Фантастика 2026-194 - Мария Геррер

Сейчас, в состоянии сверх концентрации, осматриваем поле боя. Одновременно максимально сводим плечи вместе, расслабляя спину, и тянемся рукой под левую лопатку. С внутренней стороны кисти нет сильной защиты, а потому, пока выдёргивал первый диск, слегка порезался. Ладонь слегка горит от яда, но это лишь бодрит.

Первый диск падает на пол, второй выдёргиваем резко, с мясом. Вспышка боли, но отпустило. Димортул в бешеном темпе бросился затягивать собственные раны и повреждения носителя. Перед нами будто застывшая воительница с дискомётами, за её левым плечом ещё один человек. Этот беловолосый парень, обладатель той же оболочки, что ранее была у Кева, только волосы длиннее. В правой руке веерник, а в левой шипомёт.

Левее меня кошак, что врукопашную дерётся с химерой, в центре напарник Кирана, сдерживающий ещё одного из последних мутов. У дальней стены ещё один раз целился в раненого зверя, который на миг привлёк моё внимание. Этого парня мы в гнезде точно не видели, такое зрелище не забудешь. Вся шкура монстра в боевых отметинах, а кошачью морду, между виском и правым глазом пересекал уродливый вертикальный шрам. Вся правая сторона у зверя была порвана и сочилась серой кровью.

Один на один, с порванным боком, против одного из головорезов Даргула вышел не просто зверь, а матёрый боец. Но больше всего из равновесия выбивал взгляд мута, полный разума и понимания. Такой спокойный, сосредоточенный, полный безразличия к тому, что прямоходящий кошак через пару битов снесёт ему выстрелом голову. Но химероид лишь оскалился. Он дрался просто потому, что дрался. Как и я.

Дальнейшее было не результатом слияния, а моим выбором. Диск переброшен левую руку, бросок без замаха — острая костяная пластина вонзается в спину дальнего от меня кошака, разрубая грудной от дел позвоночника. Раз вскрикнул и стал оседать. Раненый мут, бросив на меня мимолётный взгляд, не растерялся. Зверь набросился на корчащегося и частично обездвиженного противника, который дёрнул рукой и промазал. Но последний рывок умирающего хищника был более точен, о чём возвестил крик боли и предсмертный хрип. Ещё один минус. И того пять, четверо из тех, кто на виду, остались.

Это мы замечаем краем глаза, пока несёмся к девице с дискомётами. С их тыльной стороны появилось несколько тонких щупалец, которые подхватили с пояса пару дисков и потянули к «казённой» части биооружия. Узкие прорези уже смотрели в нашем направлении. Поднимаем руки и готовимся выпустить клинки.

Всё описанное, от момента падения после ранения до поражения диском одного из разов кошаков, заняло битов пятнадцать-двадцать. Результат — ещё два трупа у противника, но теперь меня видят. Долговязый с саблей и кошак добивают оставшихся мутов. Ещё один человек с веерником и ранившая меня девчонка из неизвестной гуманоидной расы, собираются разобраться со мной.

Человек, который нас внимательно рассмотрел, вдруг застыл на месте с выпученными глазами. Рука с веерником опустилось, а лицо бойца клана Знающих объял ужас.

— Вестник, — прохрипел парень, делая шаг назад. — Тила, задержи его.

Услышав слова парня, на миг замерла даже сражающиеся с мутами парочка, а руки той, кого назвали Тилой, дрогнули. Но лишь на мгновение. Вскоре девица вновь наводила на меня прикреплённые к предплечьям дискомёты. Вооружённый веерником боец стал отступать, в сторону стойбища, что-то крича через плечо. В километре наверняка есть средства связи, как телепатический кимбар. Значит, атакуем в том направлении.

Кидаемся на девицу, подняв кулаки на уровень челюсти. Из предплечий показались клинки, но полностью их не раскрываем. Тила стреляет, но в состоянии концентрации отлично видны диски, летящие с дикой скоростью в грудь и голову димортула. Быстро меняем положение рук — костяные снаряды с прочной режущей кромкой встречаются с лезвиями димортула и с визгом отлетают в стороны. Раунд сближения выигран.

Тила не теряется и наносит нам удар саблями, что зажаты в её руках. Блокируем полураскрытыми клинками из предплечий. Девушка давит, живой доспех не уступает. На первый взгляд, это патовая ситуация, но только на первый. Выкидываем вперёд правую ногу и голенью бьём противника в живот.

Долговязая мечница устояла, но выросшие из прикрывающего голень щитка когти сцепились с плотью. С усилием тянем ногу обратно, а с ней и Тилу, что падает на колени. Пытаясь балансировать, она разводит руки в стороны, освобождая наши клинки. Руки димортула в мгновение ока обхватывают её голову за подбородок и затылок. Захват, наклон, резкий поворот — шея ломается с неприятным хрустом. Так как присоски-гидо ещё и кислоту выпустили, то вкупе с давлением мускулистых кистей голова лопается, обдав броню ошмётками костей, кожи и плоти.

— Танат, — вскрикнул человек, наводя веерник на маску димортула. Он испуган. Менее чем за микроцикл была перебита большая часть подготовленного отряда.

Пригибаемся и бежим вперёд. Над головой проносится сноп кислотной шрапнели. Вот мы пробегаем мимо стрелка справа, распрямившись и вскинув вверх руку с полураскрытым клинком. Результат радует — конечность врага отсечена по локоть, он орёт от боли. Не добиваем пока.

По пути подхватываем винтовку со штыком и метаем её внутрь стойбища. Импровизированное копьё пробивает голову ещё одного кошака, что пристраивал к вралу знакомый кимбар. На костяной пол оседает труп возницы кольца. Второй, который ранее был контужен потерей своего живого транспорта и ещё шатается, поднимает в мою сторону руку. К предплечью прикреплена пластина дискомёта, но тойли, вылетевшие из предплечий димортула, пронзают его грудь. Рывок на себя, втягивание жгутов обратно — навстречу клинкам живого доспеха летит перепуганный человек.

Оставшегося пилота встречают кулаки с выросшими из костяшек шипами. Серия ударов, глаза человека закатываются, ещё один труп оседает на пластины пола. Осталось трое.