"Фантастика 2025-135". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Звездная

class="p1">— И насколько вы уверены, что они явятся именно сегодня? — спросил я, отхлебнув чай. Ожидание всегда утомительнее самого боя, это я знал из собственного опыта.

— Точно сказать нельзя, — ответил Юлиан, потирая виски. — Иногда они выжидают в лесу, а иногда выходят из него. Но одно всегда неизменно. Их вой. Он эхом разносится по округе, аж до костей пробирает.

— Ты говорил, их трое? Волки обычно охотятся стаей, значит, скорее всего, будут держаться вместе. Если застанем врасплох, есть шанс быстро с ними разделаться, — я уже прокручивал в голове несколько вариантов тактики, прикидывая оптимальные позиции для атаки.

— Они, конечно, охотятся стаей, — вставила Стефания, — но легко могут разделиться, если это поможет им заполучить добычу.

— А если один падет, — продолжил Юлиан, — то, будьте уверены, двое других тут же примчатся ему на выручку.

— Что насчет дома? Обеспечивает ли он хотя бы относительную безопасность? — уточнил я, хотя интуиция уже подсказывала, что это самообман. Слишком хрупкая конструкция этот дом для обороны от настойчивых хищников.

Юлиан и Стефания обменялись красноречивыми взглядами. Так и думал.

— Они… Они уже прорывались в дом раньше, — произнесла Стефания, её голос слегка дрогнул. Выбивали наши окна.

— Выбивали окна? — я приподнял бровь, оценивая прочность деревянных ставен. — И вы всё ещё думаете, что эти доски вас спасут?

— Черепа у них невероятно крепкие, — мрачно добавил Юлиан. — Нам тогда удалось спрятаться на чердаке. Это, пожалуй, самое безопасное место, но другого выхода, кроме люка, там нет. В тот раз, о котором говорит Стефания, мы просидели на чердаке двое суток, пока волчара-переросток, наконец, не отступил и не убрался в лес.

— Понятно, — протянул я, просчитывая новые вводные. Пассивная оборона на чердаке это проигрышный вариант в долгосрочной перспективе. Нужно будет действовать на опережение.

Я бросил Ларе быстрый взгляд и незаметно кивнул в сторону.

— Сосредоточимся на одном, — сказала ей тихо, когда мы немного отдалились. — Сделаем всё, чтобы выманить его из дома. Как только справимся с ним, можно будет думать об остальных. Вдвоем управиться с двумя волками будет гораздо проще, чем с тремя, тем более что оружие только у нас с тобой. И, возможно, придется задействовать мой «Тайный Взрыв».

— Как думаешь, семья жреца нормально отнесется к магии? — Лара кивнула в сторону Юлиана и Стефании.

Да. Не факт, что последователи богов положительно относятся к колдовству. Последнее, что мне нужно, испуганный жрец, который решит, что мы хуже волков.

— Что ж, если встанет выбор: использовать магию или быть сожранным, то думаю решение очевидно.

— Я не сомневалась в тебе, Князь.

Я всё ещё привыкал, когда она так меня называла. Из уст Забавы это звучало естественно, но у Лары в голосе всегда сквозила хитринка. Впрочем, я кажется почти привык к этой ее манере.

— Всё будет под контролем, — сказал я, возвращаясь на кухню. — Я уверен, что…

Высокий, протяжный вой внезапно пронзил ночную тишину где-то совсем рядом. Мы все четверо замерли, прислушиваясь, пока его эхо не растаяло в лесной чаще.

Звук умолк, но его незримое присутствие повисло в воздухе.

Солнце село стремительно, словно решило не задерживаться на представление.

— Юлиан, гасим свет, — я коротко отдал приказ.

Рюрики принялись задувать свечи, я проверял ставни, а Лара в это время готовила свой лук и стрелы. Стефания дрожала и была бледнее мела.

Да, волки конкретно их тут запугали.

— Свет их привлекает, — сказала Лара.

— А почему тогда они не выходят днем? Логично предположить, что они ночные хищники, и на самом деле боятся света, — ответила Стефания, всматриваясь в залитое лунным светом пастбище.

— Они ночные лишь потому, что так им удобнее. Темнота дает преимущество для атаки. Лунный свет указывает им путь, а любой другой свет, зажженный людьми, манит их, как огонек мотыльков. Немало историй ходит о путниках, сгинувших в лесу по ночам. От них оставались только окровавленная одежда, кости да обугленные факелы.

— Но есть и другие истории.

— Какие еще истории?

— Это странно… Часто по ночам вой волков заглушает все остальные звуки в лесу, но бывает, что в особенно тихие ночи что-то другое занимает их место. Что-то, что заставляет их замолчать.

— И что же это за «что-то другое»? — вмешался я в разговор, смотря на Стефанию.

Девушка медленно повернулась ко мне. Лунный свет падал на одну половину ее лица, другая тонула в тени.

— Что-то гораздо большее. Что-то, что издает такой рёв, от которого дрожат деревья, а корни сами прячутся глубже в землю.

Раздался еще один вой, на этот раз гораздо громче и ближе. Похоже, гости к нам наконец пожаловали.

— Совсем рядом, — тихо констатировала Лара откуда-то из темноты комнаты.

Я распорядился Стефании подниматься наверх к отцу. Держать их здесь, где их могут легко зацепить, верх глупости. Чердак в данном случае единственный разумный вариант.

Я помог Юлиану, потом Стефании забраться наверх. Силуэт жреца маячил надо мной в темноте люка.

— Оставлю люк приоткрытым, — сказал он. — На всякий случай, если придется отступать.

— Будем надеяться, до этого не дойдет, — кивнул ему в ответ, хотя план отступления у меня в голове уже сформировался. Предусмотрительность никогда не бывает лишней.

Мы с Ларой направились в комнату Юлиана и подошли к заколоченному окну. Она сноровисто отодвинула одну из досок ставни, создав узкую щель, достаточную для обзора и стрельбы.

Лунный свет заливал пастбище холодным, призрачным сиянием. Он зыбко освещал поле, пробираясь сквозь редкие облака и ложась неровными пятнами на высокую траву.

— Было бы куда проще, если бы они траву скосили, а? — заметил я. — Никакой маскировки для хищников и полный обзор для нас.

— Волки умные звери. Если бы трава была скошена, они бы просто обошли это место и подошли бы к дому с другой стороны. А так они могут подобраться к нам незаметно… По крайней мере, они так думают. А это значит, что нам нужно держать ухо востро.

Мы выжидали, внимательно сканируя пастбище. Как только теплый ночной ветерок проскользнул сквозь щель в окне, Лара едва заметно дернулась.

— Там.

Я проследил за ее взглядом. Не четкий силуэт, а скорее само движение — след, прорезающий высокую траву прямо к нам с неестественной скоростью.

Это напомнило мне