Клан Волка - Анна Кондакова

Глядя на верхолёт, я остановился, и Мичи, шедший позади, врезался в мою спину.

— Ты хоть предупреждай, что собрался тормозить! — толкнул он меня, но быстро проследил за моим взглядом и тоже увидел верхолёт. — О, кто-то уже спёр твою машину…

Из верхолёта выскочила Мидори.

Через плечо она перекинула большую сумку и рванула в нашу сторону.

— Кто это? — уставился на неё Грич.

— Та, кто не даёт некоторым людям спокойно жить, — усмехнулся Мичи, глянув на меня. — Вот мне даже интересно, к кому она прибежала. Ко мне, наверное. Это же я её давний друг.

— Кирилл! — выкрикнула на бегу Мидори. — Кирилл! Подожди!

Мичи закатил глаза.

— Ну конечно. Кому нужен отличный парень Мичи Хегевара?

Мидори всё звала меня, но я даже с места не двинулся, продолжая стоять на середине трапа. Девушка остановилась внизу, у верхолёта, и, запыхавшись, посмотрела на меня, игнорируя всех остальных, даже Мичи.

— Я сказала ей правду! — крикнула она. — Я наконец-то сказала ей правду! Ни разу не соврала!

Девушка стиснула пальцами ремень своей большой сумки, закусив губу и ожидая от меня хоть какой-то реакции.

— Ты так и будешь стоять, как дебил? — Мичи ткнул меня кулаком в плечо.

— Я могу пойти к этой красотке вместо тебя, — сразу же предложил Грич, и по его лицу было непонятно, шутит он или нет.

Продолжая хмуриться, я наконец спустился.

— У меня мало времени.

Мидори закивала.

— Конечно-конечно…

Она сняла сумку с плеча, поставила её на землю у моих ног и расстегнула крепление на замке.

Внутри я увидел кучу бомб-катушек, штук двести точно, самого разного вида: большие и мелкие, цветные и чёрно-белые, с лезвиями, шипами, в виде звёзд и просто гладкие, как шары.

— Это пока что заготовки, я сама их сделала, — сказала девушка. — На них не хватает соляных знаков.

Она смотрела на меня и всё ждала реакции.

— И что? — спросил я почти равнодушно.

Возможно, другой на моём месте сказал бы что-то иное и не с той интонацией, но моя реакция была однозначной — мрачное равнодушие.

— Как — что? Это же бомбы, — ответила Мидори.

В её голосе иссякла надежда, но девушка всё ещё чего-то ждала и не сводила с меня глаз.

— Я ведь из-за мамы… Кирилл… прости. Я не выбирала между тобой и Горо, я выбирала между своим счастьем и счастьем мамы. И выбрала её. Но сегодня утром госпожа Хегевара принесла мне ключи от твоего верхолёта, и я решилась сказать правду, ведь хочу совсем другого, а не того, что могло бы понравиться моей матери. Она была так счастлива, когда узнала, что я согласилась остаться здесь и приняла предложение Горо Исимы. Она так давно не была счастлива…

— А ты?

— А я… нет. И когда ключи от верхолёта оказались у меня в руках… как ключи от неба… то я решила сказать матери, чего хочу на самом деле. Я хочу отправиться в Академию вместе с тобой. Я рассказала маме про всё. Про бомбы, про то, что отец жив, про то, что ненавижу Горо Исиму и его мерзкие руки, которые он постоянно распускает. Я рассказала, что совсем не такая, какой мама привыкла меня видеть. Я не тихая и смиренная, а совсем другая, мне нравится летать на верхолётах и делать бомбы. И ты мне тоже нравишься… я просто боюсь того, какие ощущения ты во мне вызываешь. Но теперь для меня всё поменялось. Мама одобрила всё, что я ей рассказала, она приняла меня и отпустила.

Наверное, нужно было порадоваться за Мидори, но мне стало ещё паршивее.

— И что?

Я смотрел, как глаза девушки наполняются слезами, и молчал.

А ведь она мне врала: да, возможно, Мидори действительно сказала матери правду, но вот сама госпожа Арадо ничего не одобряла, поэтому её дочь просто сбежала, прихватив с собой бомбы. Сбежала, в чём была. Вряд ли её мать одобрила бы хоть что-то из того, в чём могла признаться её дочь.

— Понятно, — добавил я. — Только есть проблема. Все места уже заняты.

— Я посижу на полу! Я не привередливая! — Мидори подняла сумку с бомбами и вцепилась в неё, как в своё спасение.

— Нет, Мидори, я не про верхолёт, а про то, что учитель Ма уже выбрал трёх лучших учеников. Тебя просто не пустят в Академию.

Девушка отпустила сумку, и та полетела вниз.

Хорошо, что я успел её ухватить у самой земли.

— Аккуратнее… чёрт… это всё же бомбы! — Я отодвинул сумку подальше и снова посмотрел на Мидори.

Она побледнела, из неё будто ушли все жизненные краски.

— Ты спасла мне жизнь, и я тебе должен, — произнёс я, не меняя равнодушного тона. — Но могу предложить тебе только один вариант.

— Какой? — беззвучно спросила Мидори, опустив плечи и уставившись в пол.

— Ты станешь моим вторым доверенным магом. Во-первых, мне нужен доверенный Целитель, а во-вторых, только так я смогу протащить тебя в Академию за деньги Маямото. Он заплатит, никуда не денется. Но тебе нужно пройти ритуал клятвы прямо сейчас. Я должен быть уверен в том, за кого мне придётся ручаться.

Она с благодарностью посмотрела на меня, но задала неожиданный вопрос:

— А первый кто? Джанко?

— Нет, первый — Мичи.

Кажется, она не ожидала такого ответа, будучи уверенной, что я уже прибрал Джанко к рукам, но ждать, пока Мидори снова определится, я не стал, поэтому сразу развернулся и начал подниматься по трапу, бросив на ходу:

— Верхолёт можешь подарить Юмико.

Вот теперь Мидори не медлила. Она схватила сумку с бомбами и рванула по ступеням следом за мной.

— Кирилл! Подожди! Не уходи! Я никогда бы не подумала, что достойна такого предложения! Особенно от тебя! Я думала, что теперь ты меня ненавидишь. И у меня с Горо ничего нет, не было и теперь уже не будет…

— Мне всё равно, что у тебя с Горо, — оборвал я её. — Ты можешь делать всё, что угодно, и продолжать врать всем вокруг. Но со мной у тебя такое не пройдёт. После клятвы обманывать меня ты уже не будешь иметь права. Просто знай это.

В считанные секунды Мидори была рядом.

— Тебе я врать не буду. Клянусь.

— Мне нужен Целитель двадцать четыре часа в сутки.

— Двадцать пять!

Она снова нацепила сумку на плечо и первой вытянула руку над головой, готовая отдать мне клятву верности прямо здесь и сейчас.

— Ещё и с Галеем будешь объясняться, — напомнил я больше себе, чем