Лучше Бога. Хуже Дьявола. Том 3. Книга 1 - Егор Кулицкий

— Сложно с этим поспорить. — Шун отвёл взгляд, будто и сам понимая что едкое замечание Армагина тут справедливо.

Взгляд Шуна в этот момент зацепился за пришедшие новости из столицы Империи: местные ищейки на мгновение заметили в окнах храма Анну и Оливера. Они были в полном боевом облачении, потрёпанные, с явными следами ранений. Ищейки не могли проникнуть внутрь храма, но даже с ограниченным обзором было видно, насколько оба истощены после боя. Вскоре, сопровождаемые жрецами, они скрылись в коридорах храма.

Шун неожиданно для себя замолк, пристально всматриваясь в изображение. Аня с бледным от истощения и испуга лицом, держала окровавленного, но всё ещё живого Оливера под руку. Оба они выглядели вымотанным, покрытыми следами напряжённого сражения и еле держащиеся на ногах. Нося титул Спасителей, они вели за собой армии, однако появление в Утлане в таком состоянии указывало лишь на одно: они сбежали с поля боя. Эти двое оказались на грани гибели, и довело их до этого не какое-то заклинание, а столкновение с крайне сильным противником. Размышляя в этом ключе, теперь Шун смотрел на замершее изображение Оливера и Ани со смешанными чувствами.

— Нашёл что-то интересное? — Армагин заметил, как Шун долго всматривается в изображение и наклонился ближе.

— Нет, — Шун с неохотой отвёл взгляд. Развеяв изображение словно дымку он ответил тихо, словно сам себе: — Просто задумался, каковы мои шансы выжить, если застигнут врасплох таким заклинанием.

— Хм, вот как. — Армагин скрестил руки на груди и прищурился, на его лице проступила наставническая улыбка. — Возможность проверить это на практике всё же лучше избегать. Ты однажды уже искупался в пламени заклинания. Дважды может и не повезти.

— Дело не в проверке. Если Стражи приложили к этому руку, то они могут наведаться ко мне в любой момент с таким сюрпризом. Мало ли что им в головы взбредёт. Избегай или нет, но с ними придётся иметь дело. И мне бы хотелось знать побольше, кто они и чего от них ждать.

Шун пожал плечами, в его голосе не было излишней напыщенности, скорее предусмотрительность. Армагин же прикрыл рот пальцем в молчаливом жесте. Очередное упоминание Стражей навели его на некоторые мысли, которые явно не давали покоя ему уже длительное время. На его лице играла тень: он погрузился в воспоминания, пытаясь что-то в них найти. Его задумчивый вид, вместе с аккуратной причёской до плеч и короткой бородой снова навевал Шуну впечатление будто он смотрел на древнего мудреца.

— Стражи… — пробормотал Армагин, глядя куда-то в сторону. — С тех пор как ты встретил их, я много размышлял о них. И кое-что до сих пор не даёт мне покоя. Их происхождение… В нём вопросов больше, чем ответов.

— Что именно тебя так настораживает? — Шун приподнял бровь, стараясь вникнуть в его слова.

Армагин сделал несколько шагов вокруг парящей карты, не теряя своей задумчивости. Остановившись на противоположной стороне, он оказался рядом с тем участком, где отображались Скалистые острова. Опустив руку, он коснулся пальцами края образа, искажая его, словно действительно прикасаясь к тамошним водам.

— Позволь задать вопрос. Тебя никогда не смущало то, что все встреченные тобою Святейшие Стражи являются драконами?

— Это… было неожиданно конечно. Но не так уж и странно то, что у Церкви с её влиянием, а тем более под покровительством Первого ангела, есть кто-то вроде Стражей.

— Вполне верно. Звучит логично, — кивнул Армагин. — Только если не знать, как устроено общество драконов. Ведь ни один из родов не захочет связать себя долгосрочными отношениями с какой-либо из стран. А одиночки слишком ценят свободу, чтобы подчиняться хоть кому-то.

— Но род ведь не абсолютный закон? Найдутся и те, кто будет поступать иначе. Может даже вступят в союз с ангелом…

Ведя себя словно наставник перед учеником, Армагин прервал его, отрицательно покачав головой.

— Видишь ли, для драконьих родов обычны взаимный почёт и уважение. Это относиться как к старейшинам, так и к членам рода, — говорил он спокойно, но в его голосе слышалась важность этих обычаев. — Это не слепое подчинение, скорее учтивость, в том числе и к представителям других родов. Бывают нарушители спокойствия, которых изгоняют или подвергают заточению, но не забывают. Род — это память о поколениях, отражённая в именах. Даже изгнанных не стирают из родовых ветвей. Я сам, хоть и скитаюсь по свету большую часть своей жизни, всё ещё принадлежу к роду Хлада.

— Не забывают… — медленно кивнул Шун. — Значит, если объявится дракон из неизвестного рода, это вовсе не означает, что кто-то мог стереть его следы из рода намеренно.

— Именно, — Армагин сжал пальцы в кулак, заключая в нём образ Скалистых островов. В его взгляде, всего на мгновение, но мелькнула тревога. — Драконий род — не просто родственные связи, а глубокая история, порой с людскими последователями. Никто не позволит переписывать общее прошлое на свой лад, пусть это даже будут сами старейшины. Но после всех размышлений я склоняюсь к другой менее приятной мысли.

— То есть ты предполагаешь, что необходимости переписывать историю не было вообще? — Шун закончил мысль, за которую Армагин не хотел цепляться.

Армагин не ответил сразу. В обращённом от него взгляде читалась глубина печали.

— Да. Эти четверо… нет, наверняка все пять драконов. — Армагин расслабил руку, отпустив изображение островов, а пальцы скользнули вдоль горного хребта. — Их принадлежность, вероятно, нигде не зафиксирована. Я наизусть помню родовую ветвь Хлада и могу сказать, что имени Андэас в нём нет, как и описаний, схожих с тем, что ты видел у Крепости Трёх Границ.

Несмотря на ровный тон, в его голосе всё больше ощущалась неуверенность в своих суждениях.

— Не зная имён, я всё ещё не уверен в принадлежности трёх остальных Стражей. Не могу гарантировать и то, что в записях других родов их не будет. И всё же я не могу отделаться от этого неприятного ощущения, будто этих пятерых и не существовало вовсе. И раз их не стирали из памяти, значит, по какой-то причине их рождение изначально не заносили в родовые ветви.

— Ты не рассматриваешь возможность, что они родились за пределами логова? — Шун прикоснулся к виску, всё яснее ощущая, что их рассуждения на верном пути. Армагин лишь покачал головой на его замечание.

— Общих