Фантастика 2026-133 - Хелена Руэлли

Леонард кивнул, мысль работала быстро.

«Мы ремонтируем участки у мельниц и деревень, маркиз. Но дорога к тракту… это стратегический объект. Для нас обоих.»

«Именно!» – маркиз оживился. «Предлагаю совместное предприятие. Я беру на себя камень и половину рабочих. Вы – организацию работ, ваших управителей, которые, как я слышал, теперь работают как часы, и… ну, ваше свежеобретенное умение находить эффективные решения. Дорога будет платной? Или мы просто выиграем от роста торговли и налогов?»

Леонард улыбнулся.

«Давайте обсудим детали, маркиз. И выгоды.»

Огромная победа. Не только признание его способностей, но и реальный, выгодный проект, укрепляющий связи с влиятельным соседом. Дороги. Пора.

После отъезда маркиза, окрыленный успехом переговоров, Леонард отдал распоряжения Арману и Жаку: начать расчеты по дорожному проекту, составить смету, определить участок для первого совместного участка. Энергия била ключом. Он шел по коридору в свой кабинет, строя планы, как вдруг увидел Жизель.

Она мыла пол в дальнем конце коридора. Услышав его шаги, она не убежала, не опустила голову. Она выпрямилась, отложила тряпку и… посмотрела на него. И этот взгляд сразил Леонарда наповал. В нем не было ни боли, ни обиды, ни прежнего робкого обожания. В ее серых глазах светилось глубочайшее уважение. Чистое, сильное, почти благоговейное. И сквозь это уважение – такая же сильная, но теперь безопасная для нее и для него любовь. Любовь к господину, который поступил благородно, который не воспользовался слабостью, который защитил ее честь, даже ценой ее слез. Она видела его силу, но теперь видела и его доброту. И это сочетание покорило ее окончательно и бесповоротно.

Она молча сделала глубокий, безупречный реверанс, держа голову высоко, и снова взялась за работу. Ни слова. Но этот взгляд и этот реверанс сказали больше любых признаний.

Леонард прошел мимо, чувствуя, как жар разливается по его лицу. Муки совести сменились сложной гаммой чувств: облегчением, что не испортил все окончательно, смущением от такого чистого обожания, и… новой порцией вины. Она теперь без ума от меня окончательно. И это… хуже, чем просто влюбленность служанки. Он понял, что невольно возвел себя на пьедестал в ее глазах. Пьедестал, с которого ему теперь придется очень осторожно слезать, чтобы не уронить ни себя, ни ее. Добрые намерения обернулись новым, тонким испытанием его характера.

В кабинете он подошел к карте. Рядом с пометкой «Фурво (дорога!)» он приколол записку о разговоре с маркизом. Но мысли путались. Воспоминание о взгляде Жизель перебивало логику дорожных маршрутов. Палец лег на линию будущей дороги – символа прогресса и сотрудничества. Но в его мыслях еще долго стоял образ Жизель с ее огромными, преданными глазами.

«Она… любит. Настоящей, бескорыстной любовью. А я? Я – администратор. Архитектор систем. Моя ОС не поддерживает такой софт без критических сбоев.» Муки совести вернулись. Он не хотел ее боли, но стал причиной еще более сильного, но безвыходного чувства. «Несанкционированное подключение к сердцу пользователя. Последствия – необратимы.»

Он резко ткнул пальцем в карту, в цепочку деревень между замком, Сен-Клу, Ларошелью и Фурво. Линия, соединяющая точки. Дороги. Конкретная, понятная, осязаемая задача.

«Пора,» – прошептал он, и в голосе зазвучал знакомый азарт, заглушающий личную тревогу. «Пора делать дороги. Физические линии связи. Артерии для товаров, новостей, войск если что…» Он взял циркуль и линейку, начал набрасывать на чистом листе трассы, рассчитывая углы подъема, места для дренажных канав, мостов через ручьи. «Оптимизация маршрута. Минимизация затрат. Максимизация пропускной способности и долговечности.»

Это был язык, который он понимал. Проект, в который можно было сбежать от сложности человеческих чувств. Грандиозная, системная задача, требовавшая всех его сил и знаний. Дороги станут его новым кодом, его новой страстью, его спасением от мук совести, вызванных слишком глубоким взглядом служанки. Но даже погружаясь в расчеты, он чувствовал на своей спине незримое, теплое присутствие того самого взгляда – взгляда, который теперь был его самой неожиданной и самой сложной «точкой доступа» в этом новом мире. Войны за земли и дороги он начинал понимать. Но война с собственным образом в сердце простой девушки… эта битва только начиналась, и правила ее были куда сложнее. Он вздохнул и взялся за перо. Дороги строить было проще.

Не забудь прикрепить карту!!

Глава 16. Охота, Учитель и Новая Архитектура Команды

Рассвет только начинал золотить башни замка Виллар, когда Леонард уже стоял у зеркала, пока Пьер застегивал последние пуговицы на новом, темно-зеленом охотничьем камзоле. Ткань была дорогой, крой – безупречным, но она казалась ему тесным скафандром перед выходом в открытый космос неизвестности.

«Всего лишь социальный ритуал,» – пытался убедить себя Леонард, глядя на свое отражение. «Код взаимодействия: вежливость, умеренная активность, демонстрация статуса. Стрельба – опциональный модуль. Просто еще один интерфейс взаимодействия с локальной аристократической сетью. Ничего страшного.»

Но рациональные доводы разбивались о примитивный страх перед реальным ружьем, живым зверем и оценивающими взглядами десятков незнакомых аристократов. В памяти всплывали виар-симуляторы: яркие, безопасные, с гарантированным попаданием и виртуальными аплодисментами. Здесь же все было настоящим. Его пальцы непроизвольно сжались. «Я справлюсь. Система управления страхом… требует калибровки в полевых условиях. Это просто стресс-тест.» Он глубоко вдохнул, стараясь выдавить из себя прежнюю, напускную браваду графа-гуляки. Она не приходила. На смену ей пришло лишь холодноватое напряжение.

Карета маркиза, присланная за ними, была роскошной и удобной. Леонард откинулся на спинку сиденья, стараясь расслабиться, глядя на мелькающие за окном осенние пейзажи. Арман, сидевший напротив, разливал по дорожным фляжкам крепкий, согревающий сидр.

«Выпей, кузен, согреешься,» – предложил он, протягивая фляжку. Его взгляд, острый и привыкший подмечать детали, задержался на лице Леонарда. «Ты… бледен. Не боль ли старая? Или…» Арман запнулся, словно колебался, стоит ли продолжать. «Просто странно. Раньше ты охоту ждал как праздника. Первым в седло, первым в погоню, первым к столу с трофеями и дамами. А сейчас… будто на казнь едешь.»

Леонард почувствовал, как легкая краска стыда приливает к щекам. Арман уловил его слабость. Он взял фляжку, сделал глоток. Терпкий напиток обжег горло, но согрел.

«Ранение… да,» – солгал он частично. «Напоминает о себе в самые неподходящие моменты. А насчет охоты…» – он искал слова. – «Может, просто повзрослел, Арман? Прежние забавы кажутся… пустыми, шумными. А убивать зверя ради потехи…» Он не договорил, пожал плечами. «Особенно когда сам так близко стоял на краю.»

Арман внимательно посмотрел на него, в его глазах мелькнуло понимание и что-то еще