Фантастика 2026-143 - Nicols Nicolson

сегодня предстояло переговорить с Ксенией лично, не привлекая посредника в виде Истоминой. Предварительные переговоры были проведены, некие «хотелки» высказаны, но теперь нужно было перевести все эти прекрасные абстракции в четкие договоренности «на берегу». Да и нормально пообщаться и узнать поближе будущую «жену» было бы неплохо.

По дороге ответил вежливыми отказами нескольким боярским родам, осторожно закидывающим удочки по поводу «вхождения в род» через брак или же слугой, с «перспективами» поднять прямо вот до члена рода. Аж дух захватывает от таких головокружительных карьерных возможностей!

Различные приглашения на приемы, которые после моего бенефиса у Воронцовых тоже стали регулярными, я попросил Кая отсортировать и придерживать ответы, пока можно. Если сроки истекут до того, как геральдическая палата утвердит мое усыновление, вежливо отказать. А как только получу титул официально, обязательно пройдусь по приглашениям. При моем нынешнем статусе это бессмысленно и будет огромной потерей времени. Объяснять боярам, почему я не бегу вприпрыжку воспользоваться их щедрым и шикарным предложением? Увольте. А так — все понятно. Получение титула блокирует возможность вступить в род и получить статус боярина. Правда сразу же пойдут разговоры о вассалитете, но это совсем другая история. А через пять дней, кстати, уже Новый год! Куда-то пойти придется. Или с ребятами отметить? Потом решу. В общем, предстоит раунд «политесов», что меня лично не очень радует, но без этого не обойтись. Вот сейчас как раз с Ксении и начну.

Зато я обрадовал Ветра и нашего завхоза или скорее замкомхоза Кабана тем, что обновлены лимиты на приобретение снаряжения, и можно наконец купить нормальное оборудование, а не тот хлам, который мы собирались покупать до этого.

С тоской подумал о том, что вольная жизнь никому не интересного изгоя, кажется, закончилась. А ведь неплохая была жизнь-то! Но не для меня. Нет во мне достаточной степени смирения и стремления к аскезе, чтобы надолго торчать под столом сильных мира сего, собирая крошки, как это делают безродные. Мы пойдем другим путем, да! Станем сперва интересным изгоем, потом знаменитым, а потом незаменимым. Да, Анна Иоанновна? Я задумчиво подкинул монету и поймал не глядя. Ее Величество одобряла.

Кай, кстати, все равно ничем не занят, пока летим, работать с «Умным домом» по удаленному подключению он категорически не советует.

«Посмотри мне флаер, Кай, для покупки. Небольшой спортивный. Ну и служебную летающую машину. Так чтобы аэровагон какой-нибудь. Для гражданских целей, массовых вылетов и прочее. Новые смотри. Скинь мне варианты, когда я выйду от невесты».

«Да, господин кож… я хотел сказать, мой биологический брат по разуму».

«Ты уже выбери какое-то одно обращение. Люди обычно так поступают».

«Тогда мастер. Достаточно почтительно и в то же время не напоминает тебе о том, что ты держишь меня в рабстве. Утверждаешь?»

«Утверждаю. А про рабство ты, железяка гнутая, попутал. Рабов я может хотя бы кормил».

Вот зачем я ему осмысленные ответы даю? Он же просто набор аксиоматики и продвинутый генератор случайных чисел!

Это еще что, я слышал — одна безродная даже замуж выйти за нейро хотела. А главное, что паршивец ей пообещал! Скандал был, что вы. Она естественно сидела на «общей сетке», кажется в «Грандчате» или в «Ирине». Пошла к компании-разработчику требовать, чтобы они: «Отпустили бедняжку». Дурацкая история, я уже даже не помню, чем закончилась. Но нейропсихозы в наше время заняли значительную нишу среди психических патологий. Надо поосторожней как-то. А то сегодня я ему спасибо говорю, завтра шутки с ним шучу, а послезавтра уже на должность назначу, с окладом денежного содержания. Не-не. Нейропсихоз не пройдет! Лишних денег нет!

* * *

Элитный домик Пустовалова встретил меня хмурым охранником на проходной, подозрительной тетенькой-консьержем в подъезде и кислой физиономией Ксении, открывшей мне дверь в апартаменты. Все почти как в прошлый раз, но не как в прошлый раз.

Я сразу заметил изменения в интерьере. Все иллюзорные перегородки Ксения отключила и сделала перестановку мебели. У дальней стены штабелем стояли коробки, явно не вписывающиеся в интерьер. Со стен исчезли оружие и пейзажи охотничьей тематики. По сути, мы стояли внутри огромной почти пустой коробки.

— Добрый день, Ксения Николаевна, — я символически поцеловал воздух над запястьем барышни бледной со взором горящим. — Я смотрю, у вас перестановка?

— Добрый день, Алексей Григорьевич, — ответила мне Ксения. — Предыдущая обстановка слишком сильно напоминала мне о прежней жизни. Так что я просто очистила пространство. Теперь я здесь могу дышать. Я вообще теперь могу дышать по-настоящему. Пока новый владелец не решит, что со всем этим делать, конечно.

И она обвела рукой помещение и себя, делая прозрачный намек на скользкие обстоятельства. Вот только от нее мне намеков на рабовладение еще не хватало.

Ну хоть не на помойку вещи выкинула, а, судя по всему, сложила в те самые ящики у дальней стены.

— Полагаю, новым владельцем будете как раз вы, Ксения Николаевна, — я поискал глазами какую-нибудь сменную обувь, но полочка возле двери была девственно пуста.

— Ой, вы проходите, Алексей Григорьевич, — наконец спохватилась девушка. — Можно в ботинках, тапки я все приказала убрать.

Я с сомнением покосился на уличную обувь, с которой уже набежала лужица растаявшего снега. Но хозяйка-барыня. В обуви, так в обуви. Закинув куртку на вешалку, я прошел за девушкой в бывшее столовое отделение апартаментов, благо, ума не убирать обеденный стол у Ксении хватило.

КСЕНИЯ

— Я сейчас чаю соображу, — засуетилась она. — Подождите минутку, Алексей Григорьевич.

— Не стоит беспокойства, Ксения Николаевна. Нам с вами, кажется, есть что обсудить.

— Но за чаем это будет делать сподручнее, — упрямо возразила она, возясь возле кухонной стенки.

Пришлось ждать, пока закончится процедура чаеприготовления.

Наконец чай был готов, отговорки исчерпаны, и Ксения села за стол напротив меня, спрятав носик в чайной чашке и рдея бледными щеками.

— Вы так торопитесь, Алексей Григорьевич. Разве прилично людям нашего положения сразу переходить к делу?

— Неприлично воду в ступе толочь, когда есть реальные проблемы, требующие решения. По крайней мере, так меня учили в Башне, Ксения Николаевна.

Она на упоминание моего «высокого происхождения» вздернула носик и слегка покраснела. Ничего, пусть помнит, что я не на улице родился.

— Так что предлагаю обсудить нюансы нашего будущего… сотрудничества, давайте это так называть. Я уже подал заявку на утверждение усыновления меня вашим покойным дедом в геральдическую палату Коллегии Контроля. Теперь вопрос,