Фантастика 2026-91 - Люцида Аквила

Тихий смех мужчины меня очень испугал. Так обычно смеётся тот, кто собирается объяснять всё чуть ли не наглядно. Я почувствовала, как по телу против моей воли пробежала волна болезненного удовольствия. А в следующий миг, Эймир дёрнул меня с кресла прямо на себя, и уложил на мягкую шкуру. Только не это! Он действительно решил мне продемонстрировать, как мы будем делать детей?!

– Не бойся, Лира, тебе будет очень приятно. Процесс создания ребёнка, может стать невероятно желанным. Стоит только принять правильно решение, – выдохнул мужчина мне в губы и поцеловал.

С садистским наслаждением, он принялся целовать меня всё более настойчиво, вырывая из моей груди стоны удовольствия. Мысленно я пыталась сопротивляться, приказать своему телу не отвечать. У меня даже слёзы скатились от осознания, что я ничего не могу сделать. Волны экстаза прокатывались по телу одна за другой. Я выгибалась и прижималась ближе к мужчине, а сама в ужасе кричала где-то там внутри.

Запястья, опалило огнём, а я не могла даже сказать, что мне больно. Боль смешивалась с пугающим удовольствием, которое было насквозь фальшивое, такое же, как и мои стоны. Только Эймиру было наплевать на всё. Он продолжал терзать мои губы до тех пор, пока боль на моих запястьях не прошла. А в следующий миг я ощутила нежное и успокаивающее поглаживание по волосам. Мужчина отстранился, довольно усмехнулся и, заглянув в мои глаза, провёл пальцами по щеке.

– Знаешь, а это будет в тысячу раз лучше, чем я себе представлял, – хрипло протянул он. – Признаюсь, не ожидал. Я считал, что сразу сорвусь и захочу тебя убить.

– З-з-зачем, т-т-ты… – попыталась произнести я, но не смогла выговорить ни слова через всхлипы.

Почувствовав, что тело вновь принадлежит мне, я закрыла глаза ладонью и разревелась. Было противно, мерзко и очень хотелось исчезнуть в тот момент. Как он мог изнасиловать мой разум?! Это против всех правил. Нельзя так делать! Послышался шумный раздражённый вздох, и я ощутила, что Эймир поднялся с пола. Следом он взял меня на руки и куда-то понёс со словами:

– Прекрати лить слёзы, Лира. У тебя будет неделя, чтобы принять реальность. Могу пообещать, что не трону тебя до того момента. Всё же искушение причинить тебе вред весьма велико.

Я постаралась справиться с истерикой. Мне необходимо было сосредоточиться и сбежать отсюда подальше, а не лить слёзы. Ведь Дамиан жив, и значит он скоро придёт за мной. Но тут в голове мелькнула жуткая мысль, а что он сможет сделать с Эймиром? Рассказать под принуждением, в какой позе будет удобнее? Так Эймир и сам с этим справится! Опыт у мужика явно приличный, недаром же он древний.

Всхлипы становились всё тише с каждым шагом мужчины, и когда меня уложили на мягкую кровать, я уже практически успокоилась. Только руку от глаз так и не убрала. Не хотела смотреть на Эймира. Понимала, что стоит сейчас увидеть его чёрные глаза и истерика повторится. Слишком стыдно мне было за все те действия, которые совершило тело, пускай и без согласия разума.

Постояв около кровати, Эймир направился к двери. Я слушала звук удаляющихся шагов и испытывала невероятное облегчение. Оставшись в одиночестве, убрала руку от лица и открыла глаза. Комната, в которую меня принесли, была намного светлее и меньше той, где я жила пока числилась ученицей отшельника. Тут стояли шкаф, трюмо, столик с креслом, кровать и одна книжная полка, которая сейчас была пуста.

Поднявшись с кровати, первым делом я выглянула в окно, чтобы понять в какую часть замка меня определили. А увидев крутой каменистый обрыв, уходящий в воду, тихо застонала от отчаяния. Этот чёртов кукловод, всё продумал! Пальцы судорожно сжались на подоконнике, в который я вцепилась, побоявшись, что начну крушить всё вокруг. Опустив голову вниз, я постаралась не паниковать и делать ровные глубокие вдохи, но тут наткнулась взглядом на свои запястья.

Вопль был таким громким, что на окне зазвенели стёкла, словно они помогали выразить всю глубину моей безысходности. Дверь в комнату тут же распахнулась, и на пороге появился Эймир. Он оглядел помещение в поисках угрозы и, не найдя ничего, посмотрел в недоумении на меня. А я рассматривала уродливый чёрный узор с листиками и шипами, который оплёл браслетами мои запястья.

– Что это такое? – тихо спросила я.

Вначале Эймир явно не понял, о чём я спрашиваю, иначе он не стал бы подходить ко мне так близко. А когда до него дошло, что именно я разглядываю, замер и осторожно произнёс:

– Брачный узор.

– Почему оно на моих обеих руках? – всё также тихо с угрозой в голосе поинтересовалась у мужчины.

– Лира, ты же не думала, что мы будем делать сына вне брака? – удивился Эймир. – Это невозможно, у магов холода дети рождаются только при наличие брачных узоров.

– Так мы уже пришли к тому, что будет сын? – едва слышно процедила я. – Ты настолько уверен, что родится мальчик? А если появится дочь, она не подойдёт для твоих великих целей?

– Девочки намного хуже воспринимают чужую магию, – покачал головой маг, совершенно не понимая, что я уже на грани. – Они более эмоциональные и подвержены перепадам настроения.

– Ты не ответил на вопрос, – в моём голосе прозвучала сталь и до Эймира начало доходить, что я в бешенстве. Он нахмурился, поджал губы, а затем очень холодно ответил мне с таким же бешенством во взгляде.

– А если родится дочь, то мы будем её воспитывать и усердно делать сына, до тех пор, пока не добьёмся успеха!

И тут я осознала – невозможно заставить передумать мужчину, который возжелал новую игрушку. А с учётом безумия, охватившего отшельника, мне придётся бегать от него всю жизнь, даже если получится отсюда выбраться. К тому же нельзя забывать о Дамиане, который пострадает, стоит ему сюда сунуться. Но больше всего убивал этот чёрный узор на моих руках. Куда делись мои милые белые листики?

Внутри появилось странное чувство прохлады и пустоты, словно из меня старательно тянули энергию и вот-вот наступит выгорание. Только я злилась настолько сильно, что не обратила на это никакого внимания, а лишь смотрела на Эймира и страстно желала его смерти. Когда злость дошла до точки кипения, у меня перед глазами появилась странная мутная пелена. Но при этом я была уверена, что слёз на моём лице нет.

– Лира, что ты творишь?! – в голосе Эймира послышалась тревога. – Лира, успокойся! Лира!

– Ненавижу! –