Ленинград-61 (Книга первая) - Игорь Яр

- Воду греем на плитке или керогазе в кастрюльке, посуду моем в тазике щёточкой с мылом, а ополаскиваем уже холодной. Ничего хитрого -просто надо привыкнуть. В новых домах уже горячая вода или газовые колонки.

Словно объясняла, что эти сложности - временные явления, а так всё хорошо. Не мне судить, решил переключиться с бытовых вопросов.

- Диана, Вы ведь художник?

- Что Вы, только учусь, занимаюсь в Народной академии и помогаю Павлу Иосифовичу, вот он - настоящий мастер. А то, что сама изображаю, пока не особо получается, правда, в академии не смеются.

- Не покажете свои работы?

- Они в основном у шефа, здесь только эскизы. Вообще, дома мало работаю, не то что в школе.

- В художественной учились?

- Нет, в нашей «десятилетке», на Решатовской. Но у нас рисование вела Нина Васильевна, это она меня приметила. Думаю поступать в педагогический, преподавать рисование детям, если не окажется таланта. Зато хорошо играю на гитаре, Валя научила, – тут она покраснела, словно поймали на хвастовстве.

- Знаете, был бы наглым гостем – при виде гитары на стене не удержался бы и попросил: «Диана, сыграйте, пожалуйста, или спойте».

- Это Вы ещё Валечку не слышали: вот уж кто и поёт, и играет!

- А Вы…

За разговором не заметил, как вернулась Валентина, проболтали полчаса! Тётя стояла с покрасневшими руками и без остатков косметики, хотя так и не разглядел, что же у неё подмазано и подкрашено. Выключили верхний свет, оставив один торшер, вместе уселись на диван, немного посмотрели телевизор, но новостей всё не было.

- Валечка, а Сергей хотел, чтоб ты что-нибудь сыграла или спела. Займи гостя, а я пока титан нагрею, наш гость всё же с дороги! - и юркнула за дверь. Вот ведь хитрунья!

- А что, повод хороший, спешить некуда, завтра с утра отоспимся. Сергей, оставайтесь на диване, а я - на стуле, так сподручнее.

Валентина сняла гитару и без всякого жеманства, перебрав струны, заиграла. Не узнавал мелодию - что-то приятное, мелодичное, может, даже испанское. По всему чувствовалось: рука у неё поставлена и слух отменный. Наверное, это её вступительная пьеса, поскольку без перерыва начала следующую вещь, уже с вокалом. Голос действительно бархатный, незнакомый романс в её исполнении словно специально для меня написан. Прежде не раз доводилось слушать «живой» инструмент, но сейчас совсем не то, что в кафе, тем более на набережной или в подворотне. Уютная атмосфера девичьей комнаты придавала особый шарм пению. Женщина закончила романс, последний аккорд утих, поневоле потянулся похлопать.

- Не надо, Сергей.

- Как здорово! - не удержался от похвалы, ничуть не лукавя. – У Вас хорошо получается, не в музыкальной школе учились?

- Нет, в обычной, в сто восемнадцатой. У нас многие на гитаре играли, и учитель музыки там был замечательный, он и хором руководил.

- С Дианой не в одну школу ходили?

- В общем-то да, но в войну в сто десятую перевели - нашу закрыли под госпиталь. Не вышло доучиться, потом вечернюю заканчивала. А Динка даже в школьном театре играла!

- Скажешь тоже! – заглянувшая в комнату девушка снова засмущалась.

- Но ведь роли исполняла?

- Как исполняла, самая маленькая в классе! Это уж потом вытянулась. Поэтому в драмкружке доверяли то Дюймовочку, то «Мальчика-с-пальчика».

- Вы бы слышали, Сергей, как Динка у нас поёт!

- Ну что ты, Валя, мне с тобой не сравниться, разве что дуэтом.

- Тогда разрешите попросить вас спеть вместе?

- Давай-ка, «Дюймовочка», подтягивай!

Валентина заиграла следующую мелодию. Диана подсобралась - видимо, эту песню часто исполняли. И вперве услышал, как девушка поёт. Голос у неё сильный, хотя и негромкий и тоже приятный. Что за песня? Раньше не слышал, видимо, из этих лет. Пели о девичьих мечтах, о любви, о будущем, о надеждах.

Приютился в углу дивана и смотрел то на руки Валентины, то на губы Дианы. И понимал: как же мне повезло, что попал именно в этот дом. А ещё пообещал себе, что не сделаю ничего, что нарушит покой этих двух замечательных женщин. Побуду здесь немного, и, если получится, вернусь в своё время. Ведь и правда - узнал почти всё, пора обратно, пока ничего не натворил, как бы безумно это ни звучало.

Мои альтруистские мысли прервала песенка «Бежит река»: вот эту точно узнал по «Старым песням о главном». Слов, разумеется, не помнил, но так понравилось, что попробовал под конец подпевать, ведь в моё время в караоке неплохо получалось. Девчонки заулыбались: видимо, не слишком высоко оценили мой певческий талант, но за энтузиазм похлопали.

- Сергей, Вы сами на чём-то играете?

- Увы, Бог таланта не дал.

При этом заметил, что выразился машинально, вспомнив бабушку. Валентина улыбнулась - сколько же оттенков у этой улыбки! Понятно, что изображать деревенского жителя глупо, не потяну, как бы не перебрать. Но почему-то в памяти всплыли поездки к бабе Лизе, её манера говорить. И ещё стажировка там же, в заштатном ярославском городишке, в институте во время учёбы. Там все местные говорили так же забавно, даже слова запомнились.