Пространство - Джеймс С. А. Кори

— Это можно совмещать.

Смех Авасаралы разлетелся по всему доку. Охрана разошлась по своим делам. Погрузочные меха перебазировались. Карты продолжали сновать во всех направлениях, напоминая потревоженный муравейник.

— Я рада, что ты выжил, — сказала она, успокоившись. — Без тебя вселенная стала бы гораздо скучнее.

— Взаимно. Так как проходит восстановление?

— Это хренов гребанный отстой, — сказала она, тряся головой. — Мы до сих пор теряем каждый день тысячи человек. А то и десятки тысяч. Еда там, внизу, кончается, и даже если бы того же риса хватало, чтобы накормить всех, инфраструктура настолько раздолбана, что нормально распределить его просто не выйдет. И это не говоря о том, что в любой момент гребанные камни могут посыпаться снова.

— Как твоя дочь?

— Ашанти и её семья в порядке. Они уже здесь, на Луне. Спасибо, что спросил.

— А твой парень? Арджун?

Авасарала улыбнулась, но глаза остались серьезными.

— Я не теряю надежды, — сказала она. — «Росинант» уже в пути. У тебя будет наконец-то транспорт, который не заставит твой член выглядеть таким маленьким, как это безвкусное дерьмо.

— Рад слышать. Это корыто уж точно не в моём вкусе.

Авсарала повернулась и неловко посеменила в толпу. Низкая гравитация, видимо, ей совершенно не подходила. Как он догадывался, ей, видимо не пришлось потратить большую часть жизни выше колодца. Космос — навык приобретаемый. Амос потянулся, покачался с носка на пятку, и подождал, пока последний из охранников не скроется из виду. Шансы на то, что они собираются снова вплотную заняться той же проблемой, как только он спустится, были довольно малы, но он все равно почувствовал себя лучше, когда они ушли.

Пока он ждал, два астера в форме рабочих с доков Олдрина быстро прошли мимо, держась рядом, повесив головы. На ближайшее время Луна обещала быть крайне хреновым местом, если ты астер, пришло в голову Амосу. Хотя скорее всего, тут и раньше было не особо здорово. Он побрел обратно на «Чжан Гуо», и как только он приблизился, внутренний люк открылся, приглашая его внутрь.

Интерьер корабля был роскошным, как чертова задница. Защитное покрытие в коридорах было темно-красного цвета из ворсистого поддельного бархата с рассыпанными по нему в странном, неритмичном порядке золотыми лилиями. Переходные люки были покрыты королевской голубой и золотой эмалью. Громадные амортизационные койки были везде — в углах комнат, в нишах коридоров. Воздушные рециркуляторы добавляли в воздух запах сандаловых воскурений, но без дыма. Все говорило о том, что корабль — воплощение стереотипов о том, каким должен быть бордель, от дизайнера, который ни разу не был в настоящем. Пост охраны был неудачно и небрежно спроектирован и едва укомплектован, но люди Эриха разместились вокруг него уж как сумели. Даже Браток, все еще в давящей повязке, взяла винтовку с полным магазином и смотрела вдоль коридора в прицел.

— Всё в порядке, они не придут, — сказал Амос.

Снятие напряжения было похоже на мягкий ветерок, если бы мягкий ветерок сопровождался звуками вытаскиваемых из штурмовых винтовок магазинов с патронами.

— Хорошо, — сказал Эрих, поднимая пистолет здоровой рукой. — Тайс. Почисти все оружие. Джо, Кин, становитесь в шлюз и наблюдайте. Я не хочу удивиться чьему-нибудь неожиданному появлению.

— Они не сунутся, — повторил Амос. — Но окей, флаг вам в руки.

— Есть минутка? — спросил Эрих, передавая пистолет толстяку по имени Тайс, насколько помнил Амос.

— Конечно, — сказал Амос.

Они направились к лифту.

— Это действительно была женщина, которая управляет Землей сейчас?

— Пока она не позволит им провести выборы, я думаю. Я никогда не обращал внимания на то, как всё это работает.

Эрих тихо, уклончиво хмыкнул. Его больная рука лежала, скрючившись, поперек его груди, маленький кулачок был сжат. Здоровая рука была глубоко засунута в карман. Всё вместе создавало впечатление, что его кто-то поедает.

— И ты… Ты с ней знаком. Достаточно тесно, чтобы просить об услуге.

— Ага.

Войдя в лифт, Эрих вдавил кнопку оперативной палубы. Амос туда не собирался, но разговор, казалось, ведется неспроста, поэтому он туда все-таки поехал. Лифт дернулся на старте, а потом мягко поднялся через высокие уровни корабля.

— Не понимаю, это корабль или декорированный тюфяк, — заворчал Амос.

— Я не шарю, — ответил Эрих. — Это первый, на котором я побывал.

— Да ну?

— Никогда раньше не выходил из атмосферы. Низкая гравитация — это странно.

Амос чуть подпрыгнул на пальцах ног. Где-то одна шестая g. Его такое не особо заботило.

— Ты привыкнешь.

— Ага, ты же смог, — сказал Эрих. — Так как вы познакомились?

— Мы столкнулись в одной заварушке, когда группка её неприятелей пыталась нас убить. Она вмешалась и помогла спасти наши задницы.

— И теперь вы друзья.

— Дружелюбные знакомые, — сказал Амос. — У меня не слишком много тех, кого можно назвать друзьями.

Лифт остановился с мягким рывком, которого в действительности не должно было быть. Верхняя палуба была выполнена в темных цветах, пол был цвета темного шоколада, стены из искусственного дерева, консоли и диваны обтянуты искусственной кожей. Или, может быть, это была настоящая кожа. Похоже он и не знал в чем разница. Эрих опустился на один из диванов и провел рукой по голове.

— Ты ведь понимаешь, что без нас у тебя бы ничего не вышло, — сказал он. — Без меня и твоей подружки из тюрьмы. А тут вдруг глава грёбаного правительства, так что вы уж извините, если мой мозг немного сломается.

— Ну, я…

— Нет, я понимаю, что-нибудь ты бы сделал. Просто что-то другое. Именно это ты сделать не смог бы. Этот план… Для него тебе понадобились мы. Мы все. И единственное, что нас всех связало — это ты.

Амос сел напротив, но Эрих избегал зрительного контакта.

— План — это громко сказано, — сказал он. — Я просто хватался за всё, что мог.

— Да, дело в том, что ты понимаешь за что здесь хвататься. Я провел много лет в Балтиморе. Знаю его, как свои пять пальцев. Вернее, знал. Теперь со мной здесь все мои лучшие люди, и, черт возьми, не понимаю, что здесь похоже на мою привычную жизнь, понимаешь? Кто контролирует наркотики здесь? Как вы подделываете удостоверения личности? Я понимаю, что основные схемы одинаковы в любом месте, но…

Эрих смотрел на стену так пристально, словно там было на что посмотреть. Амос вытянул шею, проверяя, что же это.

— Я не знаю, что нам здесь делать. Я не знаю, что мне здесь делать. Мои люди рассчитывают, что я проведу их через эту кошмарную маслобойку, а я не знаю, куда их вести и что нам делать.

— Да, отстой.

— А ты —