоследок сказал ему:

— Слушай, Петрович, а чего у тебя дочка такая зашуганная? Всего боится…

— Тяжелое детство, — со вздохом ответил он.

— Так давай я над ней шефство что ли возьму, и по учебе, она походу в той же математике весьма слабовата, и в личной жизни, доведу ее так сказать до товарных кондиций, чтоб нормально с народом общалась — ты мне помог, теперь я тебе помогу, да?

— Ну бери шефство… только если ты с ней что-то сделаешь, я ведь…

— Если ты на секс намекаешь, то я тебя умоляю, мне есть с кем сексом заняться — ничего с твоей Светой не случится.

— Ну ладно, договорились… только ты бы уж мне не тыкал, я же все-таки почти в 3 раза старше…

— Оллрайт, драгоценный Вячеслав Петрович, это я в пылу боя так сказать, а в дальнейшем буду строго на вы. Принцип сяо я уважаю и разделяю.

— Принцип чего?

— Это в китайской философии есть такое понятие — уважение детей к родителям, младших к старшим, народа к руководителю государства и тд. Неисполнение его в Китае считается тяжким правонарушением.

— Ну что же, хороший принцип, можно взять на вооружение… и еще это… спасибо за приключение, Сережа.

— Да не за что, Вячеслав Петрович, обращайтесь.

На этом мой первый учебный день закончился.

Да, и еще вечерком я позвонил Инке, не так уж и поздно было, предложил завтра вместе до института добираться, она с радостью согласилась. Вот и ладушки, не так скучно ехать будет.

Чуден Ниагарский водопад при ясной погоде

Утром продрал глаза в 6.00, что-то съел там на кухне, запивая свежесваренным кофе, потом подъехал на Лескова к дому Инны. Она, вот прикиньте, уже у подъезда стояла, отбивая каблуками чечетку, и выглядела при этом как всегда сногсшибательно, вот отсыпал же бог девке полной пригоршней…

— Привет, моя радость, — высунулся я из окна, — я тебе тут переднее сиденье подвинул назад, чтоб твои длинные ноги убрались. Куда едем?

— Два круга вокруг Риджентс-парка, а потом прямиком в Перадор, — гордо ответила Инка. Удивительно все же позитивный человек, к тому же Пристли читала.

— Риджентсовне обещаю, могу предложить только Автозаводский ПКО, — ответил я и мы оба заржали. — По этой книге кстати скоро кино выйдет, музыкальное говорят.

— Ну посмотрим, что они там наснимают… я бы на роль Сэма взяла бы например Еременко.

— Так его вроде и взяли. А на принцессу кого бы взяла?

— На принцессу… ну не знаю… Проклову что ли. А эту злодейку, как ее… Нинет, да… я бы сыграла отлично.

Я хмыкнул:

— Злодейка из тебя конечно та еще… добрая ты, даже чересчур, убавить бы не мешало.

— Ты мне это уже говорил, проехали. Ты лучше скажи, чего звонил мне позавчера?

Я с трудом припомнил позавчерашний день… это когда я шел в расстроенных чувствах после сцены у озера что ли?

— А, вспомнил — уже неактуально, проехали, — повторил я инкины слова.

— Ну тогда давай рассказывай про свою медаль, скромник. Не поделился ни с кем, можно подумать, что ты эти медали каждый месяц получаешь.

— Да, такой вот я скромный, других не завезли. Ну слушай, если интересно.

Далее я поведал ей всю эту спасательную эпопею с одной только купюрой, про то, как я узнал про утонутие дяди. Сказал, что он позвал меня по срочному делу, а там оно все и произошло как-то само собой… вроде гладко получилось. Инка таки заметила эту склейку:

— А что за срочные дела у тебя в Тамбове вдруг образовались?

— Извини, Инна, не могу сказать, подписку давал.

— О как… — только и смогла выдавить из себя Инна.

— Теперь твоя очередь рассказывать — как там Анюта с Верой?

— А ты точно хочешь это узнать?

— Ну раз спрашиваю, значит хочу, колись уже…

— Ну слушай — с Верой все хорошо, ушел от нее Вовчик и ушел, не переживает, и еще она кстати тебе непроданные джинсы вернуть хочет…

— Ладно, заберу при случае.

— А Анюта сидит дома и ревет белугой.

— Вот прям белугой? Интересно… вчера на параде первокурсников этого как-то заметно не было. А Вовчик где?

— Нету его нигде, исчез с концами. Слушай, так теперь выходит, что и ты, и я абсолютно свободны?

— Ну вроде так…

— Так почему бы нам не создать пару? — непринужденно поинтересовалась Инна.

Действительно, почему бы и не? Мы пара и мы счастливы, подумал я, а вслух сказал:

— Ок, давай попробуем. Я тебя вечером найду.

А тем временем за непринужденной беседой мы незаметно добрались до корпусов политеха на Минина, Инна открыла дверь выходить и тут я вспомнил, что у нас же сегодня занятия в другом месте, на площади Лядова… вот идиот беспамятный. Сказал Инке «пока» и рванул с места на Белинке, благо она пустая, 10 минут и я на месте. Загнал машинку на соседнюю улицу и припустился в учебный корпус, успел тютелька в тютельку, к звонку.

Высшая математика, сразу с места дифференциальное исчисление с интегралами пошло. Миндалев конечно хороший лектор, не тарабанит по бумажке, а всю душу вкладывает, яркими образами опять же сыпет, но почему-то не любят его студенты, хоть ты тресни… возможно потому что ошибок не прощает и гонит в шею всех, кто на пару его вопросов не ответит, нельзя же так жестко к народу подходить. Мне-то это все по барабану, математику я всегда с полувзгляда понимал и на все его заковыристые вопросики ответы имею, а вот остальных надо бы подтянуть будет, не хочу я, чтоб треть нашей группы из-за этой ерунды вылетели к чертовой матери.

А потом у нас начался значит семинар по