Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила

– Нет, они выглядят, как обычные маги, – покачала головой мать. – Но я заметила, что дар Стефана изменился. Он стал намного ярче. Правда…

Замолчав, она закусила губу и вновь посмотрела на огонь в камине. Эринор не торопил мать, понимая, что некоторые вещи трудно понять и намного сложнее объяснить другому. Только молчание затянулось, отчего мужчина нетерпеливо постучал пальцами по подлокотнику кресла. Словно вынырнув из транса, мать вновь посмотрела на сына и заговорила:

– У меня есть одна теория, но я не уверена.

– Мне будут любопытны любые соображения на эту тему. Поскольку у нас с Амайей также есть одна догадка, хотелось бы убедиться, что мы не бредим.

– Тот мальчик, Дамиан, сказал, что Эймир забирает энергию у всего живого, но ничего не отдаёт, так? – спросила она, и дождавшись кивка сына продолжила: – Эти двое полгода жили в замке Эймира. К тому же не так давно участвовали в заклинании «цепь», и впитали довольно много энергии отшельника. Я подозреваю, что узоры у них появились в тот же день. Они маги холода, такие же, как и мы. Только их дар был отобран Эймиром.

Поднявшись с кресла, Эринор прошёлся по комнате, после чего замер и тихо проговорил:

– Мы пришли к такому же выводу. Значит, Дамиан с Лирой правильно поняли слова богини и у нас огромные проблемы, – он посмотрел на мать, и та заметила в глазах сына боль: – Осталась последняя попытка. Вы ведь поможете?

Подойдя к сыну, она нежно погладила его по плечу и с улыбкой ответила:

– Конечно, родной.

Лира Аскари

Зимний бал в императорском дворце меня впечатлил. На островах никогда не устраивали таких сказочных праздников. Всё же островитяне намного проще относятся к мишуре и прочим мелочам, которые так любит аристократия объединённых королевств. У нас всё было иначе.

Во-первых, на островах отсутствовал снег. Первый и последний раз люди видели это чудо, когда пробудилась магия холода. Но тогда Эймир быстро навёл порядок и к нам вернулась весна. Во-вторых, я впервые видела столько расфуфыренных людей в одном месте. От блеска украшений и разнообразия нарядов у меня даже в глазах зарябило. Ну и в-третьих – танцы, принятые на материке, поражали своей откровенностью.

Нет, мы тоже не были монахами и молодёжь любила устроить танцы под звёздным небом, только у островитян и людей с материка кардинально отличалось понятие «танец». Когда герцогиня де Морт позвала учителя и заставила нас с Дамианом разучить пару основных движений, я думала сгорю со стыда. Но парень заверил, что это вовсе не шутка и мама не издевается в попытке заставить сына подарить ей внука как можно скорее. В общем, для меня всё здесь было необычным и невероятно смущало.

А вот за наряд для бала я очень долго благодарила герцогиню и даже расплакалась от переизбытка эмоций. Она лично заказывала платье и сделала всё, чтобы я чувствовала себя в нём очень комфортно. Светлая ткань, переливалась, словно сталь под светом магических огоньков, мягкий корсет подчёркивал фигуру, но при этом позволял спокойно двигаться и дышать. Мне даже пышная юбка понравилась, до того было удобно. Всё это великолепие украшал едва заметный серебристый узор, будто выведенный льдом на стекле. Признаюсь, я чувствовала себя принцессой из сказки.

Когда мы прибыли на бал к нам потянулась вереница знакомых и друзей семейства де Морт. Герцогиня ревниво оберегала меня от любых колкостей, принятых в высшем свете, и умело ставила на место абсолютно всех, кто, по её мнению, неправильно разговаривал с «любимой невесткой».

Меня такой расклад полностью устраивал, хоть сильных эмоций по этому поводу я не испытывала. И не оттого, что была слишком бесчувственной, просто перед балом пришлось принять невероятное количество успокоительного зелья. Такой дозы хватило бы угомонить всех учеников Эймира разом, но мне этого оказалось мало.

Стоило како-то барышне насмешливо поинтересоваться, причиной по которой мы с Дамианом поженились столь поспешно, как у неё над головой сгустилось проклятие в виде тёмного облака. Дама упала в обморок, герцогиня разнервничалась, а я быстро развеяла чары и загрустила. Только Амайя наблюдала за этим представлением с трона и явно забавлялась. Ну хоть кому-то понравилось это происшествие.

В итоге Дамиан увёл меня на веранду, которая была зачарована так, чтобы гости могли подышать свежим воздухом, но при этом не замёрзли. И мы с ним наслаждались звуками музыки, доносящимися из зала, глядя при этом на яркие звёзды в небе. В какой-то момент я заметила, что Стефан с Рикой идут к выходу, но им преградил путь человек в ливрее. Поскольку мы предполагали, что на балу их семьи могут нажаловаться императору, стало тоскливо.

– Как думаешь, император поддержит Стефа и Рику? – спросила я.

– Амайя уже говорила, что браки, благословлённые богиней, священны, – пожал плечами Дамиан. – Если Дионая сама не потребует их разлучить, то родственники ничего не смогут сделать. А император всегда свято чтил все заветы богини.

Я улыбнулась и успокоилась. Раз Дамиан в этом так уверен, у друзей всё будет хорошо. Улыбка стала ещё шире и счастливее стоило осознать, что я действительно считаю их друзьями. Кто бы подумал, что ещё недавно я была похожа на Эймира – неразговорчивая, вечно хмурая и никого к себе не подпускала.

«Интересно, как там Эймир? Чем он сейчас занимается, что делает?»

Мысль оборвалась так же быстро, как и появилась. Я потрясла головой и нахмурилась. Почему мне вдруг захотелось узнать, чем занимает Эймир? Да зачем мне, вообще, о нём думать?! Меня обуяло беспокойство и появилось смутное предчувствие чего-то нехорошего. Словно вот-вот произойдёт нечто ужасное и вся моя жизнь полетит к чертям. Дамиан заметил моё состояние и обеспокоенно произнёс:

– Лира, с тобой всё нормально?

Вот только со мной всё было плохо. Как я не старалась, в голове крутились мысли, вгоняющие в состояние паники. И что пугало сильнее всего, эти мысли начали путаться с другими, где постоянно возникал отшельник. Я часто задышала, вцепилась в перила и сдавленно проговорила:

– Не знаю. Что-то происходит, но не могу понять, что именно. Может это успокоительное зелье перестало действовать?

Но Дамиан не поспешил заверять, что всё хорошо, а напротив занервничал. Развернув меня к себе лицом, он вгляделся в мои глаза и протянул:

– Зелье должно действовать ещё часа три, как минимум. Объясни, что именно не так.

– Не знаю, словно мир